Страница 37 из 77
У кого текут слезы умиления, такового сердце озаряют лучи Солнца правды - Христа Бога. [1, с. 429.] О ПЕЧАЛИ Когда злой дух печали овладеет душою, тогда, наполнив ее горестью и неприятностью, не дает ей совершать молитву с должным усердием, мешает заниматься чтением Писаний с надлежащим вниманием, лишает ее кротости и благодушия в обращении с братьями и рождает отвращение от всякого собеседования.
Ибо душа, исполненная печали, делаясь как бы безумною и исступленною, не может ни спокойно принимать благого совета, ни кротко отвечать на предлагаемые вопросы. она убегает людей, как виновников ее смущения, и не понимает, что причина болезни внутри ее. Печаль есть червь сердца, грызущий рождающую его мать. Печальный монах не движет ума к созерцанию и никогда не может совершать чистой молитвы.
Кто победил страсти, тот победил и печаль. А побежденный страстями не избежит оков печали. Как больной виден по цвету лица, так обладаемый страстью обличается от печали. Кто любит мир, тому невозможно не печалиться. А презревший мир всегда весел. Как огонь очищает золото, так печаль по Бозе очищает греховное сердце (Антиох, слово 25). [1, с. 429-430.
] О СКУКЕ И УНЫНИИ С духом печали неразлучно действует и скука. она, по замечанию отцов, нападает на монаха около полудня и производит в нем такое страшное беспокойство, что несносны ему становятся и место жительства, и живущие с ним братья, а при чтении возбуждается какое-то отвращение, и частая зевота, и сильная алчба. По насыщении чрева демон скуки внушает монаху помыслы выйти из кельи и с кем-нибудь поговорить, представляя, что не иначе можно избавиться от скуки, как непрестанно беседуя с другими.
И монах, одолеваемый скукою, подобен пустынному хворосту, который то немного остановится, то опять несется по ветру. он -как безводное облако, гонимое ветром. Сей демон, если не может извлечь монаха из кельи, то начинает развлекать ум его во время молитвы и чтения. Это, говорит ему по-мысл, лежит не так, а это не тут, надобно привести в порядок, и это все делает для того, чтобы ум сделать праздным и бесплодным.
Болезнь сия врачуется молитвою, воздержанием от празднословия, посильным рукоделием, чтением Слова Божия и терпением, потому что и рождается она от малодушия и праздности и празднословия (Антиох, слово 26; Исаак Сирин). Трудно избежать ее начинающему жизнь монашескую, ибо она первая нападает на него. Потому прежде всего и должно остерегаться ее посредством строгого и беспрекословного исполнения всех возлагаемых на послушника обязанностей.
Когда занятия твои придут в настоящий порядок, тогда скука не найдет места в сердце твоем. Скучают только те, у кого дела не в порядке. Итак, послушание есть лучшее врачевство против сей опасной болезни. Когда одолевает тебя скука, то говори себе, по наставлению прп. Исаака Сирина: ты опять желаешь нечистоты и постыдной жизни. И если помысл скажет тебе: великий грех убивать себя, ты скажи ему: убиваю себя, потому что не могу жить нечисто.
Умру здесь, чтобы не увидеть истинной смерти души моей в отношении к Богу. Лучше мне умереть здесь за чистоту, нежели жить в мире жизнью злою. Я предпочел смерть сию грехам моим. Убью себя, потому что я согрешил Господу, и не буду более прогневлять Его. Что мне жить в удалении от Бога? озлобления сии стреплю, чтобы не лишиться небесной надежды.
Что Богу в моей жизни, если я буду жить худо и прогневлять Его (Слово 22)? Иное - скука, и иное - томление духа, называемое унынием. Бывает иногда человек в таком состоянии духа, что, кажется ему, легче ему было бы уничтожиться или быть без всякого чувства и сознания, нежели долее оставаться в этом безотчетно мучительном состоянии. Надобно спешить выйти из него.
Блюдись от духа уныния, ибо от него рождается всякое зло (Варсонофий, ответы 73, 500). Есть уныние естественное, учит св. Вар-сонофий, от бессилия, и есть уныние от беса. Хочешь ли знать это? Испытай так: бесовское приходит прежде того времени, в которое должно дать себе отдохновение. Ибо когда кто предположит себе сделать что-нибудь, оно прежде, нежели исполнена будет треть или четверть дела, нудит его оставить дело и встать.
Тогда не надобно слушать его, но надобно сотворить молитву и сидеть за делом с терпением. И враг, видя, что он поэтому творит молитву, удаляется, потому что не хочет давать повода к молитве (Варсонофий, ответы 562-565). Когда Богу угодно, говорит св. Исаак Сирин, он, повергнув человека в большие скорби, попускает ему впасть в руки малодушия.
оно рождает в нем крепкую силу уныния, в котором он испытывает душевную тесноту, и это есть предвкушение геенны; вследствие же сего находит дух исступления, от которого происходят тысячи искушений: смущение, ярость, хула, жалоба на свою участь, развращенные помыслы, переселение из места в место и тому подобное. Если спросишь, какая сему причина, то скажу: твое нерадение, потому что ты не позаботился поискать уврачевания их.
Ибо врачевание для всего этого одно, при помощи которого человек скоро находит утешение в душе своей. И что же это за врачевство? Смиренномудрие сердца. Ничем, кроме него, человек не может разрушить оплот сих пороков, а, напротив того, находит, что сии превозмогают над ним (Исаак Сирин, слово 79). Уныние у св. отцов иногда называется праздностью, леностью и разленением. [1, с. 430-433.
] Об отчаянии Отчаяние, по учению св. Иоанна Лествичника, рождается или от сознания множества грехов, отчаяния совести и несносной печали, когда душа, множеством язв покрытая, от невыносимой их боли погружается во глубину отчаяния, или от гордости и надмения, когда кто-то почитает себя не заслуживающим того греха, в который впал.
Первого рода отчаяние влечет человека во все пороки без разбора, а при отчаянии второго рода человек держится еще своего подвига, что, по словам св. Иоанна Лествичника, не совместно разуму. Первое врачуется воздержанием и благою надеждою, а второе - смирением и неосуждением ближнего (Лествица, степень 26). Как Господь печется о нашем спасении, так человекоубийца диавол старается привести человека в отчаяние.
Душа высокая и твердая не отчаивается при несчастьях каких бы то ни было. Иуда-предатель был малодушен и неискусен в брани, и потому враг, видя его отчаяние, напал на него и принудил его удавиться; но Петр -твердый камень, когда впал в великий грех, как искусный в брани, не отчаялся и не потерял духа, но пролил горькие слезы от горячего сердца, и враг, увидя их, как огнем палимый в глаза, далеко убежал от него с болезненным воплем. Итак, братья, учит прп.
Антиох, когда отчаяние будет нападать на нас, не покоримся ему, но, укрепляясь и ограждаясь светом веры, с великим мужеством скажем лукавому духу: «Что нам и тебе, отчужденный от Бога, беглец с небес и раб лукавый? Ты не смеешь сделать нам ничего. Христос, Сын Божий, власть имеет и над нами и над всем. Ему согрешили мы. Ему и оправдаемся. А ты, пагубный, удались от нас.
Укрепляемые Честным Его Крестом, мы попираем твою змииную главу (Антиох, слово 27). И с умилением будем молиться ко Господу: Владыка Господи небесе и земли, Царю веков! Благоволи отверсти мне дверь покаяния, ибо я в болезни сердца молю Тебя, истинного Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа, света миру, призри многим Твоим благоутробием и приими моление мое; не отврати его, прости мне, впадшему во многие прегрешения.
Приклони ухо Твое к молению моему, и прости мне все злое, которое соделал я, побежденный моим произволением. Ибо ищу покоя, и не обретаю, потому что совесть моя не прощает меня. Жду мира, и нет мира, по причине глубокого множества беззаконий моих. Услыши, Господи, сердце вопиющее к Тебе, не посмотри на мои злые дела, но презри на болезнь души моей и поспеши уврачевать меня, жестоко уязвленного.
Дай мне время покаяния, ради благодати человеколюбия Твоего, и избавь меня от бесчестных дел, и не возмерь мне по правде Твоей и не воздай мне достойное по делам моим, чтобы мне не погибнуть совершенно. Услыши, Господи, меня, в отчаянии находящегося. Ибо я, лишенный всякой готовности и всякой мысли к исправлению себя, припадаю к щедротам Твоим: помилуй меня, поверженного на землю и осужденного за грехи мои.