Страница 6 из 16
Укрепление в борьбе внутренней и подвиге мысленном, указанное во всех Писаниях, состоит в том, чтобы, когда сильно будем ратуемы лукавыми помыслами, не возмалодушествовать и не уныть, не остановиться и не прекратить дальнейшего течения своего на пути подвига. Когда поражаемся от скверных помыслов, хитрость диавольской злобы влагает в нас стыд, удерживающий нас от обращения к Богу с чувством покаяния и в молении; но мы да побеждаем их всегдашним покаянием и непрестанной молитвою, и не дадим плещи врагам нашим, т. е. да не обратимся вспять, хотя бы на каждый день по тысяче ран принимали от них. Решимся в себе самих даже до смерти никак не оставить живоносного сего делания; ибо вместе с искушениями ниспосылается нам сокровенно посещение милости Божией.
Св. Исаак говорит, что не только нам, страстным и немощным, приключаются мысленные падения, но и тем, кои стоят на высокой степени чистоты и кои под мышцею – предохранением разума Господня, проводят жизнь свою в достоблаженном безмолвии; но вслед за искушением у них бывают мир и утешение, и помыслы целомудренные и тихостные. О, сколь часто человек бывает немощен, и в немощи и в безсилии своем поражаем и повергаем долу! Но когда он исторгает знамя из рук сильного врага, тогда имя его провозглашается пред всеми: он превозносится пред сподвижниками своими и пред прочими, отличавшимися в брани, и приемлет венец и драгоценные дары, преимущественно пред всеми своими сверстниками. Вот как святые ободряют нас и удаляют от ума нашего всякое сомнение, дабы мы в борьбе мысленной, во время смущения от наносимых скверных помыслов не ослабели и не пришли в отчаяние!
А когда удостоишься посещения благодатного, не предайся безпечности и не превозносись, но смиренно обратись к Богу, благодари Его и приведи на память согрешения, сделанные тобою по попущению. – Помяни, как глубоко падал ты некогда и какой был тогда у тебя скотский, несмысленный ум. Размысли об окаянстве естества своего; перечисли все нечистые помыслы и те скверные плоды, которые наполняли душу твою, когда она охладевала без теплоты благодатной. Представь тот час смущения и безчисленных движений, который постиг тебя, незадолго пред сим, при омрачении твоем; вспомни, как скоро и внезапно уклонился ты на сторону страстей и услаждался ими, погрузясь во тьму умом своим. И все это вспоминая, кайся и укоряй себя.
Разумей и то, что все сие Промысл Божий наводит на нас для того, чтобы нас смирить. Вот что и блаженный Григорий Синаит сказал об этом: «Ежели человек не будет побеждаем и поражаем, одолеваясь всякой страстью и помыслом, если он не примет ран от духа злобы, не обретая помощи ни от дел, ни от Бога, ни от чего-либо иного, так что, во всем утесненный, едва не приходит в состояние безнадежности, – то он не может сокрушиться и смириться до того, чтобы поставить себя ниже всех, счесть себя последнейшим рабом пред всеми, и даже худшим самих бесов, так как от них он стужаем и побеждается». И то имеет Промысл Божий целью, в благоустроении своем, вводящем человека в смирение, за коим всегда следует возвышение от Бога, чтобы даровать смиряемому Божественную силу, действующую и совершающую в нем все, употребляющую его как орудие свое и производящую чрез него чудеса Божий.
Внимай этому со страхом: ежели не смиришь мудрование свое, то благодать оставит тебя, и ты, конечно, побежден будешь в том, в чем искушаем был от находящих помыслов; ибо твердо стоять в добродетелях сам собою не можешь: это есть дело благодати, которая носит тебя, как мать свое дитя, на руках своих, сохраняя тебя от всякой сопротивности.
Крайне надобно опасаться, чтобы нам самим не подать повода к укреплению восстающих на нас лукавых помыслов; а это бывает в таких случаях, когда станем проходить путь Божий не право, не усердно и превратно. Итак, кто желает совершенствоваться в любви Божией, истинно спастись и творить дело Господне, – тот, со многим усердием и тщанием да жительствует и, сколько есть силы, да подвизается во всем, согласно с Божественным Писанием, все благочестно исполняя во смирении, всегда с ревностью, без разленения и расслабления!
Вся полнота делания в жительстве нашем заключается в том, чтобы всегда, во всех делах, во всяком начинании, душою и телом, словом, и делом, и помышлением, сколько есть в нас силы, пребывать в деле Божием, с Богом и в Боге. Блаженный Филофей говорит, что подобно тому, как мы, живя еще в мире, посреди его суеты, порабощены были всем умом и всеми чувствами греховной прелести, – подобает нам, когда мы начали жительствовать по Боге, всем умом и всеми чувствами работать Богу Живому и Истинному, сообразуясь с Его истиной и волей, исполнять Его св. заповеди и всячески удаляться от всякого дела, Богу неугодного, по слову Божию: ко всем заповедям Твоим направляхся, всяк путь неправды возненавидех (Пс. 118, 128).
В частности: восстав от сна, прежде всего должно прославить Бога устами и исповедаться Ему, а потом уже начинать делание, т. е. молитву, пение, чтение, рукоделие и какое понадобится поделие, т. е. что-нибудь между делом. Ум же всегда должно иметь утвержденным в благоговении и уповании на Бога, чтобы все творить в благоугождение Богу, а не ради тщеславия или человекоугодия, твердо ведая, что везде Сый и вся исполняяй Господь всегда с нами; ибо Тот, Кто даровал нам ухо, все слышит; и Кто создал око, все видит.
Если случится с кем-либо беседовать, – беседа твоя да будет по Боге – богоугодна, с опасливым хранением от роптания, осуждения, празднословия и любопрения. Таким же образом и в пище и питии все со страхом Божиим да приемлется.
Наипаче должно соблюдать себя во время сна, благоговейно, с помышлениями, внутрь себя собранными, и с благочинием в самом положении наших членов; ибо сон сей маловременный есть образ вечного сна, т. е. смерти, и возлежание наше на одре должно напоминать нам положение наше во гроб. И при всем этом всегда должно иметь пред очами своими Бога, по примеру Давида, говорящего о себе: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся (Пс. 15, 8). Поступающий таким образом всегда в молитве пребывает.
У кого тело здорово, тому надлежит утомлять и упражнять его – постом, бдениями и занятиями, требующими усилия и труда, например – поклонами и тяжелыми рукоделиями, да будет оно порабощено душе и да избавимся от страстей благодатию Христовой. Буде же тело немощно, следует подкреплять его, сколько то потребно.
О молитве же никто да не вознерадит – ни здоровый, ни немощствующий. Ибо телесный труд в должной мере требуется от тех, кои имеют здоровье и крепкое тело; мысленное же дело, состоящее в том, чтобы ум иметь в богомыслии и в памятовании о Боге и чтобы крепко держать себя в любви Божией, – это дело на всех лежит неотложно, не исключая лежащих в тяжкой болезни.
К ближним нашим, по заповеди Господней, должны мы иметь любовь; и если они находятся близко к нам, да явим ее словом и делом, когда то не нарушит любви Божией; а когда они далеко от нас духом, да простираем любовь свою к ним, изгоняя из сердец своих всякое злопомнение о них, смиряя и преклоняя души свои пред ними и исполняясь желанием послужить им благоусердно. Если Господь узрит нас таковыми, то и прегрешения нам простит, и молитвы наши, как благоуханное приношение, приимет, и милости Свои преизобильно на нас излиет.
Замечательно, что прп. Нил, говоря о высоком благе молитвы, не оставил без внимания и тот промежуток времени, который нам можно употребить для принятия пищи и пития. «Даже, – говорит он, – и в нужной потребе ум сокровенно да поучается, ибо сие со страхом подобает исполнять».
В заключение же всего этого отдела св. Нил говорит: «Вот благодатию Божией сказали мы кратко от Св. Писаний о мысленном делании, как различны вражия восстания и брань, которые бывают во время подвига сего, какое при этом потребно противоборство, что лучший для этого способ – хранить сердце свое в молитве без всяких помыслов. Изъяснив отчасти силу и действие всего этого, мы дерзнули указать святые сказания о том, какой благодати сподобляются те, кои проходят путь сей самым делом, а я не достоин и прикоснуться к таковым. Еще сказали мы о том, чем может укрепляться труждающийся в таком великом делании, и о том, какую и как проходить жизнь тому, кто заботится о достижении в этой первой и главнейшей борьбе великой победы, т. е. безмолвия ума и истинной молитвы. После сего, Богу вразумляющу, скажем и о других способах разных борений и побед».