Страница 108 из 208
Речь об Иисусе Христе начинается в ней не прямо. Апостол подходит к ней издалека и ставит ее в связи с судьбою израильского народа и пророческих обетовании. Сперва он говорил о том, как Бог благоволил избрать израильтян Своим возлюбленным народом, как Он возвысил и облагодетельствовал их. Бог людей сих, — так начинается проповедь, — избра отцы наша: и люди вознесе в пришельствии в земли Египетстей. 2) Перемена отношений св. апостола Павла к иудеям. Строго обличительный тон его проповеди в Антиохии Писидийской, Коринфе и Риме. Строго отрицательный характер его деятельности против иудаистов. Распри в Антиохии из-за обрезания. Живое участие апостола Павла в решении этого вопроса. Апостольский собор в Иерусалиме. Единодушное утверждение в нем христианской свободы. Ближайшие и дальнейшие последствия этого утверждения. Обличение апостола Петра апостолом Павлом в Антиохии.
Мы уже знаем, что одни из иудеев с ожесточением отталкивали от себя христианство, а другие из принявших спасительную веру Христову не усвоили себе истинного ее значения и по-прежнему оставались при своих иудейских убеждениях и привязанностях. Когда ни те, ни другие не только не сделались лучшими в своих отношениях к христианству, а еще восстали против него, мало-помалу и св. апостол Павел стал изменять к ним свои отношения, нашелся вынужденным обличить неверие одних и восстать против заблуждений других. Книга Деяний Апостольских представляет нам три случая обличений в этом роде.
Первый случай был в Антиохии Писидийской. Проповедь апостола Павла в этом месте имела большой успех. Почти целый город собрался к нему слушать слово Божие (Деян. XIII, 44). Многие уверовали в Иисуса Христа. В том числе значительную часть составляли язычники. Между тем, неверовавшие иудеи злобно раздражились этим обстоятельством. Св. Дееписатель замечает, что видевшие иудее, исполнишася зависти и вопреки глаголаху глаголемым от Павла, сопротив глаголюще и хуляще (Деян. XIII, 45). Апостол Павел не выдержал такой дерзости против Евангелия Христова и сказал вместе с Варнавою: вам бе лепо первые глаголати слово Божие: а понеже отвергосте е, и недостойны творите сами себе вечному животу, се обращаемся во языки. Тако бо заповеда нам Господь: положих тя во свет языком, еже быти тебе во спасение даже до последних земли (Деян. XIII, 46-47). Без всякого сомнения, слова эти были весьма оскорбительны для честолюбивых иудеев. К большему их посрамлению и негодованию, язычники, услышавшие от апостолов о благоволении Божием к себе, радовались, прославляли слово Господне и уверовали в Иисуса Христа в большом количестве. Иудеи, действительно, еще больше ожесточились и изгнали Варнаву и Павла из пределов своих, но этим навлекли на себя еще большее осуждение. Выходя из города, Павел и Варнава отрясли на них прах от ног своих (Деян. XIII, 51).
Этим выразили они призвание страшного гнева Божия, потому что поступили по заповеди Спасителя: иже аще не приимет вас, ниже послушает словес ваших, исходяще из дому, или из града того, оттрясите прах ног ваших. Аминь, глаголю вам, отраднее будет земли Содомстей и Гоморстей в день судный, неже граду тому (Матф. X, 14-15). В последних словах Спасителя виден весь смысл настоящего апостольского обличения, которое заслужили своим неверием антиохио-писидийские иудеи.
Еще многознаменательнее был второй случай. Дело было в Коринфе. Когда, по обычаю своему, иудеи противились проповеди и даже осмелились ругаться над самым учением Христовым, апостол Павел оттряс тогда одежды свои и сказал: кровь ваша на главах ваших: чист аз отныне во языки иду (Деян. XVIII, 6-7). И тут же, на их глазах, он, действительно, пошел в соседний дом к одному набожному язычнику. Кровь ваша на главах ваших — это была формула страшного проклятия, по своему внутреннему смыслу равнявшаяся смертному приговору. Она известна была грекам и римлянам. Hocin caput tuum, говорили римляне. Di capiti ipsius generique reservent, читаем у Виргилия. Вообще, что по-гречески — αίμα — кровь, убийство, смерть, то по-латыни — caput. Еще лучше понятна была эта формула проклятия самим иудеям, потому что и свое начало она получила чуть ли не у них. В первой главе книги Левит говорится, что священник возлагал руки на главу приносимого в жертву животного и таким образом переносил на него грехи народа. Обряд этот освящен был особым предписанием. Да и все, вообще, ветхозаветные жертвы были жертвы кровавые. Кровь была символом очищения от грехов, возлияние крови заменяло покаяние. Призвать ее на кого-нибудь значило возложить тяжесть преступления и затем смертную ответственность.
Одним словом, кровь ваша на главах ваших это было проклятие, которое призвали на себя сами иудеи, когда, в пылу злобного неистовства и слепого увлечения, кричали перед лицом Пилата: Кровь Его (Иисуса Христа) на нас и на чадех наших (Матф. XXVII, 25). Это самое проклятие напомнил и повторил Коринфским иудеям и св. апостол Павел.
Третий случай апостольской строгости против иудеев был в Риме. По собственному желанию иудеев, целый день, от утра до вечера, апостол Павел излагал им учение о царствии Божием, приводя свидетельства об Иисусе Христе из закона Моисеева и пророков (Деян. XXVIII, 23). Ему хотелось как-нибудь вдохнуть искру Евангельского света в черствые сердца своих единоплеменников. Но, к крайнему его огорчению, как и прежде, проповедь не имела должного успеха. Дееписатель замечает, что одни из них убеждались словами апостола, а другие не верили. Когда удалялись эти жестоковыйные люди, св. апостол Павел со скорбью напомнил и сказал им вслед обличительные слова пророка Исайи: добре Дух Святый глагола Исаием пророком ко отцем нашим, глаголя: иди к людем сим и рцы: слухом услышите, и не имате разумети: и видяще узрите, и не имате видети. Одебеле бо сердце людей сих, и ушима тяжко слышаша, и очи свои смежиша: да не како увидят очима и ушима услышат, и сердцем уразумеют, и обратятся, и исцелю их. Ведомо убо да будет вам, яко языком послася спасение Божие, сии и услышат (Деян. XXVIII, 25-28). Эта речь, замечательная по своему обличительному характеру, получает для нас особенную важность в устах апостола Павла.
Иудей по крови, сам питавший в иудействе ревность по правде законной, теперь на эту ревность в иудеях он смотрит, как на глупое упрямство, обнаруживающее одну грубость и умственно-нравственное ослепление К большей обиде иудея, превосходство его рода, которое когда-то в духе фарисейском считалось безусловным, теперь он ставит ни во что, обходит молчанием, как дар без веры во Христа несуществующий для них, и только в этой вере, как Иоанн Предтеча (Матф. III, 9), как сам Спаситель (Матф. VIII, 11; сн. XXVIII, 19; Марк. XVI, 15), ставит для всех условие спасения.
С не меньшею строгостью отнесся св. апостол Павел и к уверовавшим иудеям, — к тем из них, которые, по принятии христианской веры, не только сами жили по-иудейски, но и других побуждали к тому. О чем не распространялся он в своей проповеди к неверовавшим иудеям, то передал со всей ясностью и полнотой иудео-христианам. С силой и властью апостола он прямо высказал им и то, что иудейство свою задачу отслужило и более не нужно, и то, что язычники и иудеи равны между собой, так как те и другие, прежде виновные перед Богом, примирились с Ним жертвою Христа и стали перед Ним одинаково приятны. Эти последние вопросы были раскрыты и утверждены апостолом Павлом фактически и последовательно при деятельном участии других апостолов.
Пока св. апостол Павел проповедовал одним иудеям в Тарсе, в судьбе христианской Церкви совершилось новое событие, не совсем приятное иудео-христианам. Апостол Петр крестил во имя Иисус Христово язычника, Корнилия сотника, со всем его домом (Деян. X, 48). После рассеяния верных от гонения, бывшего при Стефане, язычники стали принимать христианскую веру в большом количестве, особенно в Антиохии (Деян. XI, 20-21), и даже первые удостоились здесь названия христиан (Деян. XI, 26). По поводу хороших успехов Евангельской проповеди между язычниками Варнава отправился в Тарс, нашел здесь Савла привел его в Антиохию. Целый год сходились они в Церкви и учили немалое число людей. С этого времени Савлу суждено было выступить на проповедь язычникам, пронести имя Христово пред языки и царьми (Деян. IX, 15). На это была теперь прямая воля Божия. Антиохия, подобно Иерусалиму иудео-христианской митрополии, сделалась митрополией христиан из язычников. Чем для одной был апостол Петр, тем для другой стал апостол Павел. Когда пророки и учители антиохийской Церкви служили Господу и постились, Дух Святой сказал: отделите мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их. Тогда они, совершив пост и молитву и возложив на них руки, отпустили их (Деян. XIII, 1-3). Таким образом сделано было торжественное избрание апостола Павла на проповедь язычникам.