Страница 3 из 33
А Красота Дщери Царевой была вся внутри - говорит пророк (Пс. 44, 14). И эта внутренняя красота не была ими воспринята. Отсюда потом и родилась тоска по этой внутренней красоте, по Горнему, выразившаяся в Готике католических храмов.
Искусство зодчества храмов не случайно: оно выражает собою внутреннюю Тайну строющего народа - религиозную тайну восприятия душой Бога.
Готика - это искание Бога в небесах. Готика - это устремление ввысь, тоска, это - крик души взыскующей внутреннего. Готика - это голод души, это тощие руки мольбы, простертые ввысь, к небесам, ищущие "там", чего нет "здесь" на земле. В этих чертах и отразилася существенная особенность религиозного опыта западных народов, западного монашества.
И совсем иной религиозный опыт Восточного христианства, Восточного монашества. Здесь нет устремления ввысь. Восточные храмы готики не знают: они крепко стоят на земле. Здесь небо от земли неотделимо. Здесь нет тоски по небу. И эти черты полностью выражают опыт внутренней Восточной Церкви, Восточного Монашества.
Здесь, на Востоке - обладание; там, на Западе - искание. Здесь - внутрьпребывание в тайне с Богом, там - устремление ввысь, искание Бога в небесах. Здесь - отрицание "мира сего" и пребывание в мире Горнем, Небеси. Там - утверждение "мира сего", и взыскание мира грядущего Здесь - Богоносная умная молитва и тихая радость обретения. Там - экзальтированная влюбленность, переходящая в тоску исканий устремленных.
Потому Восточное монашество все внутри, во внутреннем созерцании. И его возраст - возраст седых веков, оно - детище древних народов. Его возраст - возраст созерцания "конца".
И опыт Православного монашества есть Божественный опыт "конца". Опыт конца тленного, внешнего, грешного бытия, опыт конца смертного образа человеческого.
И - светлый, величественный, потрясающий опыт начала иного бытия - Богоносного, опыт выявления Бога во плоти пришедшего, опыт выявления бессмертного Богочеловеческого Образа "неизреченной славы" - Лика Христова в образе человеческом.
С Тайной монашества Восточного неразрывно связаны и конечные судьбы христианского человечества, судьбы всего мира. В монашестве и только в Восточном монашестве, православном монашестве, сокрыты последние времена и сроки, в нем сокрыта тайна "конца".
С исчезновением монашества исчезнет и христианство. С исчезновением христианства исчезнет и внешний мир: придет его конец.
ГЛАВА 4
ВОСТОЧНОЕ МОНАШЕСТВО ХРАНИЛО В СЕБЕ ТАЙНУ НАЧАЛА НОВОГО БЫТИЯ И КОНЕЦ СТАРОГО.
Мысль о конце грешного, тленного бытия, о конце мира - мысль древняя, пророческая. Еще в Ветхом Завете пророки Божий о ней вещали.
Но она особым светом затрепетала в Новом Завете, в новом сознании христианского человечества. Христос-Спаситель и словом, и Своим Божественным воплощением Своего вхождения в природу человеческую дал уразуметь о конце бытия грешного, смертного - о конце сего мира и о начале бытия нового, бессмертного. В Св. Боговоплощении и скрыта тайна Нового Бытия, невещественного и конец старого, вещественного.
Самый факт появления Бога в природе человеческой весьма ярко свидетельствует о том, что сия природа получила начало иного бытия - Нового, Божественного, о чем Церковь в своих сокровенных гимнах, мало доступных непросвещенному сознанию, ликующе поет:
"Смерти празднуем умерщвление адово разрушение, иного жития, вечного начало".
С приходом христианства в мир вошло это начало этого бытия, начало вечного. Христианство - религия торжества:
"Вечного над временным,
Бессмертного над смертным,
Нетленного над тленным".
Христианство - религия Воскресения. В христианстве старое, тленное бытие упраздняется, ад разрушается, умирает ветхий, тленный человек с его ветхим, тленным миром, - и оживает человек новый, нетленный, бессмертный, человек Воскресения, живущий "на небеси".
В истинном христианстве - миру конец. В христианстве смертный человеческий род прекращается и выявляется род иной - бессмертный, ангельский, вступивший на путь христианства, тем самым вступил на путь прекращения смертного человеческого рода. Только тот христианин продолжает род, который недомысливает христианства по своему малодумию, по своему плотскому житию не вмещает его Тайны (Мф. 19, 12).
Тайна христианства - велика; потому и продолжается смертный род человеческий, что не может он вместить ее в сосуд своего духовного развития, не может вместить Тайны Бессмертия Христова. И не многие вмешают эту тайну. Одни ее вмещают от рождения, другие - от должной меры развития духовного сознания. И в них смертный род прекращается: они являются носителями иного рода, бессмертного. В них открывается и начало иного жития - вечного.
И носителями этого иного, вечного были в человечестве - святые ИНОКИ и святые избранники Божий - Апостолы, возродившиеся от Духа Божия. Они первые опытно познали это "НАЧАЛО НОВОГО ЖИТИЯ", божественного, вневременного, потому о бытии во времени, о мире во зле лежащем, изрекли Пророческое слово:
"Дети, последнее время мир проходит и похоть его".
(I Иоан. 2, 17-18.)
И с тех пор, как появилось новое, христианское сознание, новое ощущение новой жизни- просветленная мысль о конце старого сознания, о конце мира переходящего, весьма ярко засветилась над человечеством особым небесным светом.
Этим светом ярко озарилось первое христианство, опытно познавшее, живым чувством сердца - новое, иное. И отношение к старому было выразительное, острое, непримиримое, В сознании и чувстве просветленном - ветхий мир умирал, образ его исчезал и уходил в небытие.
Это живое, острое чувство нового христианского сознания о конце мира, нового отношения к миру, сильно и выразительно звучит в словах Св. Апостола, который писал:
"Я вам сказываю, братия: время уже коротко, Так что имеющие жен, должны быть как неимеющие, И плачущие - как не плачущие, И радующиеся - как не радующиеся, И покупающие - как не приобретающие, И пользующиеся миром сим, как не пользующиеся, ИБО ПРОХОДИТ ОБРАЗ МИРА СЕГО".
(I Кор. 7, 29-31).
Какое величественно-просветленное понятие о мире сем звучит в этих словах Св. Апостола! Мир сей - это только образ и при том преходящий: только тень, но не самый предмет. Какое глубокое и одухотворенное понятие, совершенно не свойственное бытию плотскому. И какое живое и острое ощущение "мира сего" как тени, как образа преходящего, - это благодаря просветленному, благодатному прозрению и ощущению живым чувством сердца того Вечного, Нового, не преходящего бытия, которое отбрасывает эту преходящую тень.
Восприняв и ощутив Вечное, как Новую Жизнь святые и сказали о мире сем, что он только образ мира Невидимого и образ преходящий. Но это острое и живое ощущение новой жизни не было воспринято христианскими на родами; оно нашло себе приют только в одиноких кельях отшельников и подвижников христианства. Эти одинокие и были носителями Нового, иного, Богочеловеческого бытия. Они шли путем веры Христовой и сей верой опытно познавали Тайны Христовы, Тайны Царствия Божия, познавали дивные чудеса Дивного Бога и Бог в них был воистину Дивен. А внешнее христианство "обмирщилось", "оязычилось", приспособилось к миру сему и жило его жизнью - плотской, вещественной, плотолюбивой. Новое бытие явилось достоянием только одиноких.
Небесный свет о дивных чудесах Дивного Бога, свет о новом бытии и о конце старого, - свет, озаривший темное бытие мира, с первых дней христианства и до последнего времени исходил от этих одиноких избранников Божиих, от иноков - исходил из пустынных монашеских келий, где совершалось в лаборатории духа великое тайнодействие, - жительство на земли - претворялось в жительство на небеси, темное, дебелое вещество - одухотворялось и сияло неземными лучами, грешная телесность претворялась в Св. Плоть, вода многих покаянных слез - в вино веселия вечного, земной человек - в небесного Ангела.
Там, в огне внутренних борений и тайного келейного плача, падение духа человеческого в вещественность, его овеществление изменялось, преображалось действием Божественным. Падший дух человеческий, превратившийся в плоть и пресмыкающийся в прахе ее похотствований - освобождался от власти похоти плоти, окрылялся благодатным вдохновением и воспарял от земли в Горняя, где и озарялся Лучами Незаходимого Солнца, светился Его Светом, превращался в свет "Вы - свет миру". (Мф. 5, 14).