Страница 78 из 117
Уму нашему должно как опереться на некоем подлежащем и отпечатлеть в себе ясные его черты, и таким образом прийти к уразумению желаемого. Не имея понятия об отчестве и не помыслив о том, к кому прилагается сие отличительное свойство, можно ли составить себе понятие о Боге Отце? Не довольно того, чтобы перечислить разности Лиц, но надобно исповедовать о каждом Лице, что Оно в истинной ипостаси, потому что и Са-веллий не отрекался от представления безыпостасных Лиц, говоря: «Тот же Бог, будучи в подлежащем един, но преображаясь всякий раз по встречающейся нужде, беседует то как Отец, то как Сын, то как Дух Святый». Сие-то, давно уже заглушённое, заблуждение возобновляют ныне изобретатели этой безыменной ереси, отметающие Ипостаси и отрицающие именование Сына Божия, о которых, если они не перестанут говорить на Бога неправду, надобно плакать, как и об отрекающихся от Христа.
Сие написал вам по необходимости, чтобы оберегались вы от вреда лукавых наставлений. Ибо действительно, если лукавые учения надобно уподоблять губительным составам, как говорят у вас толкователи снов,— то это цикута и аконит, и другое какое-либо смертоносное вещество. Вот отрава для душ, а не мои слова, как восклицают эти отягченные вином и от разгорячения наяву предающиеся грезам головы, которым, если бы вели себя целомудренно, надлежало знать, что пророческое дарование озаряет души непорочные и очищенные от всякой скверны. Ибо и нечистое зеркало не может принимать в себя отражения изображений, и душе, которая предзанята житейскими попечениями и омрачена страстями плотского мудрования, невозможно принять в себя озарений Святаго Духа. Не всякое сновидение есть уже тотчас и пророчество, как говорит Захария: Господь сотвори привидения, и дождь зимен... зане провещающии глаголаша труды... и сония лжива глаголаху (ср.: Зах. 10, 1–2). Но эти люди, которые, по слову Исаии, видят сны на ложи и любят дремати (ср.: Ис. 56, 10), не знают и того, что действие обольщения посылается нередко на сынов противления. И есть дух лжив (3 Цар. 22, 22), который был в лжепророках и прельстил Ахаава.
Зная это, не должно им было до того превозноситься, чтобы приписывать себе дар пророчества, когда оказывается, что уступают они в точности птицегадателю Валааму, который, царем Моавитским призванный за весьма великие дары, не решился произнести слова вопреки воле Божией и проклясть Израиля, которого не проклинал Господь. Поэтому если сонные видения их согласны с заповедями Господними, то да удовольствуются Евангелиями, которые для достоверности своей не имеют никакой нужды в помощи сновидений. Если же Господь оставил нам мир Свой и дал нам новую заповедь, да любим друг друга, а сновидения ведут за собою ссору, раздор, уничтожение любви, то да не дают случая диаволу посредством сна вторгаться к нам в души и мечтаний своих да не ставят выше спасительных уроков.
Письмо 203 (211). К Олимпию
Извещает, что, прочитав письмо Олимпия и свидевшись с его сыновьями, забыл он огорчение, причиненное неокесарийцами, и обещается в угодность Олимпию отправить от себя письма, которых несколько уже и отправил. (Писано в 375 г.)
Прочитав письмо твоей досточестности, стал я веселее и благодушнее себя самого, а вступив в разговор с любезнейшими сыновьями, думал, что вижу тебя самого. Застигнув душу мою весьма огорченною, они привели в такое расположение, что забыл я о том яде, какой всюду носят против меня ваши снотолкователи и снопродаватели в угодность нанявшим их. Письма же частию я уже отправил, а частию, если угодно, пошлю после — была бы только от них какая-нибудь польза получающим.
Письмо 204 (212). К Иларию
Изъявляет скорбь свою, что не свиделся с Иларием в Дазимоне; упоминает о кознях врагов своих, советует Иларию терпеливо переносить болезнь. (Писано в 375 г.)
Что, думаешь, было со мною, и какую возымел я мысль, когда прибыл в Дазимон и узнал, что чрез несколько дней по моем прибытии твоя ученость удалилась? С того самого времени, как был я в училище, всегда высоко ценил беседу с тобою, не только по удивлению, какое имел к тебе из детства, но и потому, что всего дороже ныне душа правдолюбивая, способная судить о вещах здраво, что, как и полагаю, соблюлось еще в тебе. Ибо что касается до прочих, то видим, что большая часть из них, как на конских ристалищах, одни отделились к тем, другие к другим и присоединяют критики свои к защитникам мятежа. А тебе, который выше страха угодливости и всякой неблагородной страсти, прилично здравым оком взирать на истину. Ибо сознаю, что не слегка занимаешься делами церковными, когда и ко мне послал о них какое-то письмо, о чем объявляешь в последнем своем письме, только желал бы я слышать, кто взялся доставить мне это письмо, чтобы знать причинившего мне такую обиду, потому что не видал еще твоего письма ко мне об этом предмете. Поэтому как дорого, думаешь, дал бы я за беседу с тобою, чтобы довести до твоего сведения об огорчающем меня (потому что болезную-щим, как знаешь, приносит всякую отраду, если перескажут скорбь свою), и ответить на твои вопросы, не вверяясь бездушным письмам, но один на один пересказав и объяснив все.
Ибо живая речь действительнее в убеждении, и на нее не так легко нападать и клеветать, как на письменную.
А ничего уже не осталось, на что не отважился бы кто-нибудь, когда и те, кому вверено было нами важнейшее, кого из числа других людей признавали мы чем-то большим пред простыми людьми, и те приняли на себя труд чье-то сочинение, каково бы оно ни было, рассевать под именем моего и при этом клеветать братии, что для благоговейных ничто уже так недостойно ненависти, как имя мое. С самого начала принимал я старание оставаться в неизвестности, как, не знаю, заботился ли о сем кто другой из вникавших в немощь человеческую, а теперь как будто предпочитаю противное, то есть желаю прийти в известность у всех людей: так много говорят о мне повсюду на земле, а присовокуплю еще, и на море. Со мною ведут брань те, которые стоят на крайнем пределе нечестия и вводят в Церковь безбожное учение о неподобии. И те, которые, как сами думают, держатся середины, и, хотя утверждаются на тех же самых началах, однако же не соглашаются на следствия умозаключений, потому что они противны слуху многих, негодуют на меня, осыпают всякими, какими только могут, обидными словами, не удерживаются ни от одного навета, хотя Господь доселе все покушения их делал безуспешными. Не прискорбно ли это? Не делает ли сие жизнь мою мучительною? Одно у меня утешение в сих бедствиях — немощь плоти, по которой уверяюсь, что не много времени оставаться мне в этой несчастной жизни. И о сем довольно.
А тебе в телесных болезнях советую вести себя великодушно и достойно Бога, призвавшего нас, Который, когда видит, что с благодарением принимаем настоящее, или облегчит страдания, как у Иова, или вознаградит нас великими венцами терпения в будущее наше восстановление после сей жизни.
Письмо 205 (213). Без надписи
Благодарит за письмо, которое утешило св. Василия, огорченного беспечностию народа и народных правителей; просит молитв и по случаю вызова своего ко Двору требует совета в сем деле. (Писано в 375 г.)
Господь, подавший мне в скорбях скорую помощь, за то упокоение, каким успокоил ты меня, посетив настоящим письмом своим, Сам да подаст тебе помощь, вознаградив за утешение моего смирения истинным и великим веселием духа. Ибо болезновал я душою, в многолюдном сборище заметив какую-то скотскую и совершенно неразумную беспечность, а в управляющих им — застарелый и едва исправимый навык ко злу. Но когда увидел письмо и в нем сокровище любви, тогда узнал, что Распорядитель дел наших и нам, живущим горестно, воссиял сладостное утешение.
Посему приветствую твое преподобие, повторяя обычную просьбу: не прекращать молитв своих о моей бедственной жизни, чтобы мне, погрузившись в видимость жизни сия, не забыть Бога, воздвигающаго от земли нища (ср.: Пс. 112, 7), и поддавшись некоторому превозношению, не впасть в суд диаволь (ср.: 1 Тим. 3,6); вознерадев о домостроительстве, не быть во время сна застигнутым Домовладыкою, или расстраивая еще оное вредными делами и бия совесть (ср.: 1 Кор. 8, 12) сослужащих, или даже бывая вместе с упивающимися, не потерпеть того, чем Божие правосудие угрожает лукавым приставникам. Посему прошу тебя во всякой молитве испрашивать у Бога, чтобы во всем был я бодрствен и не со делался позором и поношением имени Христову при откровении тайн сердца нашего в великий день явления Спасителя нашего Иисуса Христа.