Разные сочинения

В этой же второй части читается и из посланий апостольских и из божественного Евангелия, из коих мы научаемся, как должно нам благоугождать умершему за нас, погребенному и воскресшему воплотившемуся Богу—Слову. Эта вторая часть святой литургии установлена богоносными отцами для молитвы и духовного благоукрашения духа, чтобы умолить нам всех Создателя и Владыку и вместе усладить нас духовно духовными пениями и различною благодатью. Следующая же за сим третья часть совершает и освящает нас и печатлеет всю силу пречистых и страшных Христовых таинств, для чего и повелевается нам Херувимскою песнью отложить всякое житейское попечение и заботу, чтобы сподобиться чистыми и преподобными мыслями подъять Создателя и «Царя всех, ангельскими невидимо» провождаема «чинми». В этой третьей части, по таинственному призыванию священнодействующего, нисходит совершительная благодать Святого Духа, и Им освящается весь алтарь, и божественный хлеб прелагается в самое Тело воплотившегося Бога—Слова, а влиянное в чашу вино—в честную и животворящую Кровь Его.

Как же некоторые не страшатся утверждать, что не бывает литургии, если они не поспели к чтению святого Евангелия? Неужели они считают чтение Евангелия больше тайного священнодействия Тела и Крови Иисуса Христа! И если они так понимают, то ясно, что они недугуют крайним безумием и неразумием. Досточтимо божественное Евангелие и поклоняемо всеми православными христианами, но тайное священнодействие божественного и полоняемого Тела Господа нашего Иисуса Христа и Его Крови несравненно превышает всякую честь и славу и благоговение, как истинное Тело и самая Кровь Самого Сына Божия. Божественное Евангелие, будучи прочитываемо, приемлемое слухом и похваляемое тайно в мыслях наших, просвещает и освящает души наши и наставляет нас на путь спасительных заповедей Божиих, Тело же и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, священнодействуемые и преподаваемые нам во Св. Причащении, не только просвещают и освящают нас, но и грехи наши прощают и окончательно истребляют их, соделывая нас боговидными. Пред чтением божественного Евангелия иерей возглашает нам: „Премудрость прости", (правым мудрованием) „услышим святого Евангелия"; о тайном же священнодействии говорит: „Закалается Агнец Божии, вземляй грехи миpa, за мирский живот и спасение".

И опять: „О предложенных честных дарах Господу помолимся; яко да человеколюбец Бог наш, прием я во святый пренебесный мысленный Свой жертвенник в воню благоухания духовного, возниспослет нам божественную благодать и дар Святого Духа, помолимся". Вот в этом заключается весь плод и вся суть, духовная благодать и наслаждение священной литургии, чего лишают себя без ума те, которые говорят, что не бывает божественной литургии, если они не поспели к чтению божественного Евангелия. Воистину, «глаголющеся быти мудри, объюродеша, и осуетися неразумное их сердце» (Рим. 1, 22.) С ними случилось нечто подобное тому, что если бы кто был приглашен на радостный царский пир и, не поспев придти к началу, когда пред обедом поют похвальные гимны в честь царя, ушел, сказав: „Нет уже веселия и пира царского, ибо это все уже кончилось до обеда, когда пели гимны, доставляющее различное наслаждение слуху". Но о безумии их достаточно сказанного.

Мы же, православные, питаясь таинственно на этом пиру, будучи позваны на него изначала, придем ли к половине его, или как–ибудь и незадолго до окончания, —будем стоять добре, со страхом Божиим, как повелевается нам от иерея, и не удалимся без ума только потому, что не поспели к началу чтения Евангелия, ибо Спаситель наш ясно научает нас, что и с одиннадцатого часа делавшие в мысленном Его винограде, получили от Господина винограда такой же динарий, как и трудившиеся в нем с первого часа. Входя же на этот мысленный пир общего всех Владыки, позаботимся украсить себя одеждами, приличествующими божественному сему веселию, которые суть: вера правая во Святую и Вседержительную и Пресущественную Троицу и дела благие, исполняемые по спасительным ее заповедям; заповеди ее суть ни что иное, как любовь к Самому Богу от всей души и к ближнему своему; также правда и святость души и тела.

Аминь.

13. Повесть о возвышении хлеба в честь Пресвятыя Богородицы

Единородный Сын Божий и Слово, соделавшись нас ради человеком, кроме греха, чтобы совозвести с Собою человеческое естество, которое творец зла изгнал древле из рая, претерпев добровольно распятие, смерть и погребение, и воскресши, восшел опять к первоначальной Своей славе, чтобы послать Утешителя Святого Духа Своим ученикам и апостолам. По вознесении же на небо Богочеловека — Слова, самовидцы и слуги Слова, пребывали в горнице, как говорит божественный Лука; затем, по сошествии Святого Духа, не желая, ради служения трапезам, оставить проповедь слова, поставили на это служение служителей. Когда же проповедники спасения садились за трапезу, то на возвышении клали небольшой убрус и на него один хлеб, который должен был вкусить Спаситель, по образу, того, когда Он пребывал с ними во плоти прежде страданий. Когда же божественные святые апостолы вставали после трапезы, то старший и первый из них, приняв в руки хлеб и возвысив оный, говорил так: „Велико имя!"Прочие же ученики Слова отвечали: „Святые Троицы!"И опять служитель тайны говорил: „Слава Тебе, во имя Спаса Христа!"и опять апостолы: „Боже наш, слава Тебе!"При чем имя Святой и Единосущной и Живоначальной Троицы произносилось однажды, а—„слава Тебе, Боже наш, слава Тебе", —дважды, ради двух составов и совершенного единения в Богочеловеке – Слове Божества и человечества, двух действ и двух естеств.

Совершалось же это тайнодействие святыми апостолами и когда пребывали вместе, и когда разделились, будучи посланы во все концы земли для спасительной проповеди. Когда же имела преставиться Святая и Пренепорочная Приснодева Mapия, Нескверная, Нетленная, Чистая и Пречистая Матерь Слова, Честнейшая и Высшая всех небесных умов, обновление рода нашего, честнейший и богоприятный сосуд всего Божества, — апостолы, находясь на концах земли, были восхищены на облаках и принесены в Гефсиманию, чтобы послужить погребению живоначального и пречистого тела Матери Бога–Слова. Собравшись в Сион— град, они предали погребений пречистое тело в Гефсиманской веси. По смотрению же Божию, как угодно было Провидящему и Промышляющему о всем, святый великий апостол Фома опять не оказался с прочими святыми апостолами на погребении Матери Слова, как и прежде, когда при заключенных дверях Спаситель, по воскресении, предстал ученикам и преподал им мир, Фомы не было и он не поверил прочим ученикам и последователям, и ради этого доброго его неверия, он, посредством осязания пречистых членов Спасителя — Его ребер и рук—научил нас веровать, что Пострадавший нас ради есть совершенный Бог.

Так и теперь этот святый великий апостол, по неизреченному и несказанному смотрению Того, Кто все устрояет и всем добре управляет, не оказался тогда на погребении Богоматери, но прибыл, будучи принесен на облаке, спустя три дня и немедленно поспешил с прочими святыми апостолами ко гробу на поклонение живоначальному телу Богоматери. Когда же по неизглаголанному и неизреченному повелению Божию открыли гроб, чтобы видеть и поклониться, то он оказался пустым, не имеющим в себе пречистого тела Богоматери. Этим весь род человеческий получил сугубую веру и спасение, что как воплотившийся Бог–Слово воскрес, так и святое тело Матери Его вознесено от земли к небесным обителям.

Затем предложена была трапеза, после же трапезы, по обыкновению, стали возвышать часть, отделенную в честь Христа Спасителя, находящуюся на возвышении. Когда же служитель сей тайны взял в руки хлеб тот, воздвиг его и сказал: „Велико имя!", апостолы же ответили: „Святые Троицы!", и когда он сказал: „Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!" —тогда, —о, как неизреченны и страшны твои таинства, Христе Царю, коими Ты чудесно управляешь, желая исполнить сильное желание святого апостола Фомы, который желал видеть очами Приснодеву и Пречистую Богородицу! —он внезапно видит Иисуса со святою Матерью Его и всеми небесными силами и со всеми от века усопшими, восходящими от земли, к небесам, и будучи в ужасе, апостолы, воздвизавшие хлеб, видя Деву и с Нею от Нее Рожденного, вместо того, чтобы сказать: „Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе", —находясь в удивлений, громогласно возопили: „Пресвятая Богородице, помогай нам!"Остальной же апостольский лик воскликнул: „Тоя молитвами Боже помилуй и спаси нас!"С этого времени такое возвышение „пречистой"совершается в память Самой Богородицы Марии. Творим же это возвышение „пречистой"после того, как встанем от вкушения пищи, во освящение души и тела.