Шестоднев

«Взял Бог человека, которого Он создал, и положил его в раю». Ввел его в готовый дом. Как зовущий на пир прежде приготовит дом и потом введет позванного, так Бог приготовил человеку достойное красоты жилище — рай и ввел позванного. Где создал человека? На земле, вне рая. Как светила были созданы вне неба и положены на нем, так и Адам создан на иной земле и потом введен в рай. Откуда это видно? Писание говорит в конце, когда Адам был изгнан из рая: «Изгнал Бог Адама из рая блаженного, чтобы возделывать землю, из которой он был взят», где ему надлежало возделывать и сохранять рай? Возделывать. Что за скудость была в раю, если ему был нужен делатель? А если ему и нужен был делатель, то откуда там лопата и рало? Откуда и другие земледельческие орудия? Еще не было ремесел, не было кузнечного искусства и не было еще земледельческих орудий. Делать и сохранять заповедь Божию и веровать заповеди — вот в чем заключалось дело. Сказал Спаситель: «Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого послал Он». Таким образом, следовало верить заповеди, что если кто-то коснется запретного плода, то умрет. Если же не прикоснется, то будет жив. Делом было соблюдение духовных словес. Какое дело было у Павла? Был ли Павел земледельцем? Или имел иное дело? Не было ли делом его слово и проповедь? Он говорил ученикам: «Не мое ли дело вы в Господе?»Делать, сказано ему, и хранить. От кого хранить?

Разбойника не было, прохожего не было, злоумышленника не было. Хранить для самого себя рай, чтобы не преступить заповеди и не погубить себя самому, но соблюдая заповедь, сохранить себе рай. Вместе с голосом утомляется и моя мысль. Но приступим к объяснению.

Поселил его в раю. Писание указывает на предсказание будущего событиями предшествовавшими. «Из Едема выходит река, чтобы оросить рай». От этого узнай, что рай не мал и имеет немалый размер. Такая река орошает его, что от ее обилия образуются четыре реки. Река выходит из Едема, чтобы оросить рай. Оттуда по орошении разделяется на четыре реки: на Тигр, Нил, Евфрат и реку, которую в Писании называют Фисон, его теперь многие называют Дунав (Дунай).

Обрати внимание на величину реки, разделившейся на четыре такие реки. И она едва орошает рай. Зачем был такой рай? Один был Адам. Что за нужда была, чтобы рай был таким? Но не только ради него одного, а уготован до края Вселенной всем: патриархам, пророкам, апостолам и евангелистам, мученикам, исповедникам, святым, верным, православным, благочестиво живущим, всем праведным. Спаситель обещал рай разбойнику, во едином часе исповедовавшему Его, говоря: «Днесь со мной будешь в раю», а трудившиеся духовно с детства до старости Авраам, Исаак, Иаков последовали за ним. Прежде них разбойник достиг рая. Бог творит свои дела не ради видимого настоящего. Зачем Он создал такую земную ширину? Ради Адама или ради тех, которые живут ныне?

«Оттуда разделяется на четыре начала». Не сказал «На четыре потока», но на «начала», т. е. источники, имеющие имена. Имя одному — Фисон, его мы уже сегодня называли, затем Гион, это Нил, первое имя его Гион. Об этом свидетельствует Иеремия, говоря иудеям: «Для чего вам путь в Египет, чтобы пить воду Гионскую?» Отсюда смотри внимательно. Представь, что это рай. Все это лучше передается наглядно, чем словесно. Проходит большая река, имеющая много воды, и орошает рай. Оттуда она течет в подземное место и растекается под землей неведомым путем, который знает только сам Тот, кто положил его, то есть Владыка; и на долгий путь утаено течение ее, и по разным местам расходится она, выходя одной рекой в Эфиопии, другой рекой — на западе, третьей же — на востоке. Так Бог подземными ходами ведет поток под землею и создает чудесные источники с помощью первой реки. Почему это так? Не для того ли, чтобы люди, шедшие по берегу реки, не нашли рая, но чтобы его местонахождение было неведомо людям. Если бы до рая можно было дойти, то никто раньше богатых не нашел бы его, но Бог скрыл его и от бедных, и от богатых, чтобы только с помощью добрых дел они нашли туда дорогу. Сколько трудились патриархи и святые пророки, желая видеть рай, и не обрели его! Разбойник же нашел этот путь, не идя по нему, но поистине уверовав в Того, который говорит: «Я есмь путь».

Тот, который нашел путь, нашел и открытый рай, который был заключен ослушанием.

Размышляю над причиной, по которой Моисей, вспоминая о первой реке, сказал: «Там есть золото хорошее и анфракс (рубин) и камень зеленый». И если он описывал все страны Вселенной, то нужно было сказать, на каких местах находятся богатства — где смарагд, где гиацинт, где топаз, где другие различные драгоценные камни. Но он выбрал золото и два камня как начала священства, так как иерей носил золотую полированную дощечку, на которой было написано имя Божье. Двенадцать камней было на груди иереевой: сардий, топаз, смарагд, рубин, сапфир, иаспис (яшма), лигирий, агат, аметист, хризолит, бериллий, оникс. Из этих двенадцати камней зеленый камень был определен иерейскому роду, а анфракс (карбункул) — царскому. Почему? Не потому ли, что как огню свойственно жечь и светить, так и царю свойственно одаривать и наказывать. Полагают, что Рувиму, первому колену посвящен сардий, Симеону — топаз, Левию — зеленый камень, Иуде, от которого Христос, — анфракс, о котором спустя многое время Исаия скажет Иерусалиму: «Вот, говорит Господь, на руках Моих начертал стены твои, и предо Мною ты всегда». ... «Вот, уготовляю анфракс, камень Твой», имея в виду Христа. «Вот, говорит: Полагаю в Сионе камень краеугольный, избранный. честный, верующий в него не постыдится». Так анфракс определен царскому роду, а зеленый камень — священническому, ибо делать добро свойственно священству.

От той реки отделяются четыре источника рек. Почему же вода их не одинакова? Спрашивают же те, кто любит учение: «Если она от одной реки и от одного источника, то почему у нее не одно качество и не один вкус сладость?» Почему это бывает? Не принимают ли воды от земли вещественные свойства того места, через которые они проходят? Подобно тому, как и сама вода, если в ней намочат полынь, имеет одну природу и одно качество, а если — анис, то другое, а если руту, то третье. Хотя природа ее одна, но вещества изменяют ее. Так же и реки, поскольку они проходят по новым местам, получают вкус в соответствии с местом, по которым они протекают.

В раю «всякое дерево прекрасно на вид и хорошо для пищи» . Чтобы никто не подумал, что оно было красивее всех других деревьев, Моисей засвидетельствовал красоту всех деревьев. Он сказал, что все они были красивы на вид и прекрасны, чтобы ты понял, что Адам преступил заповедь не по причине недостатка, а совратился, имея изобилие. «И древо, сказал, жизни посреди рая, и древо, чтобы познать добро и зло». Трех родов были деревья: одно ему было дано, чтобы жить, другое — чтобы хорошо жить, а третье, чтобы вечно жить, а древо познания, чтобы хорошо жить, а древо жизненное, чтобы вечно жить. Он мог жить от того дерева, от которого было разрешено есть. Он мог хорошо жить, не касаясь дерева, которое было ему запрещено. Ему было бы хорошо жить, если бы он ел плоды тех деревьев, которые ему было разрешено есть и не ел того, что ему возбранялось. В том заключалось хорошее житие, чтобы повиноваться Богу. Древо жизненное находилось посреди рая как венец, а древо познания — как предмет борьбы и как искушение. Сохранив заповедь об этом древе, получаешь венец. Посмотри на диво! Все деревья райские вокруг растут и повсюду изобилуют плодами. И только два посредине как предмет искушения и упражнения. Вокруг была пища. Но рассказ о преступлении и о древе оставим на другое время. А то, о чем предстоит сказать, расскажем теперь.

Приводит Бог всех животных к Адаму. Пусть услышат все еретики. Не удивляйся, что по поводу каждого слова и высказывания речь обращается к еретикам. Те, которые восстают на царство славное, бывают обличены по всем причинам. «Камень из стены вопиет», не говорю — слово от Писания, или «йота едина, или черта едина» не оставляет еретиков без порицания. Всячески порицаются те, кто отказывается от Владыки всех. Смотри, ибо видеть это было удивительно: Адам стоит, а Бог, как слуга, приводит к Адаму животных. «Привел Бог животных». Здесь обрати внимание не на слова, а на смысл. Представь Бога стоящего, а Адама оценивающего. Привел Бог льва и говорит Адаму: «Скажи мне, как, по твоему мнению, следует назвать его?» Говорит: «Пусть называется львом». Тогда Бог говорит: «Правильно утвердил это. — А это что? — А это, говорит, пусть быком называется. — Хорошо назвал». И так по одному из называемых Бог утвердил.