Страница 1 из 9
преподобный Максим Грек
ДВА СЛОВА ПРОТИВ МАГОМЕТА
Слово обличительное против агарянского заблуждения и
против измыслившего его скверного пса Магомета
По мере живущей во мне благочестивой веры и на сколько содействовала благодать Святого Духа, мы изобличили уже и иудейское зловерие, и еллинское нечестие и латинския ереси; богомерзких же агарян многоразличное нечестие и бесовскую прелесть если оставим без обличения, то никто за это нас не похвалит, а напротив, всякий осудит нас в крайнем небрежении и в ослаблении божественной ревности к благоверию. Поэтому, призвав неисчетную благодать Божественного и поклоняемого Параклита (Утешителя, Св. Духа), примемся с Божиею помощью говорить в защиту непогрешительной, боголюбезной и единой спасительной веры.
Есть много различных признаков, составляющих спасительную по Боге истинную веру, но из них три свойства более всех прочих необходимы для показания непогрешительного и спасительного благоверия. Они суть следующие: Сам ли Бог, всех Творец и Владыка, установил ту или другую веру; праведен ли и преподобен и благочестив, и исполнен всякой премудрости и разума – тот, чрез которого Бог, Творец и Владыка, ввел ее в жизнь, и третье, согласны ли узаконения известной веры во всем с догматами и заветами бывших от века боговдохновенных пророков и апостолов и вселенских отцов и учителей. Достовернейшие свидетели сих слов суть Авраам и Моисей и бывшие после него в разные времена все божественные пророки и сам Христос, Который тех, за совершенную их добродетель и за их благочестие избрал и исполнил всякой премудрости и разума и соделал их законоположниками богоугодного жительства, Который Сам исполнил узаконенное ими, хотя и несовершенное, по причине немощи тогдашних людей, и запечатлел божественно и властно. Избрав блаженного Авраама, похвалив и благословив его за то, что он благочестивым разумом и похвальною ревностию обличил отца своего, как соделавшегося наставником нечестия для прочих людей, сотворенных же им идолов сокрушил, познав сам единого Бога и исповедав Его Создателем и Промыслителем неба и земли и всего, что в них, от доброты твари уразумев превосходнейшего их Художника.
За такое благочестие Господь и воздал ему тем, что Сам явился ему в виде трех мужей, побывал под кровом его кущи, и человекообразно принял от него угощение, при чем дал ему величайшие обетования, что сделает его отцом многих народов, и что жена его, Сарра, уже состаревшаяся, родит ему сына, и что от Семени его благословятся все народы земли, и что семя его умножится, как песок, который по берегу моря, и как звезды небесные. Дав ему такие обетования, Творец и Владыка всех положил ему неписанный закон-тайну обрезания, сказав ему: «Благоугождай предо Мною и будь безукоризнен и непорочен» (Быт.17:1). Всё это блаженный тот муж принял с верою и сохранил и исполнил без порока как сам, так и потомство его, даже до Моисея. – Таковы явления и обеты Создателя всех, Владыки и Бога, бывшие блаженному тому и благочестивому мужу, патриарху Аврааму, как явствует из Божественного Писания. А бывшее блаженному Моисею явление, схождение и пришествие насколько велики и страшны! Они воистину страшны и превосходят всякое слово и всякую мысль. Сам Бог явился ему в видении огня, освещающего, но не опаляющего купину, и воззвал по имени божественного того мужа, и объявил себя Богом отцев его: Авраама, Исаака и Иакова и послал его в Египет извести из многолетнего рабства и от притеснения потомков Авраама, то есть, народ израильский.
Он прославил его там пред фараоном и пред всем Египтом многими чудесами, а потом и в Чермном море, которое Божественною Своею силою изсушил и безчисленный народ израильский провел чрез него немокрыми ногами. Но, дабы перечисляя подряд все, бывшие там вышеестественные чудеса, не наскучить вам повествованиями о том, что вам и без того известно, закончу речь сошествием Божиим на верх горы Синайской, для непосредственного собеседования, где Он и явил ему Себя, на сколько можно человеческой немощи воспринять явление Божие, – говорил с ним, как друг говорит со своим другом и дал ему закон, писанный на скрижалях из камня сапфира, начертав на них Своим Божественным перстом десять заповедей, живя по которым и направляя себя по ним, люди могли бы благоугодить Богу. Что эти блаженные мужи были таковы и столь дивны, и что Сам Создатель всех и Владыка чрез них благолепно, по неисчетному Своему человеколюбие, ввел свой закон в человеческую жизнь, – об этом довольно много сказано. А о самом Спасителе нашем, Христе Боге, Который всю, вообще, видимую и невидимую тварь просветил евангельскою проповедью, или, что то-же, невечерним светом непогрешительного боговедения и благочестия, – представляется излишним и говорить. Об этом говорит пророк: «покры небеса добродетель Его, и хваления Его исполнь земля», и опять «и сияние Его яко свет будет» (Авв.3:3–4).
Начиная с самого столпотворения, после бывшего при Ное потопа, когда люди умножились по всей земле, и род человеческий омрачился всякою злобою и всяким видом нечестия и прелестию идолослужения, – кто мог, до самого превышающего всякий ум и слово воплощения Бога-Слова, вполне избавить род наш от этой прелести и насадить в нас опять великую и преестественную тайну благочестия, которая пророком названа сиянием и светом. Сиянием потому, что ранее она заключалась в одном народе и в одной стране иудейской и местно их озаряла; светом же, как распространившуюся уже оттуда и вполне озарившую все языки, чрез блаженных апостолов, как сказано в Писании: «осветиша молния Твоя вселенную» (Пс.76:19). Можно и иначе понимать это пророческое изречение. Сияние – это данный Моисеем закон, как не совершенный, по слову божественного апостола, который говорит: «ничто же бо сотворил закон» (Евр.7:19), или как объяснил Сам податель обоих законоположений, сказав о законе Моисеевом: «не приидох разорити закон или пророки, но исполнити» (Мф.5:17), то есть: усовершенствовать его, как не совершенный. Ибо закон Моисеев наказует только самые действия греха, говоря: не прелюбы сотвори, не убий, не укради и так далее.
А евангельский закон Нового Завета самые причины поименованных грехов объявляет подлежащими страшному осуждению, говоря: «Аз же глаголю вам: иже аще воззрит на жену во еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердцы своем» (Мф.5:28). И опять: «всяк гневайся на брата своего всуе, повинен есть суду, иже бо аще речет брату своему рака, повинен есть сонмищу, а иже речет уроде, повинен есть геенне огненной» (Мф.5:22); так и об остальном. Ибо началом и причиною убийства служит безмерная ярость и гнев, как блуда – лукавое похотливое взирание. Итак, ветхий закон, как показующий только греховные деяния, приравнивается сиянию; ибо сиянием называется, обыкновенно, утренний на заре, так сказать, безсолнечный свет; совершенный же свет, это – евангельский закон, как делающий человека совершенным по Богу и возводящий его на первообразную доброту преблагого Бога, создавшего его по образу Своему и по подобию.
Сказав сколько нужно было о Xpиcте Спасителе и об установленной Им истинной вере, обратимся с помощью Божиею к обличениям нечестия скверного пса Магомета. В начале этого слова сказано нами, что три некоторые свойства наиболее составляют необходимейшую принадлежность спасительной и непогрешительной веры в Бога, то есть: самим ли Богом установлена она, и праведен ли и преподобен и благочестив и исполнен ли всякой боговдохновенной премудрости и непогрешительного разума тот, чрез которого Владыка всех ввел ее в жизнь человеческую, и согласна ли она во всем с догматами и преданиями боговдохновенных пророков и апостолов. Оставив ныне разсмотрение первого и последнего из сих свойств, разсмотрим прежде среднее между ними. Ибо когда это свойство будет разоблачено, тогда и остальные удобно разоблачатся. Начну же с следующего. Что этот скверный льстец и предтеча самого нечестивейшего антихриста сначала не был причастен ни благочестию, ни какой-либо премудрости и не имел никакого научного образования, это явственно доказывает существующая о нем повесть, которую я слышал от достоверных мужей, достоверно знавших касающееся его. Они разсказывали, что он был работником одного богатого измаильтянина в Аравии, извозничествовал у него и часто по найму бывал в Палестине и в Сирии с купцами измаильскими и сирийскими.