Страница 109 из 120
«Сие, то есть «что ополчится Ангел окрест богобоязненных» — согласно, говорит блаженный Августин, и с словами Апостола: ибо об Ангелах говорит он: «не еси ли суть служебный дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение? « (Евр. 1, 14). Сие согласно и с общим верованием людей, благочестием и страхом Божиим прославившихся. Так, блаженный Иаков, благословляя детей Иосифа, молится: «Ангел, иже мя избавляет от всех зол, да благословит детища сия» (Быт. 48, 16). Так, патриарх Авраам, посылая раба своего в Месопотамию искать невесту Исааку, говорит: «Господь Бог послет Ангела Своего пред тобою, и поймеши жену сыну моему Исааку» (ср.: Быт. 24, 7)».
Кто желает разительнейших случаев в подтверждение сей истины, пусть припомнит Ангелов, сретивших Иакова и ополчившихся за него, когда угрожала ему опасность от Исава (см.: Быт. 32, 1), и то, как Ангел–истребитель поразил 180 тысяч врагов, облегавших Иерусалим при Езекии, царе благочестивом и богобоязненном, и при Исаии–пророке.
«Ополчится Ангел». Со времени крещения верующие получают Ангела Хранителя, — и Ангел сей «не отступает от уверовавших в Господа, говорит святой Василий Великий, если только сами они не отгоняют его худыми делами своими. Ибо как пчел отгоняет дым и голубей смрад, так и Хранителя нашей жизни — Ангела — отдаляет от нас многоплачевный и смердящий грех. Если же ты имеешь в душе дела, достойные ангельского охранения, и обитает в тебе ум, обогащенный умозрениями истины, то, по богатству неоцененных дел добродетели, Бог необходимо приставит к тебе стражей и охранителей и оградит тебя охранением Ангелов».
«Ополчится окрест» — оградит тебя со всех сторон своею защитою. «Один Ангел (Василий Великий) равняется целому воинству и многочисленному ополчению. Как городские стены, вокруг облегая город, отовсюду отражают вражеские нападения; так и Ангел служит стеною спереди, охраняет сзади и с обеих сторон ничего не оставляет не прикрытым. По сему–то «падет от страны твоея тысяща, и тма одесную тебе, к тебе же не приближится» удар которого либо из врагов, «яко Ангелом Своим заповедал о тебе Господь — охраняти тя» (ср.: Пс. 90, 7, 11)».
Если, таким образом, Ангелы Божий ополчаются окрест нас и хранят нас, готовые подать всякую благовременную помощь; то как потому разумно и обязательно обращение наше к ним в молитвах наших! (см.: Бертье, франц. теолог). Они окрест нас и внимают молитвам нашим, так же как внимают им живущие с нами лицом к лицу люди благочестивые, когда мы обращаемся к ним с прошением помолиться о нас. Как духовные, они видят душу и что в душе и действуют на нее, смотря по тому, куда она обращается и склоняется произволением. Когда рождаются в душе худые помыслы, Ангел Божий помогает ей — устоять против них и не соглашаться с ними, не стесняя, однако ж, ее свободы. До тех пор, пока душа не склоняется на помысл, Ангел не допускает до нее темного духа и не отступает от души, хотя она вся бывает объята помыслами, как пламенем. Только, когда склонится душа на худой помысл, Ангел отступает, и сила нечистая овладевает ею и научает ее привести в исполнение помысл, с которым сочеталась она в сердце своем.
бб) Условные расположения для благонадежного прибегания к Богу (стихи 9—11)
Стихи 9—11 — стоят, будто отдельные одно от другого положения, в которых теснимые нуждами с разных сторон побуждаются благонадежно прибегать к Богу. Но если вникнуть в главные содержащиеся в них мысли и сопоставить их взаимно, то не трудно заметить внутреннюю между ними связь, по которой указываемые в них расположения одно другое вызывают и все вместе составляют одно богоугодное благонастроение, сильное привлекать помощь свыше. В 9–м стихе главная мысль — вкушение благости и упование, в 10–м — страх Божий, в 11–м — взыскание Бога. Вот как сии расположения связуются в одно целое. Первые слова: «вкусите и видите» — указывают на вкушение и видение благости Божией, коим открывается вход в душу упованию, приносящему ублажающее утешение. Упование тотчас же должно бы рождать взыскание Бога или прибегайте к Нему; но, кто не живет в страхе Божием, у того упование не имеет опоры и совесть нечистая подрывает дерзновение в молитве. Почему между упованием и взысканием Бога, как неотложное посредство, и поставляется деятельный страх Божий, свойственный святым. Таким образом, вкушение благости возрождает упование, упование же чрез посредство деятельного страха Божия дает дерзновение взыскивать Бога в чувствах недостоинства и беспомощности.
Сие взыскание есть как бы отверзтие уст на молитву, страх Божий — опора, на коей стоит молящийся, упование — дух, движущий молитву, вкушение благости — вход воздуха оживляющего.
Стих 9. «Вкусите и видите, яко благ Господь: блажен муж, иже уповает нань».
Прежде сказал: «приступите к Нему и просветитеся», теперь говорит: «вкусите и видите». Это внутреннее и глубже. Там — только приближение к Богу будто снаружи, а здесь приискреннее сближение с Ним, как бы, срастворение. Как вкусивший, например, пищу внутрь принимает ее: так вкушающий Божественное внутренно проникается им и распознает его так ясно, как бы очами видел его. Божественное все чрез ощущение в сердце делается истинно–ведомым, ибо уму не постигнуть его. Когда Апостол говорит о чувствах, обученных к различению духовных вещей, то указывает единственный источник к стяжанию духовного ведения, во вкушении чувством сердца. Здесь Пророк говорит только о благости; но и всякое другое свойство Божеское не иначе постигается. Так постигается и правосудие, и долготерпение, и вездесущие, и всеведение, и всемогущество. Вкусит их, или ощутит, сердце; тогда и познает их дух человека. Как вкус различает яства: так чувство — сердце — духовные вещи. Святой Василий Великий говорит при сем: «как свойство меда не столько словом, сколько самым чувством вкуса может быть объяснено не изведавшим меда; так и доброта небесных вещей не может быть ясно передана в учении, если по долговременном изведании не возможет собственным опытом постигнуть их. Так сие бывает и в отношении к постижению благости Господней.
«Вкусите», сказал, а не насытьтесь; потому что ныне разумеем отчасти, видим истину зерцалом и гаданием (см.: 1Кор.13,12). Придет время, когда нынешний залог, — сие вкушение, обратится для нас в совершенство наслаждения. Как страждущие желудком и чувствующие отвращение от пищи лечатся от сего расстройства у врачей, которые, с помощью приготовленной особенным способом пищи, возбуждают к ней позыв, и, когда чувство сими искусственными снедями раздражено, позыв на пищу час от часу более увеличивается: так и в отношении к духовным благам самое испытание, говорит Пророк, будет непрестанно призывать вас к ненасыщенному вожделению, которое, однако ж, не мучительно, а блаженно, как говорит Господь: «блажени алчущий и жаждущий правды» (Мф. 5, 6)». Хоть мало — только вкусить. Сие малое раздражит позыв к большему и доведет до совершенства. До какого бы, впрочем, совершенства ни доходило сие, все оно есть только залог в отношении к будущему.
Приглашает Пророк вкусить, то есть опытно дознать Владычнюю благость. Но как сего достигнуть? Как довести сердце до вкушения сей благости? Верою, благочестивым размышлением и опытами повержения себя в лоно благости. Вера есть уповаемых извещение, вещей обличение невидимых. Она есть то же в области духовной, что чувственный опыт в отношении к вещам видимым. Если вера колеблется и слабеет, подкрепи ее размышлением о Божественных свойствах и действиях и об опытах благости Божией, явленных и являемых в роде человеческом, в отношении ли к целым народам и обществам или в отношении к частным лицам. Тут уяснятся, как бы, действующие законы благостной попечительности Господа о людях, к Нему прибегающих. Когда сознание укажет приложимость их и к тебе, тогда сердце не может не ощутить некоего готового приосенения благости и над тобою. Но внутреннее и действеннее вкушается благость Божия самым делом, — или опытами повержения себя в объятия Божий. Это последнее, кажется, и разумеет наиболее Давид. Он как бы говорит: сделайте опыт, начните самым делом возвергать на Бога печаль вашу, оставя все другие опоры и источники утешений, и узнаете, коль благ Господь ко всем, обращающимся к Нему в уповательной молитве (см.: Евфимий Зигабен, Ириней, архиепископ Псковский).