Страница 129 из 151
Таким образом он, благодаря своему положению, все больше прибавляет к богатству и, через всякого рода приобретения, присовокупляет золото к золоту до тех пор, пока не станет таким богатым, что почти не будет знать, скольким он владеет.
4. Так и христианин, нашедший в себе духовную харизму и радующийся утешению Божественной благодати, пусть надежно сокроет в себе утешение Духа или ведение небесных тайн, не хвастаясь и не показывая себя ближним, дабы, подпав под власть завистливой злобы, не быть незаметно обкрадываемым незримыми разбойниками под благовидными предлогами и не оказаться совершенно обворованным еще до тех пор, когда Небесный Царь назначит его на какое-либо служение и (пожалует) ему духовный сан. Ибо «домостроители тайн Божиих» (1 Кор. 4, 1), могущие действительно принести пользу душам и назначаемые на это Духом, — именно они непрестанно стяжают небесное сокровище и произносят свои слова «со властью» (Лк. 4, 32), нехвастливо и нетщеславно. Ведь (у Апостола) сказано: «Так мы и говорим, угождая не человекам, но Богу, испытующему сердца наши» (1 Фес. 2, 4). И еще: «Пред Богом, во Христе» говорим (2 Кор. 2, 17). Поэтому христиане должны с великим влечением устремляться к лучшим и большим дарам (1 Кор. 12, 31) Духа, быть ненасытными в (стяжании) небесного богатства и (всегда) алкать и жаждать правды (Мф. 5, 6), — а это и есть совершенная и непреложная любовь Духа (Рим. 15, 30). И блаженный Павел убеждает и увещает обладающих великими харизмами (стремиться!
к ней, не удовлетворяться уже приобретенными дарами Духа, но со всяким молением стараться стяжать то, что делает невозможным падение, — совершенную и непреложную любовь Духа, которая содержит в себе все харизмы. Более того, Апостол открывает (своим) ученикам, что она есть «путь еще превосходнейший» (1 Кор. 12, 31). Ибо у достигших таких степеней (духовного преуспеяния) и порочные страсти упраздняются по словам: «Любовь не завидует, не превозносится, не бесчинствует, не ищет своего, не мыслит зла»(1 Кор. 13, 4-5) и так далее; в них непрерывно и непрестанно изливается живой источник Духа из бездны Божества, как сказано: «А кто будет пить воду, которую Я дам ему, (то вода эта) сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4, 14), всегда восхищая ум в небесные неизреченные тайны (2 Кор. 2, 14), окрыляя его от славы к славе (2 Кор. 3, 18), от веков в века, от таинств в таинства, от силы в силу (Пс. 83, 8), от отдохновений в неизглаголанные отдохновения, от добродетелей в добродетели, от надмирных светов в сверхмирные света.
5. Мысль такой души, всецело занятая Божественными и лучшими (вещами), возжигается духовной любовью и благородным желанием к более славным и светлым красотам Духа, уязвляется ненасытным вожделением (Песн. 2, 5) к Небесному Жениху и, если можно так сказать, уже пресытившись низшими (вещами), возгорается желанием к лучшим и высшим (вещам), которые не могут быть ни словом изречены, ни раскрыты человеческой мыслью. Это подобно тому, как царский сын или дочь, пресытившись, отвергает драгоценности родителей и взыскует более цепного; например, вместо серебряных блюд — золотые, вместо светлых и дорогих шелковых одеяний выбирает покрытые драгоценными камнями и шитые золотом, вместо старого и доброго вина желает более старого и ценного. Все эти ценные предметы он унижает желанием лучших и как бы охуждает, прося у родителей более хорошего. Таким же образом подлинно царственные души, удостоившиеся получить Царского и Владычествующего Духа, приявшие в себя непреложную силу любви и уязвленные совершенной любовью к Небесному Жениху, уже больше не тратят свое время на порочные страсти. Ибо многим трудом, напряжением и совершенным подвигом на протяжении (долгого) времени они, через веру, освободились от них Духом, всегда восхищаются в небесные тайны Духа и посвящают себя различным красотам Божества, взыскуя со всем желанием лучшего и высшего.
Ибо Божество Духа имеет различные многообразные красоты, неизреченные и немыслимые, которые являют себя душам достойным для наслаждения, радости, жизни и отдохновения. И тогда святая душа, всегда уязвляемая все более сильной и пламенной любовью к Небесному Жениху, уже не оглядывается на земное, но бывает всецело поглощенной вожделением Его.
6. Стало быть, христианская душа, ставшая причастницей благодати, не должна останавливаться и быть преисполненной удовлетворенности, словно уже чего-то достигшая (Флп. 3, 12), но, взирая на ту цель, о которой говорил Апостол, (должна) всегда стараться многим подвигом и трудом обрести через веру обещанную (нам) совершенную любовь Духа, которая, как сказал Иоанн, «изгоняет страх» (1 Ин. 4, 18) ее должно всегда алкать и всегда жаждать правды (Мф. 5, 6). Душа обязана быть так внутренне расположенной, чтобы всегда считать себя за новоначальную, в силу того преизобильного богатства (Еф. 2,7) Духа, которое обещано верующим. И так настроенная благоговейная душа не лишится своего сильного стремления к лучшему, не потеряет уже приобретенные блага, а, наоборот, добавит к ним еще и те, которых она еще не имела. Христианин не должен, как наемник или раб, искать удобного случая, чтобы отлынивать от тяжелой работы, но, как сын и наследник (Гал. 4, 7), с благим расположением и усердием должен служить (своему) Отцу до конца, чтобы потом стать наследником отцовского достояния.
Ибо и в веке сем все, от царя до нищего, кажутся наслаждающимися жизнью и каждый уверен, что он живет. Но если ты сравнишь жизнь и роскошь богатых с жизнью бедняков, то обнаружишь большое различие. По сравнению с негой роскоши, многообразными яствами, различными винами, многочисленными одеяниями, золотом, серебром и прочим имуществом богача жизнь бедняка покажется тебе смертью. Ведь богач прикасается руками только к золоту и считает (свои) золотые монеты, а бедняк, если даже и в навозе найдет медный грош, не постыдится наклониться и поднять его, по причине своей крайней нужды. Поэтому если сравнишь жизнь бедного с жизнью богатого, то найдешь ее как бы несуществующей по сравнению с существующей, а (его) самого — как бы мертвым по сравнению с живым.
Так и в духовном. Все считают себя христианами вследствие исповедания веры во Христа или из-за каких-либо немногих добродетелей. Но очень мало истинных христиан, богатых Духом Святым, вкушающих изысканные блюда благодати, радующихся небесным вожделением Духа, украсивших душу различными небесными одеяниями харизм, стяжавших христианство не (одним только) исповеданием и простой верой, но силой и действием Духа непрестанно в уме осязающих руками души небесное золото, то есть ведение и истолкование тайн Духа. Таковы истинные христиане. Если ты сравнишь образ мышления и жизнь души их с жизнью других, то найдешь столь же большое различие, как различие между живыми и мертвыми. Потому что другие, будучи в ужасной бедности мирского духа, лишенные силы небесного богатства и смешавшие (свой) ум со страстями, когда обретают в себе один добрый помысел из многих злых, то успокаиваются; хотя они и преследуются бедностью, но, не имея различных действий Духа, (проявляющихся) в Божественных добродетелях, преисполняются уверенностью, облачаясь в скудные одежды малых добродетелей.
И Господь показал, сколь большое различие между теми, кто в будущем станут истинными поклонниками, и теми многими, которые лишь кажутся таковыми, поклоняясь не в духе и истине, а только поверхностным и внешним образом: «Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине; ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух — и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4, 23-24). Он отличает небесных придворных и богатых в Духе от живущих в ужасной бедности греха, которые думают, будто они живут через (внешнее) исповедание веры во Христа, но не стяжали (духовно) богатой жизни, осуществляемой в силе Духа.
7. Ведь все имеют (один) образ тела, но у одних оно здорово и неповрежденно, а у других — болезненно и увечно. Также наблюдается большое различие в телесных страданиях, ибо одни болеют, имея явные увечья; другие, не имея таковых, ощущают в теле ужасный озноб, так что не могут двигаться и хотя внешне тело их кажется здоровым, но страдания и возбуждение при (любом) усилии показывают, что их болезнь намного хуже и труднее излечима, чем у явно увечных. Имеющий видимые раны, придя к врачу, скорее получит исцеление, чем страдающий тайными болезнями тела, ибо они хуже явных и с трудом поддаются лечению.