Страница 1 из 2
Русская Православная Церковь и государство в 1917-1990 годах: правовой аспект
(Доклад на конференции "Государство, Церковь, общество: исторический опыт и современные проблемы")
События 1917 года внесли радикальные перемены в церковно-государственные отношения. Русская Православная Церковь на Поместном Соборе 1917-18 гг. выразила свой взгляд на правомерные отношения Церкви и государства в соборном "Определении о правовом положении Православной Российской Церкви", принятом 2 декабря 1917 года. Своеобразие этого документа заключается в том, что, с одной стороны, он не воспроизводит схему церковно-государственных отношений, существовавшую в Российской Империи, а с другой, - он вполне игнорирует и складывавшуюся на исходе 1917 года реальную политическую и законодательную ситуацию.
Уже Временное Правительство рядом актов: ликвидацией церковно-приходских школ, провозглашением Закона Божия факультативным предметом - сделало решительный шаг в сторону неконфессионального государства. Воинствующая атеистическая программа большевиков, захвативших власть в октябре 1917 года, была хорошо известна и раньше, а теперь начала проводиться в жизнь. Поместный Собор, таким образом, решал вопрос об отношениях между Церковью и государством, отвлекаясь от сложившейся ситуации, решал его принципиально, иными словами, предлагал идеальную по своим представлениям норму таких взаимоотношений.
В "Декларации", которая предваряла "Определение", требование о полном отделении Церкви от государства сравнивается с пожеланием, "чтобы солнце не светило, а огонь не согревал. Церковь, по внутреннему закону своего бытия, - говорится далее в тексте "Декларации", - не может отказаться от признания просветлять, преображать всю жизнь человечества, пронизывать ее своими лучами".
Основные положения "Определения", принятого Собором, гласили:
1. Православная Российская Церковь, составляя часть единой Вселенской Христовой Церкви, занимает в Российском государстве первенствующее среди других исповеданий публично-правовое положение, подобающее ей как величайшей святыне огромного большинства населения и как великой исторической силе, созидавшей Российское государство.
2. Православная Церковь в России в учении веры и нравственности, богослужении, внутренней духовной дисциплине и сношениях с другими автокефальными Церквами независима от государственной власти и, руководствуясь своими догматико-каноническими началами, пользуется в делах церковного законодательства, управления и суда правами самоопределения и самоуправления [...]
4. Государственные законы, касающиеся Православной Церкви, издаются не иначе, как по соглашению с церковною властью [...]
7. Глава Российского государства, министр исповеданий и министр народного просвещения и товарищи их должны быть православными [...]
9. Православный календарь признается государственным календарем.
10. Двунадесятые праздники, воскресные и особо чтимые Православною Церковью дни признаются в государстве неприсутственными днями [...]
12. Добровольный выход из Православия допускается не ранее достижения возраста, установленного для вступления в брак. Прежде этого возраста дети могут оставить Православие только по желанию родителей, и притом лишь в случае оставления Православия самими родителями; от детей, достигших 9-летнего возраста, требуется их согласие [...]
14. Церковное венчание по православному чину признается законною формой заключения брака [...]
18. Учреждаемые Православной Церковью низшие, средние и высшие школы как специально-богословские, так и общеобразовательные, пользуются в государстве всеми правами правительственных учебных заведений на общем основании.
19. Во всех светских государственных и частных школах воспитание православных детей должно соответствовать духу Православной Церкви; преподавание Закона Божия для православных учащихся обязательно как в низших, так и в высших учебных заведениях, содержание законоучительских должностей в государственных школах принимается за счет казны.
20. Удовлетворение религиозных нужд членов Православной Церкви, состоящих в армии и флоте, должно быть обеспечено заботой государства; каждая воинская часть должна иметь православное духовенство..."
Установившаяся тогда в России государственная власть в своей правовой политике нисколько не сообразовывалась с этим соборным Определением. Более того, после Октябрьского переворота над легальным существованием Православной Церкви в России нависла прямая угроза. Большевистская программа в области церковно-государственных взаимоотношений в юридическом плане в основных чертах была реализована уже в январе 1918 года. 20 января был опубликован составленный самим председателем Совнаркома "Декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви". Этот декрет не только обозначал формальный, юридический разрыв многовекового союза между Церковью и государством, разрыв, предрешенный уже Февральской революцией; он легализовал гонения на Церковь.
Православная Церковь была отделена от государства, но при этом не получила прав частного религиозного общества. Принципиальное отличие советского законодательства "о культах" от правового режима отделения Церкви в таких государствах, как США или Франция, заключалось в последних параграфах "Декрета", положения которых неизменно воспроизводились в более поздних актах: "Никакие церкви и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют. Все имущества существующих в России церквей и религиозных обществ объявляются народным достоянием". Храмы, святые иконы, священные сосуды отнимались у Церкви. Церковь лишалась всякой собственности.
Правда, по декрету, Церковь могла продолжать пользоваться и храмами, и богослужебной утварью, но лишь "по особым постановлениям местной или центральной государственной власти". Декрет запрещал религиозное воспитание и образование детей в общеобразовательной школе. Этот декрет явился юридической подготовкой к изъятию церковных ценностей, к закрытию монастырей и духовных школ, к противоправным судам и расправам над священнослужителями и благочестивыми мирянами.
Русская Православная Церковь на Соборе 1917-18 гг. не признала законности "Декрета", как не признавала она до заявлений Патриарха 1923 года законности советской власти вообще.
В Конституцию РСФСР 1918 и последующие советские конституции неизменно входили фундаментальные положения декрета 1918 года, устанавливавшие драконовский режим для Православной Церкви и иных религиозных общин в России и Советском Союзе. Впрочем, в одном отношении Конституция 1918 года отличалась в лучшую сторону от позднейших советских конституций - в 1918 году большевики ещё не запрещали "религиозную пропаганду".
8 апреля 1929 г. президиум ВЦИК принял постановление "О религиозных объединениях", по которому религиозным общинам дозволялось лишь "отправление культов" в стенах "молитвенных домов", просветительская и благотворительная деятельность категорически воспрещалась. Духовенство устранялось от участия в хозяйственных и финансовых делах так называемых "двадцаток". Частное обучение религии, дозволенное декретом 1918 г. "Об отделении Церкви от государства и школы от Церкви", теперь могло существовать лишь как право родителей обучать религии своих детей.
XIV Всероссийский Съезд Советов изменил 4 статью Конституции, в новой редакции говорилось о "свободе религиозного исповедания и антирелигиозной пропаганды". Для борьбы с религиозными предрассудками в стране вводилась 5-дневная рабочая неделя со скользящим выходным днем.
5 декабря 1936 г. на Восьмом Чрезвычайном Всесоюзном съезде Советов было объявлено о принятии новой Конституции СССР. В отличие от прежних, в ней впервые провозглашалось равноправие всех граждан, в том числе и "служителей культа". В статье 124 новой Конституции записано, что "в целях обеспечения за гражданами свободы совести Церковь в СССР отделена от государства и школа от Церкви". Но эта Конституция уже не допускала свободу религиозной пропаганды, а только свободу "отправления религиозных культов". Конституция провозглашала: "Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами".