Страница 6 из 77
Чтобы оградить себя от них, преподобный Серафим решил совсем не принимать никого, особенно женщин. однако он сначала усердно помолился Господу и Пресвятой Богородице: есть ли на то воля Божия, чтобы оставлять людей без назидания и утешения? Для удостоверения он дерзновенно испросил знамения: «Если Богу это решение угодно, то пусть путь к его келье закроют деревья».
Как раз наступал праздник. отец Серафим пошел по обычаю в монастырь. И вот при спуске со своей Афонской горы он увидел, что сосны склонились и завалили тропинку. Батюшка пал на колени с благодарностью к Богу за чудное знамение и поспешил в обитель к литургии. Служил о. Исаия. Отец Серафим стоял в алтаре.
После Херувимской песни он благоговейно приблизился к своему духовному отцу: - Батюшка, отец строитель! - промолвил он кротко. - Благослови, чтобы на мою гору, на которой живу теперь, женам не было входа.
Отец Исаия, расстроенный подобной просьбой, ответил: - В какое время и с каким вопросом подошел ты, отец Серафим! - Теперь-то и благослови, батюшка, - продолжал просить преподобный. - Как же я могу за пять верст смотреть, чтобы женам не было входа? - возражал о. Исаия. - Вы только благословите, батюшка, - настаивал о. Серафим, - а уж никто из них не взойдет на мою гору!
Тогда отец настоятель велел подать икону Божией Матери «Блаженное Чрево» и, благословив его, сказал: - Благословляю, чтоб не было женам входа на твою гору. А ты сам охраняй!
Преподобный поцеловал святую икону и отошел. Причастившись Святых Тайн, он ушел в пустыньку и завалил дорожку колодами. Вход к нему теперь был закрыт.
Если же подвижник встречался с кем в лесу, то он смиренно кланялся и поспешно отходил в сторону. Даже саровская братия, зная о благословении настоятеля и любви преподобного к уединению, старалась не беспокоить его в лесу.
Но, чтобы укрепить Своего подвижника в молитвенном духе, премудрый Господь попустил ему еще испытание - страхования бесовские. По рассказам преподобного саровской братии, во время молитв в лесной пустыни вдруг слышал он страшный звериный рев, потом невидимая толпа с шумом выломала дверь кельи и бросила в комнату громадное полено, которое смогло из нее вынести лишь 8 человек.
В другие разы и днем, особенно же ночью, во время стояния на молитве, ему видимо вдруг представлялось, что келья его разваливается на четыре стороны, и что к нему со всех сторон рвутся страшные звери с яростным и диким ревом. Иногда вдруг являлся перед ним открытый гроб, из которого вставал мертвец.
Иногда злые силы, ибо это были их нападения, поднимали Серафима на воздух и со страшной силой ударяли об пол. Если бы не Ангел-Хранитель, самые кости от таких ударов могли бы сокрушиться. «Подобные искушения диавола, - говорил впоследствии о. Серафим, -подобны паутине: стоит только дунуть на нее, и она истребится, так-то и на врага дьявола: стоит только оградить себя крестным знамением - и все козни его исчезают совершенно».
После страхований в духовной жизни о. Серафима появилось новое искушение. Не сумев изгнать подвижника из пустыни с помощью страхований, дьявол искусил его любонача-лием. Поводом послужило следующее обстоятельство. Саровский монастырь в то время пользовался уже славою строгого устава и высокой жизни монахов. Поэтому не раз уже обращались к нему за устроителями и настоятелями для обителей других епархий.
Не мог тем более укрыться от взоров человеческих и пламенный Серафим. И вот в 1796 году ему предлагают быть настоятелем Алатырского монастыря Самарской губернии с возведением в сан архимандрита. Преподобный отклонил это лестное приглашение и упросил о. Исаию избавить его от этого. На его место был послан инок Авраамий.
Вскоре после этого враг с адскою злобою напал на святого, воздвиг в нем бурю мысленной брани - хульных помыслов и уныния. Тогда преподобный Серафим решился предпринять новый подвиг - столпничество.
В лесу, приблизительно на полпути между кельей и монастырем, в стороне от дороги лежал огромный гранитный камень. Каждую ночь о. Серафим приходил сюда и, стоя или склонясь на колени, с воздетыми к небу руками, взывал непрестанно: «Боже, милостив буди ми грешному!» А другой камень преподобный втащил в свою келью и там молился днем, чтобы не видели его люди.
В таком великом подвиге он провел тысячу дней и тысячу ночей, отрываясь только для необходимого отдыха и подкрепления себя пищей.
об этом подвиге преподобный молчал. Но все же молва дошла до епископа Тамбовского, и впоследствии он запросил игумена Нифонта. Сохранился отзыв Нифонта, в котором он пишет: «О подвигах и жизни отца Серафима мы знаем. о тайных же действиях каких, также и о стоянии 1000 дней и ночей на камне никому не было известно».
Лишь незадолго до кончины своей, по примеру многих других праведников открывая некоторые обстоятельства своей жизни, великий старец поведал об этом молении некоторым из саровской братии. один из них в удивлении сказал: «Это - выше сил человеческих». отец Серафим ответил ему: «Святой Симеон Столпник сорок семь лет стоял на столпе, а мои труды похожи ли на его подвиг?
» Собеседник заметил, что, вероятно, благодать помогала ему. «Да! - ответил старец. - Иначе сил человеческих недостало бы». Потом добавил: «Когда в сердце бывает умиление, то и Бог бывает с нами». Этим подвигом и благодатным умилением преподобный преодолел беса тщеславия и уныния, и вошел на чрезвычайную высоту молитвенного духа.
Преодолев и победив искушение, и получив от Бога внутреннее удостоверение о помиловании, святой Се ра фим снова возвратился к обычной, прежней, но еще более внутренне напряженной духовной жизни. Только теперь на всю его жизнь здоровье уже значительно ослаблено. особенно же стали болеть ноги.
однако искушение повышением снова повторилось после великого подвига. отцу Серафиму предложили второй раз настоятельство в Краснослободском Спасском монастыре. И преподобный спокойно, но решительно отклонил новое предложение, точно оно не его касалось уже. Нападение разбойников и явление Божьей Матери
Во всех искушениях и нападениях на преподобного Серафима дьявол имел целью удалить его из пустыни. Не одолев святого борца внутренними искушениями и страхованиями, он напал на него внешне. Это случилось уже через десять лет пустынножительства, 12 сентября 1804 года.
однажды о. Серафим рубил в лесу дрова. К нему подошли три неизвестных крестьянина и нагло стали требовать денег: - К тебе ходят мирские люди и деньги носят! - Я ни от кого ничего не беру, - ответил старец.
Но они не поверили. Тогда один из пришедших кинулся на него сзади, хотел свалить его на землю, но вместо того сам упал. от этого они несколько оробели.
Преподобный обладал большой физической силой; и, кроме того, он был с топором и мог бы защищаться. Мысль эта, - как он после рассказывал, - даже мелькнула у него в уме, но тотчас он вспомнил слова Спасителя: взявшие меч, мечом погибнут (Мф. 26: 52), не захотел сопротивляться, спокойно опустил на землю топор и сказал, кротко сложив крестообразно руки на груди: «Делайте, что вам надобно». 40
Тогда один из крестьян, подняв с земли топор, обухом так крепко ударил о. Серафима в голову, что у него изо рта и ушей хлынула кровь, и он без памяти упал на землю. они продолжили бить преподобного топором, дубиной, топтали его ногами. Затем они потащили его к келье, надеясь, что он там придет в память и сам укажет деньги. При этом крестьяне даже поговаривали о том, не бросить ли старца в реку.
В сенях они связали его по рукам и ногам и стали обыскивать пустыньку: разбили даже печь, разломали пол, но их долгие поиски не дали результата: они нашли только одну икону и несколько картофелин.
Внезапно чего-то испугавшись, они убежали, оставив преподобного Серафима связанным. отец Серафим пришел в сознание и с трудом развязал себя. Прежде всего, он поблагодарил Господа, что сподобился ради Него понести раны безвинно; помолился, чтобы Бог простил убийц.
Ночь он провел у себя в келье, страдая от ран, а наутро с трудом встал и пошел в монастырь. он пришел в обитель во время литургии. Братия ужаснулись страшному виду преподобного: он был весь в крови и грязи, лицо и руки - в ранах, в ушах и устах запеклась кровь, часть зубов выбита, одежда измятая, окровавленная, засохла и по местам пристала к ранам.