Страница 1 из 4
Седмица - Седмица.RU//Библиотека Преподобного Ефросина Псковскго чудотворца изложение общежительного предания
Приводится по изданию: Древнерусские иноческие уставы. (Сост. Т.В.Суздальцева). М.: Северный паломник, 2001. С. 38-57. В этом издании воспроиздедена VI часть «Истории Российской иерархии» еп. Амвросия (Орнатского). Коментарии и пояснения в круглых скобках – еп. Амвросия.
Списано сие из книги Софийской Новгородской библиотеки - в 4, в коже на корне на бумажке надписано «Житие и чудеса Еvфросина Псковского древлеписанная. Преп. Яфросин родился в 30 верстах от гор. Пскова в селении Видельпском и при святом крещении наречен Елиазаром. Кто ж были родители его — неизвестно. Еще в отроческих летах, когда они по изучении его грамоте, предположили сочетать его браком, удалился он от дому их, и уже по кончине отца своего пришел в Рождественский Снятогрский монастырь (3 поприща от Пскова над рекою Великою)
и при пострижении там в монашество переименован Еvфросином. Строгая и добродетельная жизнь его вскоре обратила на него внимание и уважение монашествующих Снятогорския обители и прославила его пред прочими, почему Преподобный, желая избежать молвы сея, удалился в пустынное место на реку Толву в 25 верстах от города Пскова и вселился там в 6933 или 1425 году, потом вскоре, когда довольное число собралось к нему иночествующих, по чудесному откровению, соорудил церковь во имя трех святителей Василия Великого, Григория Богослова и Ионанна Злагоустого и устроил общежительный монастырь.
Поелику место, на котором церковь сия построена, окружено было отовсюду водою реки Толвы, и занимало весьма малое пространство, так что негде было поставить келлий для всех монашествующих, то один проток реки сей засыпали песком близ лежащей горы, отчего и доныне река сея течет одним стержнем. Преп. Еvфросин путешествовал в Константинополь и пришед в Россию имел великий спор о трегубой Аллилуиа (
о сем послание его к Архиепископу Новгородскому и сего ответ смотри в конце устава его) Преставился 6989 (1481) года Маия 15 дня на 95 году от рождения своего, и погребен между церквами Трехсвятительскою и Рождественскою. Он был росту средняго, телом сух, глава была круглая и брови кругообразные, лицо продолговато, взгляд тихий, брада длинная, густая с сединою, в конце раздвоившаяся.
Устав обители тресвятительския, в державе Государей Великих Князей Василия Васильевича, и сына его Иоанна Васильевича, по благословению митрополита Феодосия Богоспасаемаго града Москве, и Преосвященнаго Архиепископа Евфимия, великих градов Новагорода и Пскова в области Святыя Живоначальныя Троица, в Псковской земли над Толвой рекой, Кир Отца старца Еуфросина, зовомаго Елизар. [Имать в себе глав тридесять][1].
«Се аз грешный во иноцех раб Божий Еvфросин, в беззаконии зачат есмь и во гресех роди мя мати моя, Божиею благодатию и Его [велми] неизреченными судьбами, якоже Сам рече: «Не хощу смерти грешнику», (Иезек.33;11)[2] сподоблен бых паки родитися святым крещением по словеси, его же рече Никодиму: «Аще кто не родится водою и духом, не внидет в царство небесное» (Иоан 3;5). И того ради нарекохся христианин.
Възрастох ж в всякой слабости, и в небрежении о Божиих заповедех. Но премилостивый Бог, хотя всем человеком спастися и в разум истинный прийти, сподоби мя Ангельскаго образа, его же не бех достоин, во обители Рождество Пречистыя Богородицы, еже именуется по месту Снетая гора. И видех чин и житие их добродетельное и жестокое. Аз же слаб есмь и немощен, и грех ради моих, прииде ми ин помысл или от Бога или от съпротивнаго, един Бог весть, изыти от тоя честныя обители и сести особь, где, идеже Бог укажет, да не сблажняю братию единомысленно служащую Богу, и явих помысл свой духовному отцу; он же, видя мою леность, повелел ми ити и благослови мя.
Аз же грешный по сказанию и по званию раб Божиих, иже мною грешным печахуся, приидох на сие место, еже есть над Толвою рекою, и ту седох. Диавол же не хотя никому же добра, нача людем безумным и маловерным во ум влагати, яко он сий чернец из великия обители пришед, седе един и есть у него много серебра, и шедше убием его, а сребро собе возмем; и благовернии же людие приходяща начата поведати то нам; мы грешнии того вельми бояхомся, аки вси человецы, плетуще помышления своя.
И начаше же братия присовокуплятись, аз же грешный не хотех мнозе братия молвы ради и многаго мятежа, но помянух Господне слово, еже рече: «Приходящего ко мне не иждену вон» (Иоан. 6, 37). И паки рече: «Идеже суть собраны два или трие о имени моем, ту есмь посреде их». (Мф. 18; 20). Паки рече Дух Святый усты Давидовы: «Се коль добро, и коль красно, еже жити братии вкупе». (Псал. 132; 1).
И паки Списатель Божественныя Лествицы рече: «Горе единому, иже аще падется, несть кто вставляй в его человецех». Тем же и аз грешный убояхся Господня Заповеди преслушатися и нахождения злых человек. И начах приимати братию, и жити с ними за едино и ясти и пити вкупе за единою трапезою всем, по преданию, еже от Ангела Пахомию. И потом принудила мя братия церковь соградити, и бысть церкви во имя святых триех Святитель, Василия Великаго, и Григория Богослова, и Иоанна Златоустаго.
Но молюся вам, братия, Господа ради, молите Бога и святых Святитель о мне грешнем, негли молитвами святых и вашими Бог бы простил на таковое и великое дело дерзнувша, его же не бех достоин, точию должен есмь безпрестани плакати своего согрешения многаго, зане же пишет святый Сидор Постник, сице рквы (рекии): «Безпрестани вопиющи на тя к Богу, но надеяхся на щедроты Божия, занеже Давыд рече: Аще не Господь созиждет дому всуе трудищася зиждущии (Псал. 126; 1).
И сам пакы рече: «Без мене не можете творити ничтоже». (Иоанн. 15; 5). Ино Божием строением и молитвами святых Святитель и усердием братий, тогда ту живущих, бысть Церквы, и монастырь общий святых Святитель. Известно же буди вам, братие: слышахом от святых Отец от древле нас бывших, якоже Пахомий, и Ефимий Великий и Феодосии, Савва Иерусалимский и прочии велиции, иже который начало сотворил и в коем любо месте, и братию совокупил и монастырь составил, туже и ктитор именовался и устав свой положив о житии и о пребывании донележе и монастырь стоит, и братия пребывают на том месте, и не уступаются никтоже в монастырския вещи, и в той же устав, ни от Святитель, ни от Князя и никтоже от держащих кую любо власть и сан, аще и на благое дело; по совету же Настоятеля того места.
Мне же грешному и убогому и унылому, отвсюду тесно ми есть; написати бы, но боюся, яко смысла и добродетели нимало коснухся, и еще злая творя не престаю. Обличает бо мя Богоотец Давид глаголя: «Грешнику рече Бог: «Почто ты поведаеши оправдание Мое и приемлеши завет Мой усты твоими? Ты же возненавидел наказание Мое и отверг же словеса Моя вспять» (Пс. 49; 16 — 17) и прочее.
И не писати бы, но сам Господь глаголет: «Рабе ленивый и лукавый, почто скрыл еси талант мой в земли? Обаче лениваго раба вверзите в пещь огненну, идеже будет плач и скрежет зубом.» (Мф. 25; 26 — 30). Но не веде что сьтворю, не вместитмися слово, занеже ни учитель, ни прозвитер есмь саном, но точию уповаю на щедроты Господня и на молитвы святых Святитель, и усердием братии моей, негли простит мя Господь, дерзкаго дела моего, егоже не бех достоин, обаче начну, веруя Господу.
Аще в осля Валаамово слово вложи, обличая безумие его; из бездушнаго камени воду источи непокоривым людем, силен есть и мне грешному дати слово своея ради благости и спасения ради братии моея, Бога ради ту живущих.
1. О стяжании
И се аз грешный Евфросин инок, пишу вам, братия моя, от начала святыя сея Церкви, да будет монастырь общий, дондеже Господь произволит в маловременной сей жизни. Хотящии же жити от братии в худой сей обители, да смотрят и почитают и послушают сих святых правил. Правило пятаго святаго собора, святых Отец о общем житии: мнихом ничтоже подобает своего имети, но все свое предавати монастырю на власть.
Рече Богогласный Лука о веровавших Христу, и монашеское житие уставившим: «Яко ни един кто что от своего глаголаше его быти, но беша всем обща». (Деян. 4, 32). По стрижении же впадающим к нему в руце все монастырю даяти, ни о чем же своем пещися или рядити сим попущается. Аще часть сребра Анание уем от своих же, и не всего у ног Апостольских положив, напрасно (внезапу) пад умре.
Что подобает рещи о тех, иже не всего себе приносяще Богови, но часть убо приносяще Богу, часть же своим похотным работающу, их же обрящет горьшее томление, якоже сильну суще Богу душу и тело в геоне погубити. Иже в иноческий святый образ одени в монастырех общих, ни словом леть реши: се твое, а се мое, или сего или иного. Ибо 5000 суще простьци вся обща имеяху, никто же своего что быти веща; боле паче в общем житии, в монастыри не нарицати: Се твое, а се мое.