Шестоднев

И мы ведь видим, что качества не существуют сами по себе и не бывают без тел, как например, сладость, горечь, теплота, холод, белизна или чернота, мягкость или твердость, или иное подобное. Поэтому мы и говорим, что невозможно свету существовать самому по себе, то есть без тела.

Не следует думать, что когда все было образовано, то изначально существовали материальные сущности, ибо Бог прежде создал материальное вещество, которое ныне есть во всех творениях, а потом премудрый Творец всему созданному придал соответствующие формы. Подобно тому, как появилось живое существо и то, что рядом с ним, вид и образ которого Бог создал прежде начала творения, а потом вывел в бытие его материальную сущность, так появились свет и его телесные образы. Ибо форма и образ солнца, луны и звезд — это свет. И как у тех живых существ материальные основания были созданы прежде души, жизни и существовали вообще без формы, так же было и у этих светил. Но пусть никто не впадает ни в такую дерзость, ни в безрассудство, ни в безумие, говоря, что невозможно Богу сотворить такое, и оспаривая премудрую и всемогущую силу и волю Творца. Природная сущность, построенная из определенного вещества, не раскрывает, как созданы иные сущности. Ибо говорил блаженный Исаия: «Скажет ли твердь создавшему ее: «Не ты меня сотворил» или произведение о создавшем его: «Неразумно меня создал?» Но следует подумать над тем, как в действительности устроено каждое из существующего. И свое существование, и сущность, и устройство оно приняло таким, как пожелал и распорядился воззвавший из небытия все сущности премудрый Бог.

Пусть замолчат те, кто приводит пустые и фальшивые доводы и возражения против истинной веры и разума, проповедуя, что первобытный свет, который вложен в великие светильники и во все звезды есть тело. Ибо невозможно, чтобы одно тело находилось в другом. Невозможно не потому, что Бог не может этого создать, но потому, что это противоречит естественному порядку. Но те, которые исследуют природные предметы и привыкли к спорным мыслям, сопротивляются истине. Если бы так было, то свет был бы вложен в тела напрасно и без основания. Но поскольку естество света было бестелесным, то поэтому Бог создал круглые телесные формы для великих светил, материально существующие, сказав: «Да будут светила на тверди небесной».

Не думай, что, поскольку они доступны нашему зрению и их как бы можно измерить и объять, то они имеют малый размер. Говорят же те, которые глубоко изучили астрономию, что солнце во много раз больше самой той земли, а земной круг в два раза больше круга лунного. Есть и великий круг земной, имеющий 252 000 стадиев, а диаметр его более 80 000 стадиев. Таким же образом определяется круг лунный, имеющий более 120 000, а диаметр его — более 40 000 стадиев.

Иные же солнечный диаметр считают равным 300 000 стадиев. Хотя на первый взгляд человеку кажется, что круг каждого из двух светил равен локтю иди стопе, но на самом деле он велик и очень красив. Сначала Писание просто говорит: «И создал Бог два светила великие». Затем, когда стало необходимо сказать определеннее, было сказано: «Светило большее для управления днем, и светило меньшее для управления ночью, и звезды». Здесь же Писание, сравнивая и сопоставляя большое и малое светила, указывает, какое из них больше, и называет каждое своим именем.

О величине обоих светил достаточно говорил святой Василий, который искусно и премудро разъяснял их материальную природу, считая, что не следует пытаться измерять их светящуюся величину и славу, ибо это не удастся ни одному человеку. Мы же вернемся к своему повествованию. Сказал Бог: «Да будут знамения и на дни, и на времена, и на годы». Знамения, данные посредством светил, бывают к буре, к затишью, к дождю и к ясной погоде — подразумеваю: к южному или северному ветрам, которые долго дуют или быстро стихают.

О том же сообщают те, которые внимательно наблюдали за солнцем и видели по обеим сторонам солнца ложные солнца именно в тот момент, когда оно бывает на востоке или на западе. То же бывает, когда появившееся облако сгустится и наполнится светом. Если оно покраснеет с северной стороны, то это знаменует дующий с севера ветер, а если с южной стороны — то южный ветер. Если же облако будет багровым с обеих сторон, а солнце окажется посредине, то это предвещает сильный дождь и ветер. Об этом сообщает и Господь, говоря: «Когда потемнеет и станет багровым небо, они [фарисеи и саддукеи], говорят, что будет ненастье».

Когда же от тумана, который в виде сгустившегося пара восходит от земли, потемнеют солнечные лучи, и солнце, как горящий уголь, явится человеческому взору, или, проще говоря, солнце кажется кровавым, то тогда становится явным знамение, что в тех местах, где скопилось много испаряющейся влаги, будет буря. Но когда облака как бы простирают из себя нити или становятся багровыми, то будет ветрено и студено. Еще же, когда солнце являет вид как бы пригибающего само к себе свои лучи, или закрыто потемневшими облаками во время восхода или захода, то будет дождливо и пасмурно. Если же во время захода оно будет чистым или багровым, то предсказывает, что день будет тихим и ясным.

Так и луна дает много знамений тому, кто наблюдает ее различные фазы. Когда она будет чистой и тонкой, то предвещает долгую тихую погоду. Если же она будет чистой, но не тонкой, то предсказывает сильные ветры. Если два края луны (ее «рога») равны или северный «рог» будет чист, то тогда она предвещает южный или западный ветер. Но когда она в полнолуние потемнеет, то бывает дождь. Еще когда вокруг луны будут два венца, то воздух будет неспокойным. Когда же луна будет окружена ободком и в таком виде явится людям, то тогда это предвещает бурю. Когда же найдешь, что ее венец потемнел, то это означает, что будет затяжная непогода. И проще говоря, чрезмерно перегруженной и скверной будет речь того, кто попытается рассказать в подробностях обо всех предзнаменованиях. И то, что открыли прежние мужи о великих светильниках в результате долгих наблюдений и исследований, сделалось известным из Писания. И ныне имеются еще многие, которые узнали это на своем опыте и рассказывали другим, а сами не понимали Писания, и в малой степени не знали его, и не читали об этом ничего. Таков смысл высказывания «да будут на знамения». И мы принимаем его таким. А то, что касается выражения «на дни», то оно имеет следующее явное объяснение.

То выражение, которое объясняет, как оба светильника владеют днем и ночью и являются их началом, дано нам свыше, а именно, что солнце — символ и создатель того и другого, то есть дня и ночи. Но оно владеет не двумя временами суток, а только днем. Ночная же власть и начало ночи передается луне, как это было между ними разграничено Божьим всемощным повелением. Мы же видим, как оно это делает. Два светила совершают свой круг, начав от одного знака и доходя до того же места. Мы видим, за сколько дней и за какой период времени, которые являются мерой времени и лет, великие светила заканчивают свой обход. Это ясно тем, кто хорошо знаком с астрономической наукой. Мы бы никогда не прилагали к церковному учению этого знания, если бы не видели, что оно хорошо подходит для понимания времени и лет, о чем изначально сказал Бог — Творец всего.

Следует знать, что за 24 часа солнце проходит одну часть зодиакального круга, а луна за эти же часы — 13 частей по установленному порядку. Мы должны также принять во внимание, что за один месяц солнце минует один знак зодиака, а за весь год, то есть за 12 месяцев, проходит весь круг, который называется животным» (зодиакальным). А луна за 2 дня, 7 часов и 1/3 часть восьмого часа минует один знак зодиака, за 28 дней и 1/3 дня, или 8 часов, то есть за один лунный месяц луна проходит весь зодиакальный круг. Явно же, что она идет назад, а не вперед по отношению к проходящим зодиакальным созвездиям, так как оба светила и каждая из планет имеют направление движения, противоположное движению зодиакальных созвездий.

Мы считаем ненужным обращать внимание и пересказывать те заблуждения и измышления так называемых математиков, которые не направлены на пользу учения. Насколько же они потрудились в разъяснении на пользу и правильное понимание пути и движения годичного круга, через которое мы постигаем смысл и знания о времени и годах, далее из которых мы узнаем о сохранении существующего и о соблюдении того движения, которое осуществляется в установленном порядке и по которому мы можем узнать о бренности человеческой жизни, — настолько это мы узнаем от них и записываем в свои книги. А то, что у них лишнее, лучше сказать, противоречащее истинной вере и нечестивое, мы отвергаем и не приемлем.