Страница 137 из 211
Покаяние должно быть постоянное и глубокое - в этом и заключается тайна жизни святых. Вот вроде бы они святы, а зачем же они такие подвиги тяжелые несли, зачем они постились постоянно, зачем они слезы проливали? О чем проливать слезы таким людям, как Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Ефрем Сирин? Они чудеса творили, молитвой людей воскрешали, что же им плакать? Дело в том, что чем ближе человек к Богу, тем он больше видит свое недостоинство, свое падшее состояние, тем больше он видит свою отчужденность от Бога, тем больше видит, как действует в нем грех,- и у него на душе скорбь. А если этой скорби нету, если человек не чувствует себя глубоко виновным перед Богом, это говорит о бесстыдстве человека, о том, что он полностью погрузился в грех. И от этого страшного, бесстыдного состояния освободиться можно только покаянием.
Как же сердце свое умягчить, как его сокрушить, потому что только сокрушенное сердце Бог не уничижит? Прежде всего, конечно, нужно постоянно ходить в храм, потому что здесь во время богослужения благодать Божия разливается обильными волнами. Поэтому наше сердце, даже если оно сковано окамененным нечувствием, постепенно будет умягчаться. Но этот процесс не автоматический - нужно постоянно к Богу взывать, нужно постоянно трудиться над своим сердцем и просить: Господи, сокруши мое сердце, Господи, укажи мне мои грехи, Господи, избавь меня от них. И тогда Господь будет нам грехи показывать.
Человек далекий от Бога, как бы он ни напрягался, как бы ни думал, не может понять, в чем он грешен. Очень часто приходит взрослый человек креститься, и когда у него спрашиваешь: есть у тебя на совести какие грехи? - ответ всегда один: у меня никаких грехов нету, то есть, другими словами, человек говорит: я святой. Хотя был бы он святой, он бы сказал: у меня грехов столько, как песок морской. И если его спросить: какие? - начал бы их перечислять и, пока ему не скажешь: хватит, остановись,- он бы никогда не перестал. Вот почитать Ефрема Сирина - он пишет постоянно о грехах. Почему? Потому что его очи видят истину, а она заключается в том, что мы есть падшие, грешные создания, отверженные, отчужденные от Бога. Вот это есть истина.
Но человеку, ослепленному грехом, кажется, что у него все в порядке, как говорится, сыт, пьян и нос в табаке; все хорошо, все отлично, все о'кей. На самом деле это состояние страшное. А как только человек начинает приближаться к Богу, он начинает видеть в себе один грех, потом два, потом три, потом четыре и постепенно, вступая в борьбу с грехом - с тем, который видит,- он освобождает место для благодати Божией. Благодать Божия изливается в его душу, света в ней больше становится, и в этом свете он видит еще больше грехов. Люди неопытные в духовной жизни даже удивляются: я вот в церковь стал ходить и вижу, что становлюсь только грешней. На самом деле нет, человек не становится грешней, просто он приобретает духовное видение, он начинает видеть истину. Поэтому если он два года назад не видел в себе ничего, ему казалось, что все в порядке, то теперь, два года отходив в храм, он видит в себе уже много грехов. Это говорит о том, что благодать Божия проникла в его сердце.
Жизнь нам дана для очищения от греха, и в Церкви все устроено так, чтобы нам в этом помочь. Вообще цель существования Церкви на земле - это очищение, освящение людей, приведение их к Богу. Но если у нас не будет доброго подвига, если мы не будем сами своей волею стараться сердце свое сокрушить, стараться возненавидеть грех, возненавидеть мрак собственной души, то можно взять в дом сорок литров святой воды, можно обвеситься иконами, можно проводить в храме день и ночь - и все равно оставаться человеком темным, грешным, недоступным для благодати Божией. Поэтому со всей силой, насколько способна наша душа - а она мало, к сожалению, на что способна,- надо нам стараться возлюбить Богоявление, всеми силами устремиться к Богу. Только в этом случае благодать Божия будет в нас прибывать и мы будем каждый день принимать благодать на благодать, с каждой прочитанной молитвой мы будем богатеть в Бога, возрастать в благодати и приближаться ко Христу. То есть мы будем жить по воле Божией, потому что воля Божия - нам всем спастись, и не только нам, а вообще всему человечеству.
И если какой-то человек не спасется, а погибнет, пойдет в преисподнюю, в вечную муку, то в этом будет виноват он сам, а не бабушка, которая его "Отче наш" не научила, и не мама, которая всю жизнь работала, а его отдавала в детский сад. Потому что нет такого человека в мире, который бы не слышал имя Иисус Христос. А раз ты слышал, то почему ты к Нему не пришел? Из одного любопытства почему ты Евангелие не почитал? Знаешь, где церковь действующая? - очень замечательное слово: действующая церковь! Вот почему ты в эту действующую церковь не ходил по воскресеньям, когда тебе Самим Богом был дан выходной именно в этот день, в Воскресение Христово? Значит, ты сам не идешь, тебе самому это не нужно. Значит, ты стремишься к чему-то другому.
Есть только одна истина и правда на свете - это Иисус Христос, а все остальное - ложь и обман. Поэтому если человек стремится не ко Христу, а к чему-то другому, даже, на его взгляд, весьма возвышенному, важному и нужному, то это все обман. Если жизнь наша выстраивается не по направлению ко Христу, а еще каким-то боком, значит, мы обмануты дьяволом. Поэтому надо нам все силы своей души употребить на то, чтобы возлюбить явление в мир Христа Спасителя. Аминь.
Крестовоздвиженский храм,
18 января 1987 года
Великая Пятница
Сегодня Великая Пятница, поэтому литургии нет и совершается особенная служба часов, которая состоит из чтения пророческих псалмов и книг пророков, повествующих о распятии Христа Спасителя. И все то, что мы читали из псалмов царя Давида, из книги Исаии пророка, все, что они за много сотен лет Духом Святым видели, в Великую Пятницу и совершилось. То, что сегодня происходит в каждом храме, происходило и на Голгофе: так же стоял Крест, так же при Кресте стояли Мать Иисуса и любимый ученик Иоанн. Остальные ученики убежали, вокруг толкался народ, и одни хулили Христа Спасителя, другие издевались над Ним, третьи злорадствовали, четвертые просто были равнодушны - воинам, находившимся у Креста, было все равно, кого стеречь: им сказано охранять, и они охраняют, потому что им за это жалованье платят.
Вот так же и мы сегодня стоим при Кресте. Входит человек в храм, открывает дверь, видит - Крест. Он подходит к ящику, берет пучок свечей и идет ставит свечки: туда поставит, сюда. Здесь Евангелие читают, или слова апостола Павла, или поют тропарь: "Ужас бе видети, небесе и земли Творца на Кресте висяща, солнце померкшее, день же паки в нощь преложшийся, и землю из гробов возсылающу телеса мертвых". Когда Господь распялся на Кресте, солнце померкло, и днем стало темно, как ночью, и земля потряслась. А почему человек, видя это, никакого ужаса и трепета не имеет? Ему главное Николе, Казанской, Скорбящей поставить свечку; у него какие-то свои дела, какие-то свои мысли, о чем-то своем он молится. Почему человек не содрогается? Почему никто слезы не проливает, не бьет себя в грудь, не посыпает голову пеплом?
Апостол Павел в послании, которое сегодня читали, пишет (жалко только, что мы не слушаем, а такие здесь слова замечательные): "Отверглся кто закона Моисеова, без милосердия при двоих или триех свидетелех умирает: колико мните горшия сподобится муки, иже Сына Божия поправый, и Кровь заветную скверну возмнив, еюже освятися, и Духа благодати укоривый. Вемы бо рекшаго: Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь. И паки: яко судит Господь людем Своим. Страшно есть еже впасти в руце Бога живаго". Пройдет немножко времени, и все мы пойдем на суд. И знаете, нас Кто будет судить? Он, Христос. Перед нами наш Судия, Который спросит с нас за все: за каждое слово, за каждое дело, за каждую мысль мы будем держать ответ. А мы слушаем о том, как Он пролил за нас Свою Кровь - и остаемся ну, может быть, не совсем равнодушны, может, на какую-то секунду наше сознание хоть в какое-то слово включается, а так из всех здесь присутствующих только четверо или трое внимательно следили за тем, что здесь читалось. А между тем это слово нас касается, и касается непосредственно. Вот об этом надо нам подумать.