Страница 126 из 211
Вот мы в газете читаем: украли у государства 250 тысяч - и удивляемся: спрашивается, ну что с этими деньгами делать? А они знают, что с ними делать, и им еще мало. Они не просто украли и успокоились, нет, этот процесс все продолжается и продолжается, потому что грехом человек насытиться не может. Это невозможно, бес его не оставит в покое, он будет постоянно дергать за ниточку, а человек, как хампельман, будет все его команды выполнять: бес дернул за эту ниточку - человек руку поднял, бес дернул за ту - человек голову повернул. То есть он полностью является рабом беса, и не одного, а многих, и вот из этого складывается его жизнь. Дожил человек до смерти и не понимает, что всю жизнь его дергали за бесчисленные нитки и он по этим ниткам и жил и не знал даже, что есть Христос, что есть спасение, что есть свобода от греха, есть совершенно новая жизнь.
И Христос пришел на землю, Церковь основал, чтобы нас от этой поганой жизни, в которой мы живем, освободить, очистить. И пример этого бесноватого показывает нам, что мы можем освободиться от греха. Для этого надо ко Христу припасть, возненавидеть те грехи, которые мы в нашей душе увидим - а если мы будем ходить в храм, то будем в себе грехи видеть с каждым разом все больше, и больше, и больше. Когда человек приходит в храм первый раз, ему кажется, что он хороший, что он никому никогда ничего плохого не сделал. Это бес так устраивает, внушает ему эту мысль, и человек, будучи самым последним грешником, думает про себя, что он глубоко прав, что он может и других учить, и вообще он знает все, как нужно. На самом деле это глубокое заблуждение, и постепенно, познавая себя, познавая Бога, человек видит, что и тут он грешен, и тут, и тут, и наконец видит свои грехи, как песок морской. Вот тогда-то и начинается процесс выздоровления.
Поэтому надо нам к этому стремиться, если, конечно, мы хотим вечной жизни, хотим Царствия Небесного, хотим соединиться со Святой Троицей. А если мы хотим в том пекле, в котором мы сейчас живем, продолжать быть и за гробом, вечно вариться в этом котле греховном, то на здоровье, каждому свое, каждый выбирает ту жизнь, которая ему нравится. Человек получает то, что он, собственно, сам себе создал. Каждый является либо рабом Христа - слушается Его во всем, всех Его заповедей; либо рабом дьявола - и тогда начинает слушаться бесов. Другого состояния нет.
Но раз мы люди верующие, раз мы в храм пришли, значит, надо нам стремиться получить Царствие Небесное. Земная наша жизнь - это всего лишь подготовка к жизни вечной, которая начинается там. Здесь мы сколько проживем? Ну шестьдесят, ну семьдесят, редко кто девяносто лет, и все. А вот дальше начинается самое интересное. Но к тому, что там начинается, мы совершенно не готовы. Здесь-то мы устроились, здесь у нас уже все есть, а вот там-то у нас нету ничего. И надо нам обязательно этим озаботиться. Как-нибудь сесть вечерком на кухне, свет выключить и подумать: вот мне уже столько-то лет и сколько-то я еще примерно проживу - допустим, лет десять-двенадцать. Хорошо, а дальше что? Вот я умер, лежу в гробу, обложили меня поролоновыми цветами, выкрашенными анилиновой краской, безобразными совершенно. Вокруг меня в черных платочках выстроились мои родственники, которых я в глаза не видел лет десять - и вдруг приехали, чего, спрашивается? Они чего-то судачат между собой, обсуждают: сжигать - не сжигать, везти - не везти. Потом в автобусе отвезли меня на кладбище и мое тело засыпали землей. Что теперь будет с моей душой? Пойдет ли она в Царствие Небесное, ко Христу? А вообще кто такой Христос? где Он? какой Он из Себя? знаю ли я Его? Ну да, вроде и в церковь-то ходил, свечки ставил, на родительскую папу с мамой поминал. Ну а Христа-то, Бога познал? Раб ли я Божий?
Может ли человек про себя сказать, что он раб Божий? Раб - это тот, который ничего не имеет, а вся его жизнь принадлежит его господину: хочет господин, он раба убьет, хочет, его помилует; хочет, его оденет, хочет, разденет. А раб полностью господина слушается. У нас с Богом такие отношения? Нет, не такие. Бог где-то далеко-далеко. Когда Он нам понадобится, мы придем в церковь помолимся. А так Бог нам не нужен, мы занимаемся своей жизнью. И хорошо бы нам подумать о том, что эта своя жизнь очень скоро кончится и мы окажемся в глупейшем положении, потому что всю жизнь мы чего-то старались, а это все оказалось совершенно не нужным. Как Господь сказал: "Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу". Нужно-то одно: слушать слова Божии и исполнять их.
Поэтому видите, сколько нам предстоит еще в себе исправить. И надо стараться оставшееся время как раз этому и посвятить, чтобы нам не зря прожить, а то будет просто обидно. Сколько страдали, сколько мучились, и все напрасно. Уж если страдать и мучиться, то ради чего-то великого, нужного и ценного, ради Царствия Небесного. Выше ценности нет на земле. Поэтому нам нужно так свою жизнь устраивать. А для этого надо избавиться от того, что этому мешает, избавиться от бесов, которые сидят в нашей душе и руководят всей нашей жизнью. Аминь.
Крестовоздвиженский храм,
25 сентября 1986 года
Воздвижение Креста Господня
Воздвижение Креста Господня, помимо предпразднства и попразднства, помимо отдания, которое есть у большинства двунадесятых праздников, имеет еще и свое начало в субботе пред Воздвижением. То есть практически Святая Церковь торжествует этот праздник не одну неделю, а целых две, литургически подчеркивая его важность и уделяя ему особое внимание для того, чтобы и мы приобщились к нему. Своим духовным опытом, своим духовным оком Церковь прозревает истину и тайну Христа и через богослужение, в котором все мы в свою меру участвуем, пытается посеять эти истины, эти тайны и в наших сердцах.
Вот перед нами в центре храма лежит Крест, украшенный цветами. Он очень красив, этот Крест, а на нем - истекающий кровью Христос Спаситель. В христианстве ничто не поддается простой логике, а наоборот, как говорят философы, все антиномично. Например, Бог Троица и Бог един - как это возможно? Понять этого нельзя, можно это только созерцать, можно к этому приобщиться через духовный опыт. Любой догмат Православия нельзя просто логически объяснить, вычислить, просчитать, он выше чисто практического понимания. И в Кресте Господнем заключена такая же тайна.
Каждый из нас по опыту знает, что крест имеет великую силу, и большинство христиан боятся буквально на минуту снять с шеи крест, чтобы не лишить себя его ограждающей силы. Крестом мы начинаем каждую молитву, и крестом мы ее заканчиваем. Крестом мы осеняем свою постель перед тем, как отойти ко сну. Крестом мы освящаем свои жилища, украшаем священные облачения и храмы. Крест сам по себе замечательно красив, имеет совершенную форму, но не из-за своей красоты он обладает такой силой, а потому, что на нем был распят Христос. Поэтому когда на душе у нас мрачно, а это бывает оттого, что демонская рать нагоняет на нас уныние, достаточно нам взглянуть на Крест Христов и сравнить свою печаль с печалью Христовой - и наша печаль покажется нам просто смешной по сравнению с той, которую носил в сердце Он, видя наши грехи. Когда у нас что-то болит и нам трудно переносить боль, достаточно посмотреть на Крест Христов - и нам сразу станет стыдно, что мы пищим и скулим от малых испытаний по сравнению с теми испытаниями, которые Господь претерпел за нас. Когда мы остались одни, и нам кажется, что мы всеми брошены, и в сердце у нас тоска, достаточно взглянуть на Крест Христов - и нам станет стыдно, потому что мы-то никогда не бываем одни. Господь сказал: "Я с вами во все дни до скончания века". То есть держа память о Кресте в своем уме, мы можем жить, ничего не боясь.
Все страхи и смущения, которые мы испытываем, все наши трудности, все недоумения, все наше непонимание духовной жизни, нежелание нести свой крест, все малодушие, маловерие, вся наша слабость происходят оттого, что мы ум наш и сердце отдаем на поругание дьяволу. А те мысли, которые дьявол пытается поселить в нашем уме и через ум завладеть нашим сердцем, он навевает для того, чтобы мы отверглись Креста. Дьявол постоянно нас уводит, и он изощряется настолько хитро, что все человечество уже удалил от Креста, потому что Крестом человек спасается, а если удалить его от Креста, то спасение делается невозможным.