Страница 34 из 53
Писание - плод Духа Святого. Оно может быть должным образом понято при помощи того же Духа. "Никто не должен ласкаться проникнуть в смысл св. Писания иначе, как сокрушением, слезами, молитвой, обращением ко Христу, словом: святостью. Нечто уродливое и противоестественное было бы, чтобы человек, неочищенный и плотский, от святости удаленный, понимал ясно дело Божие, то есть самую святыню. Это может случиться в земной мудрости, а в небесной - никогда. Для истинного разумения слова Божия необходима жизнь такая, которая привлекла бы к себе Духа Святого, обращение за помощью к тем, кто стяжал Духа Святого, явился на земле Духоносцем..." (М.М. Сперанский)
Воззрения Церкви достаточно известны и без обращения к критическому исследованию патрологии Миня. Есть истинное толкование Златоуста, Феофилакта, Пелусиота, Феодорита и других. Для сознательно живущего в Церкви едва ли позволительно, едва ли разумно поставлять свое мнение на место единодушного учения таких христоносцев. Надо идти по пути спасения, совершать путь жизни пред лицом Господа, ходить пред Богом, стремиться к Богу, примириться с Богом, искать живого ощутимого союза с Ним, стать "единым духом с Господом", независимо от своего житейского положения. Необходимо опытно познать, что содействует и что вредит достижению этой цели, а для этого понять и оценить значение как церковных установлений, так и евангельских, и святоотеческих наставлений. Не понимая опытно, что значит "быть едино с Господом", "сочетаться с Ним", быть в Нем, иметь Его в себе, - невозможно судить о достоинствах тех или иных взглядов на таинство исповеди, причащения и других установлений святой Церкви. Кто не осмыслит свою жизнь подлинно христиански и не ищет этого, тот не может правильно судить о нравственном значении тех или иных элементов жизни за неимением опытных данных для такого суждения...
Стремлением к Богоподобию и к Богообщению определяется достоинство жизни христианина. Все богатство, все сокровища благодати раздаются нам Всесвятым и Животворящим Духом. Он же укрепляет помощью Своею всех верующих во Христа. Где Дух Господень, там радость, мир, любовь, воздержание, милосердие, святость и правда.
Таинства Церкви - каналы, по которым благодатные струи из Божественного сердца переливаются в наши сердца.
Душа подобна небу - в ней обитает Господь.
Не пугайся же в самые трудные минуты, когда обиды беспокоят, горе тяготит; чем роптать, лучше прочти акафист Спасителю или повторяй Символ Веры много, много раз, и обида утихнет, горе забудется. Символ Веры содержит скрытую духовную силу.
А если в устах твоих будет еще и песнь небесная, то посетит твое сердце и веселие небесное...
Проходит время - и ты снова в затруднении: что делать?
Возведи опять ум твой к Спасителю, к Его Писанию, и тебе будет открыто, что делать - и успокоишься.
Как солнце, когда восходит - все освещает, так и слово Божие освещает все пути спасения в жизни. Кто твердо встанет на такой путь, тот может идти смело. Он видит, куда идти и может являть твердость на этом избранном пути, ибо Дух Святой укрепляет таких избранников и ведет их к жизни вечной. Сокровища и богатства благодати для них неистощимы. Они знают, как имя Господа Иисуса Христа сильно, а слово могущественно. При Нем ветры утихают, бесы умолкают; утихнет и твоя досада, пройдет мимо твое горе от сладчайших слов Спасителя...
Вот взволновалось сердце мое...
Прихожу в церковь, открываю Евангелие и восклицаю: Господи! Я искать Тебя пришел сюда. Прискорбна душа моя... И тут же, о радость! - услышал Господь - и скоро утешил! Слава Тебе, слава милосердию Твоему!
По опыту знаю, Спасителю мой, Слово Твое неизреченно благотворно. Им я согреваюсь, просветляюсь, возвышаюсь, утверждаюсь и сладко насыщаю изголодавшуюся душу мою...
В Слове Твоем жизнь моя, покой, умиление, радость и наслаждение. Любовь к Тебе, Господи, есть неизреченное наслаждение - оно превыше слов...
Как драгоценную жемчужину берегу ее в сокровищнице моего сердца и да сохраню я его до могилы...
Спаситель ждет от нас всецелой устремленности к Нему, и Сам подает нам силы и дарует победу как в слове, так и в духе.
Епископ Игнатий (Брянчанинов)
Текущий год властно требует от нас внимания к этому святителю-аскету. 100 лет прошло от дня его смерти и 160 со дня рождения.
Классы инженерного училища Брянчанинов прошел блестяще и вышел со званием инженера-прапорщика. Недолго был он в этом звании - скоро, по болезни, вышел в отставку. С детства религиозный, он мечтал о монастыре. И вот настал момент, когда он от мирской жизни смело мог устремиться к монашеским подвигам.
Государь Николай Павлович сказал ему: "Ты мне нравишься, как и прежде; ты у меня в долгу за воспитание, которое я тебе дал, и за любовь мою к тебе; ты не хотел служить мне там, где я предполагал тебя поставить, а избрал путь по своему произволу; уплати же мне на нем долг твой. Я тебе даю Сергиеву пустынь, хочу, чтобы ты жил в ней и сделал из нее монастырь, который в глазах столицы был бы образцом монастырей".
И, действительно, он уплатил долг Царю. Управляя пустыней, он вскоре воздвиг монастырь с тремя храмами и огромными корпусами, со множеством монахов... Потом был хиротонисан во епископа Кавказского и Черноморского.
Краса православного иночества, он был учителем его не только в своих аскетически-богословских сочинениях, но и во всей жизни своей, представлявшей дивную картину самоотвержения, борьбы с грехами, скорбями и болезнями. Живя на покое, преосвященный Игнатий занимался составлением аскетических сочинений, пересмотром и приготовлением к печати статей, писанных им в разное время. Его сочинения: "Аскетические опыты - пять томов: "Отечник", "Слово о смерти" и другие. Признается Святитель: "Писаний моих источник - Отцы, они принадлежат Отцам Православной Церкви. Избрание меня Промыслом Божиим в орудие преподания этой жизненной духовной пищи современному остатку верующих есть и им, и мне благодеяние Божие. "Мир любит свое", - сказал Спаситель. Когда мир услышит Слово Божие, провозглашаемое по стихиям и в духе мира, то есть когда он услышит учение свое, прикрытое личиной учения Божия, тогда он превозносит его похвалами. Когда же он ощутит в слове присутствие иного духа, действующего разрушительно на владычество мира, тогда он заражается ненавистью к слову, установляет гонение не произнесшего слово. Очень опасно приобретать познания не во Христе, а развивая свое собственное падшее естество, пребывать по духу в общении с миром. Действуя в области последнего способа, люди непременно заражаются враждою к Святому Духу...
Отступление начало совершаться с некоторого времени очень быстро, свободно и открыто. Последствия должны быть самые скорбные". Через полвека с небольшим эти пророческие слова исполнились. Мы - свидетели тому и страдальцы. Да и святитель Тихон Задонский своим современникам сказал проницательно: "Должно опасаться, чтобы Христианство, будучи жизнь, таинство и дух, не удалилось неприметным образом из того человеческого общества, которое не умеет хранить этот бесценный дар Божий". И, действительно, Христианство, как Дух, удаляется из среды человечества, предоставляя его падению его. Кстати здесь будет верная фраза Достоевского: "Без духовного спокойствия никакого не будет".
"Аскетические опыты" имеют огромное значение. "Это не мое сочинение, - заявляет Святитель, - по этой причине выражаюсь о нем так свободно. Я был только орудием милости Божией к современным православным христианам, крайне нуждающимся в ясном изложении душевного христианского подвига..." "Иеросхимонах Стефан перед смертью своею постоянно читал "Слово и смерти" и не раз говорил мне: "Это не Вы писали: это Бог дал Вам написать". Очень верно! То же должен я сказать вообще о всех моих убогих сочинениях... "Опыты" заменяют "Добротолюбие", будучи гораздо понятнее. "Такой взгляд очень верен", - добавляет сам епископ Игнатий.
Особенную ценность в моих глазах имеют его многочисленные письма на разные темы и с разнообразным содержанием. Как огонь, они зажигают холодное сердце. Как свет, они пробиваются в темноту грешных мыслей. В них есть энергия, зовущая к подвигу, и сладкое, желанное утешение всем скорбящим.
По искреннему и глубокому убеждению в величии учения Христова и по изящной простоте речи письма епископа Игнатия равноценны дневнику святого праведного отца Иоанна Кронштадтского и письмам епископа Феофана. Эти три духовных писателя по христианскому вдохновению в творениях своих сходны между собою: они не сочиняют, а исповедуют свои убеждения и свой личный опыт.