Страница 9 из 12
Неправильные обеты
Иефеай в случае победы над врагами обещал безусловно принести в жертву Богу то, что первым встретит возвратившись домой. И естественно,—его встретила с радостным приветствием прежде всех дочь: тогда он глубоко опечалился (Суд.11,30-40). Обет требуется предварительно обсудить, соразмерить с силами (Лк.14,28). Но если он произносится в сильном чувстве, под самым живым впечатлением какого либо несчастья или особенного благодеяния Божия,—и в таком случае должны быть определены его предмет, место и приблизительное время. Между тем одни возлагают на себя обеты и физически и нравственно невозможные для них, например, обещаются быть в Киеве для поклонения святым мощам, между тем как Киев в страшной дали от них, а дома дети остались бы без надзора.
Другие произносят безусловно такой обет, которого исполнить не могут не спросившись прежде согласия старших или высших себя, например, мужа или начальника или хозяина дома, и исполнение которого сопровождалось бы нарушением законных прав этих лиц: (один, путешествуя на Афон, тайно постригся в монахи без согласия своей, жены, которая оставалась дома, а главное—после этого снова возвратился домой, чтоб распорядиться своим имением). Обещаются за свое дитя, сына или дочь,— но не за малолетний возраст его, который находится еще во власти их, а за будущность его в совершеннолетии: только великие святые (как мать Самуила), которые с рождением своего дитяти и сообщали ему тот же дух благочестия, а воспитанием вполне развивали в нем этот дух,—только такие избранные лица могли обрекать Богу свое дитя прежде рождения (1Цар.1.11).—Иные же своим обетом одно исполняют, а другое нарушают в отношении к тому же Господу Богу или святым; так фарисей указывал на свое двукратное в неделе пощение, которое выполнял по усердию, но в то же время осуждал, унижал пред собой мытаря (Лк.18.11). Подобно этому некоторые строят и содержат торговые бани не без постыдной цели в отношении к иным посетителям, и—обетом какой либо жертвы Богу хотят освятить эту торговлю свою.
Есть люди, которые в силу данного обета просят священников отправлять в церкви от одного имени их какую либо особую молитву за самой литургией, например, петь «Высшую небес...» Но к чину литургии, который утвержден вселенскою Церковью, нельзя делать никаких частных прибавлений, кроме тех, которые вытекают из самого смысла литургии (например, моление о болящем или путешествующем) и указаны в правилах церковных. Просят также читать за всенощными по воскресеньям какой либо акафист. Но в этом случае не избегнуть многих неудобств: для сокращения службы опускается из всенощной или заутрени положенное по уставу; прочие посетители службы тяготятся молитвой, которая выполняется по обету и просьбе одного лица, и даже уходят из церкви, не выполнив своей особенной личной молитвы, например, молебна в день именин. К сожалению, многие дают обеты только такие, которые требуют от них внешнего труда, или внешней жертвы, например, сходить для встречи иконы особенно-почитаемой, исправить молебен—всенощную в доме, поставить большую свечу в церкви и т. п. Но лучше было бы им избирать обеты, помогающие исправлению и обновлению жизни их; потому что и несчастие-то, по случаю которых более даются обеты, Господь Бог посылает на нас с тою целью, чтоб мы исправлялись от пороков. Так обр.
вместо обязательства к дальним путешествиям, которые год от года отлагаются и, наконец совсем забываются,— лучше было бы им положить и постараться исполнить обет Богу около себя, например, отстать от какой либо недоброй привычки (от божбы, от картежной игры и т. под.), или же исполнить богоугодное дело дома, например, отговеть и приобщиться св. таин во все четыре поста года.—Ты, читатель наш, не будь тороплив в выборе себе богоугодного обета, особенно такого, который должен продолжиться долгое время!
Самовольное заменение или отменение данного обета
Иногда исполнить обет оказывается неудобным, например, если он дан опрометчиво или в несовершеннолетнем возрасте: в таком случае можно заменить его другим даром Богу. Иногда же и нет никакой возможности исполнить его, потому что неожиданно переменились обстоятельства (пожар истребил то, что было обещано Богу); потому что и самый предмет обета сделался запрещенным (например, вход во внутренность тюрьмы для подаяния милостыни):—в этих случаях следует совсем отменить обет, или прекратить его. Но замена или отмена обета должна произойти не просто, а с ведома и разрешения духовного отца. Почему же так?-—Потому что обет есть строгое обязательство совести к какому либо богоугодному делу. А судья и свидетель совести есть духовник. Если же христианин легко будет дозволять себе то перемену обетов, то совершенную отмену их: то и требования совести для него не будут священными.—Ты, сын Церкви—не решайся отменять свои обеты без духовного отца! Да притом и проси на сей раз разрешения только в очевидной нужде, а не без нужды.
Не от сердца частое призывание имени Божия или святых
«Уготовися призывати Бога твоего» (Амос.4,12). Кроме прямых богохулений, кроме напрасной клятвы или божбы и нарушении обетов,—имя Божие, если и не хулится, то многими и во многих случаях недостойно почитается, или всуе произносится. Такова, например, привычка часто поминать в разговорах имя Божие или святых без мысли. Христианину православному чье же более имя поминать, как не Божие? По опыту святых людей известно, что частое произношение имени Божия ослабляет и искореняет в нас страсти. Как это бывает, мы не сознаем подобно тому, как больной не сознает же той постепенности, с какою действует на его болезнь лекарство; тут припоминается пример: «видехом некоего именем твоим изгоняща бесы» (Мрк.9,38). Но имя Божие или святых даже среди обыкновенного разговора надобно произносить не так просто и равнодушно, как бы простое слово, а с мыслью, с искренностью «сердца и благоговением: тогда произношение его будет и позволительным и спасительным. Между тем одни произносят его только по одной привычке («Господи помилуй; да спасет тебя Божия Матерь»); другие—в ложной чувствительности, или в таких чувствах, которые и неискренни и обращены к предметам недостойным («ах, Боже мой»!); третьи—всего чаще—в гневе («что это, Господи! Христос с тобой, образумься! с глупым Бог не волен» и тому под.).
Что подобное богопризывание неискренне и недостойно, может каждый поверить себя так: когда он произнесет в разговоре имя Господа или Богородицы или святого,—чувствует ли в сердце своем хоть малейшее движение к Богу? Без сомнения, этого движения не окажется.—Ты, православный христианин! люби произносить имя Божие; пусть оно, так сказать, не сходит с языка твоего; пусть и с каждым вздохом произносятся тобой слова: «Боже мой; помилуй Господи». Но только говори все это приготовлению, с сознанием.
Частое упоминание в разговоре врага Божия
«Не давайте месту дьяволу» (Еф.4,27). Между тем многими и многими место ему дается в каждом разговоре, так что и речь их будто не полна, если дьявол (черт) тут не будет ими помянут. Это новая крайность, противоположная частому, но не поистине, призыванию имени Божия. Это просто болезнь нынешнего времени. О, горе великое! Имя дьявола слышится в разговорах и на улице и в гостиных, как между невежественными людьми так и в среде образованных, иногда же и почтенных по своему званию или должности. Ни радость, ни печаль, ни работа, ни отдых после работы, ни шутка, ни серьезный разговор, не обходятся без призывания дьявола («черта»). Забыто ли что сделать, долго ли не отыскивается нужная бумага или вещь, оступилась ли нога, чувствуется ли холод или зной, томит ли голод или жажда, болит ли голова? И уже готово на языке слово «дьявол» и даже «сто чертей»! Затрудняет ли какая мысль, не легко ли понять какой счет или предмет?—Тотчас делается указание на врага: «лукавый знает, что такое..; сам черт не разберет»; и прочие безумные слова. Досадил ли чем ближний?—Посылают его ко врагу или же называют его именем врага (уже тяжело только—лишь повторять для примера чужую речь!). Упрямится ли животное, например, конь, не ладится ли что в уходе за животным? И сыплется на него брань именем дьявола.