Страница 70 из 71
Позитивный метод науки, естественно пригодный в точных науках, в области мертвой материи, где применяются математические измерения с математическими выводами, расширил свои принципы на "живую жизнь"; люди стали на нем строить общечеловеческое мировоззрение. Так стало отвергаться признание духовных начал в мире, а пустое место в этом мировоззрении стали объяснять незавершенностью научных достижений. Процесс последовательности творения мира от простого к сложному, от низшего к высшему в истории мира, повелением Божиим и данными от Бога силами, начертан на первой странице книги Бытия, этого древнего, но великого священного памятника человеческого мировоззрения, сохраненного у маленькой ветви людского рода — иудейского народа. А Библия ветхозаветная, в ее целом, представляет нам живую историю восхождения и совершенствования как религиозных представлений, так и углубления нравственных понятий. Ниже приводимый экскурс в один из отделов Библии — книг учительных — поможет нам иметь это представление. Современная наука, основываясь на принципе эволюции, не отвергает и фактов деградации. И то материалистическое мировоззрение, какое господствует в наши дни, не является ли выражением такой деградации? Само слово "эволюция" значит "развитие".
Но в широком смысле понимаемое развитие бывает двух видов: одно — в сторону полноты жизни, жизненности, как развивается живое растение; другое — в сторону умаления, как это происходит с мотком бумаги или клубком ниток. Атеистическое воззрение смотрит на разум, как на результат механического процесса, прикрывая процесс его развития миллионами лет. Религиозное же сознание говорит: "Мы потому и можем мыслить, что есть беспредельная мысль, как потому дышим, что есть беспредельность воздушного пространства. Вот отчего и называются вдохновением светлые мысли о каком-либо предмете. Мысль наша постоянно течет именно под условием существования беспредельно мыслящего Духа" (св. прав. О. Иоанн Кронштадтский). Можно ли дать высшее представление о достоинстве разума, чем то, какое выражено в приведенных словах святого праведного отца Иоанна? "Помяну дни древние". Помянем в этот раз мысли о разуме, о мудрости, трех тысячелетней давности, принадлежавшие людям ветхозаветной церкви.
Отцы, учители церкви и церковные писатели первого тысячелетия, упоминаемые в данной книге
Время их жизни и деятельность (указаны по годам их кончины). До Миланского эдиктаГод кончины Свящ.-муч. Климент, третий еп. Римский101 Свящ.-муч. Игнатий Богоносец, ап. Антиохийский107 Мученик Иустин Философ165 Свящ.-муч. Поликарп, кп. Смирнский167 Свящ.-муч. Ириней, еп. Лионский202 (Тит Флавий) Климент, пресв. Александрийский около220 Тертуллиан, пресв. Карфагенский около223 Ориген, уч. Александрийский254 Свящ.-муч. Киприан, еп. Карфагенский258 После Миланского эдикта (313 г.) Преп. Ефрем Сирин372 Св. Афанасий Великий, еп. Александрийский373 Св. Василий Великий, еп. Кесарии Кападокийской379 Св. Кирилл, еп. Иерусалимский386 Св. Григорий Богослов, Назианзин, арх. Константинопольский390 Преп. Макарий Великий, Египетский390 Св. Григорий, еп. Нисский395 Св. Амвросий, ап. Медиоланский397 Св. Иоанн Златоуст, архиеп. Константинопольский407 Блаж. Августин, еп. Иппонский430 Св. Кирилл, еп. Александрийский444 Св. Феодорит, еп. Кирский458 Преп. Максим Исповедник662 Преп. Иоанн Дамаскин около750 Преп. Симеон, Новый Богослов около1120
Вселенские Соборы
Первый (Никейский 1-й) — 325 г., по поводу ереси Ария — при архиеп. Константинопольском Митрофане, Римском папе Сильвестре, императоре Константине Вел., число отцов — 318. Второй (Константинопольский 1-й) — 381 г., по поводу ереси Македония — при архиеп. Константинопольском Григории Богослове, папе Дамасе, импер. Феодосии Великом. Число отцов — 150. Третий (Ефесский) — 431 г., по поводу ереси Нестория (ереси Феодора еп. Мапсуетского, поддержанной Несторием, архиеп. Константинопольским); при архиеп. Кирилле Александрийском, папе Целестине, импер. Феодосии Малом. Число отцов — 200. Четвертый (Халкидонский) — 451 г., по поводу ереси монофизитов (Евтихия, константиноп. архимандрита, Диоскора, еп. Александрийского, и др.); при патр. Константиноп. Анатолии, папе Льве Вел., импер. Маркиане. Число отцов — 630. Пятый (Константиноп. 2-й) — 553 г., по вопросу "о трех главах", связанному с осужденной на третьем Вселенском соборе ересью Феодора Мапсуетского и Нестория; при архиеп. Константиноп. Евтихии, папе Виргилии, импер. Иусиниане Вел. Число отцов — 165. Шестой (Константиноп. 3-й) — 680 г., по поводу ереси монофизитов; при патр. Контантиноп. Георгии, папе Агафоне, импер. Константине Погонате. Число отцов — 170. Седьмой (Никейский второй) — 787 г., по поводу ереси иконоборцев; при патр. Константин. Тарасии, папе Адриане, имп. Константине и имп. Ирине. Число отцов — 367.
Ереси, волновавшие христианскую Церковь в первое тысячелетие
Даже самый краткий обзор еретических движений в христианстве (от первых дней бытия Церкви) полезен тем, что он показывает, насколько разнообразны, рядом с общецерковным кафолическим учением и с "правилом веры" отклонения от истины, принимавшие очень часто резко наступательный характер и вызывавшие тяжелую борьбу внутри Церкви. В первые три века христианства ереси распространяли свое влияние на сравнительно небольшие территории; но с IV века некоторые из них захватили около половины империи и вызвали огромное напряжение сил Церкви, вовлекая ее на борьбу с ними; притом, когда постепенно одни ереси угасали, на их место возникали другие. И если бы Церковь оставалась равнодушной к этим отклонениям, то, что стало бы (рассуждая по-человечески) с христианской истиной? Но Церковь, при помощи посланий епископов, увещаний, отлучений, поместных и областных соборов, а с IV века — Вселенских соборов, иногда при содействии, иногда при противодействии государственной власти вынесла из борьбы непоколебимым "правило веры", сохранила неповрежденным Православие. Так было в первом тысячелетии. Второе тысячелетие не изменило положения вещей. Отклонений от христианской истины, разделений и сект появилось гораздо больше, чем в первом тысячелетии.
Некоторые течения, враждебные Православию, отличаются не меньшей страстностью прозелитизма и вражды к Православию, чем это наблюдалось в эпоху Вселенских соборов. Это говорит о том, как необходимо быть бдительными в хранении Православия. Особой бдительности в оберегании догматов требует ныне вышедший из кругов внецерковного христианства, неприемлемый для Православной Церкви, ложный путь для достижения доброй цели — пренебрежение догматической стороной христианкой веры для осуществления единства всего христианского мира.
I-III века
Иудействующие
Евиониты (от имени еретика Евиона или от евр. слова "евион" — бедный) считали Иисуса Христа пророком, подобным Моисею и требовали от всех христиан строгости в исполнении закона Моисеева; на христианское учение смотрели, как на дополнение к закону Моисея. Назореи веровали в Божество Иисуса Христа, но настаивали на исполнении Моисеева закона христианами из иудеев, не требуя этого от не иудеев христиан (умеренные евиониты). Евиониты-гностики. Учение их возникло из учения иудейской секты ессеев, живших за Мертвым морем (раскопки в Кумране), объединенного с элементами христианства и гностицизма. Ессеи считали себя хранителями чистой религии, открытой Адаму, но впоследствии затемненной иудейством. Ев.-гностики признавали восстановление этой религии Христом, как носителем Божественного Духа; элемент гностический выражался во взгляде их на материю, как на злое начало, и в проповеди сурового аскетизма.
Гностицизм
В основе гностических систем лежат идеи создания высшего религиозно-философского знания (***), путем объединения греческой философии и философии ученого Александрийского иудея Филона с восточными религиями, особенно, с религией Зороастра. Таким путем гностики вырабатывали разнообразны системы, предполагавшие безусловное решение всех вопросов бытия. Метафизическим построениям они придавались фантастические символические формы. Познакомившись с христианством и даже приняв его, гностики не оставили своих фантастических построений, пытаясь соединить их с христианством. Так возникли многочисленные гностические ереси в христианской среде.