Православие и современность. Электронная библиотека

Страница 1 из 9

Галина Муравник

ПАРАДОКС ЧЕЛОВЕКА:

НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА СТАРУЮ ПРОБЛЕМУ

Содержание

Введение

Жажда целостности

Чарльз Дарвин и "обезьяний вопрос"

В поисках утраченного

"Нашествие" Homo sapiens`а

"Митохондриальная Ева"

Прикосновение к тайне

Использованная литература

Доклад на IX Международных Рождественских чтениях Москва, 2001 г. Секция "Христианство и наука". Галина Муравник, преподаватель биологии Московского лицея духовной культуры во имя преподобного Серафима Саровского, заведующая кафедрой Экологического просвещения школы-лаборатории "Пересвет".

Введение

В зоопарке у клеток с обезьянами всегда шумно и весело. Кажется, никто не пройдет равнодушным мимо этих забавных существ. Что же вызывает это всеобщее оживление? Обезьяны, хотим мы того или нет, удивительно похожи на нас. Но сходство это — мимика, жесты, "ужимки и скачки", какое-то карикатурное… Мы, европейцы, более склонны видеть в них карикатуру на человека, а не существа, имеющие сходство с нами по строению своего тела". Справедлив ли столь суровый приговор? Мы отнюдь не случайно заговорили о представителях отряда приматов, поскольку проблема происхождения человека, которой посвящена эта статья, имеет непосредственное отношение к нашим "ближайшим родственникам", как порой именуют обезьян.

Место человека в системе живой природы определил еще Карл Линней — известный шведский ученый XVIII столетия, автор первой научной классификации природы. Им был введен и термин "приматы", означающий "князья". В этот отряд на основании комплекса морфологических признаков был помещен вид, которому Линней придумал величественное имя "Homo sapiens" — Человек разумный. Так люди оказались в непосредственном соседстве с приматами, если иначе — с обезьянами. Присмотримся повнимательнее к этим соседям.

Приматы — один из многочисленных отрядов класса Млекопитающих. Благодаря многолетним исследованиям приматологов теперь известно, что обезьяны имеют не только сложное анатомо-физиологическое строение, но и не менее сложное поведение. Они обладают способностью к изготовлению простейших орудий, многому обучаются, в том числе — речевому общению (например, языку глухонемых), и, судя по всему, наделены элементарной сознательной деятельностью. К этому отряду относят около 200 видов животных, от крошечных, не более котенка, игрунковых обезьянок до двухметровых горилл. Вот в эту необычную компанию и попал человек как биологический вид.

Конечно, во времена К. Линнея о приматах знали немного (парадоксально, но сам он никогда не видел ни одной живой обезьяны, его знакомство с ними было заочным). Однако даже в ту пору было понятно, что их "княжеское достоинство" состоит в высоком, по сравнению с другими млекопитающими, уровне строения и поведения. Но все же сомнения в правильности систематического положения человека, видимо, не покидали К. Линнея. И он нашел поистине соломоново решение, выделив вид Homo sapiens в особое царство — Царство человека.

В конце XVIII столетия был опубликован труд Ж.Л. де Бюффона "История земли". В нем автор, названный современниками "Плинием XVIII века", не только обстоятельно изложил многовековую геологическую и биологическую историю нашей планеты, но и первым из ученых высказал "крамольную" мысль: люди — потомки обезьян. Нетрудно догадаться, какова была реакция. Сорбонна, старейший научный центр Европы, вынесла суровое решение: книга была публично сожжена палачом. Престарелого Бюффона спасла от более серьезных последствий только его блестящая многолетняя просветительская деятельность и слава ученого с мировым именем.

Однако слово о родстве человека и обезьян было произнесено. Независимо от желания автора эта гипотеза стала обретать сторонников и противников. Натуралисты, философы, богословы в течение веков искали ответ на жгучий вопрос — как человек пришел в мир. Каждая эпоха отвечала на него по-своему.

Жажда целостности

Древний мир оставил нам один письменный источник, принципиально отличающийся от вышеупомянутых. Это Библия, первые главы которой повествуют о творении человека. Это краткий, можно сказать, конспективный рассказ, метко названный одним из исследователей "Божественным протоколом" (И.Ш. Шифман). Наверное, нет другого Ветхозаветного текста, на который было бы написано такое количество комментариев. В чем причина столь сильной притягательности? Очевидно, в том, что данный текст таит в себе ответы на многие вопросы, в нем скрыта и тайна прихода в мир человека.

Наука в сегодняшнем понимании этого слова начала складываться в Новое время, пришедшее на смену Средневековью. Естествознание устремились к исследованию самых сложных проблем, и в первую очередь — проблемы происхождения человека. При знакомстве с работами этого периода обращает на себя внимание попытка естествоиспытателей (таких как Ж. Л. де Бюффон, Эразм Дарвин, Ж. Б. Ламарк и др.) совместить данные формирующейся науки с христианским учением о творении мира. Задача науки, в их понимании, — это познание Творца через оставленные Им следы в мироздании. Природа воспринималась как живая икона, естественное откровение. Размежевание науки и богословия, начавшееся в позднем Средневековье и повлекшее за собой десакрализацию науки, еще не достигло того рокового момента, когда наука окончательно покинула свою "колыбель" — религиозную философию, и вступила на самостоятельный, независимый путь поиска.

Именно в это время Ж. де Бюффоном и была высказана мысль о происхождении человека от обезьяны. Публичное сожжение "богохульного произведения" не могло остановить тех, кто искал ответ на сложнейший из вопросов естествознания. Версия Бюффона, кажется, лишь подбросила дров в костер. Отголоски этой дискуссии можно найти в работах философов (И. Кант) и натуралистов (И.В. Гёте).

Впервые вопрос о механизме возникновения человека был поставлен автором известной эволюционной теории Ж.-Б. Ламарком. Он признавал, что по своим физическим особенностям человек ближе всего стоит к человекообразным обезьянам, в частности, к шимпанзе, поэтому вполне допускал его происхождение от какой-нибудь разновидности "четвероруких". Но как? Ламарк первым разделил проблему на две части: происхождение физического тела в результате эволюции и появление богоподобного разума. Может показаться, что предложенная им схема эволюции человека не отличается от эволюции других видов живых существ. Однако прочитаем внимательно следующие строки его "Философии зоологии": "Вот к каким выводам можно было бы прийти, если бы человек… отличался от животных только признаками своей организации и если бы его происхождение не было другим"1http://www.spbda.ru/apologet/Bibl/myravnic.html - 1#1.

Что же отличает человека от других животных, если не признаки его организации? Ламарк считал, что это богоподобный разум, который не мог быть приобретен в процессе эволюции. Богоподобие человека не выводится из естественных законов природы. Но, вместе с тем, это — решающий этап становления человека, который был осуществлен при Божественном участии, а не в результате какого-либо природного процесса.

Чарльз Дарвин и "обезьяний вопрос"

В 1871 году вышла в свет книга Ч. Дарвина "Происхождение человека и половой подбор". Дарвину обычно ставят в вину, что он первым осмелился утверждать, будто человек произошел от обезьяны. Но здесь "лавры" принадлежат, как уже было сказано, не ему, а Бюффону. Дарвин же пытался обосновать положение о том, что между человеком и обезьянами существовало некое связующее звено — общий предок, от которого они ведут свое происхождение: "…Человек должен был развиться от какой-либо обезьянообразной формы, хотя и не может быть сомнения в том, что форма эта во многих отношениях отличалась от членов ныне живущих Primates"2http://www.spbda.ru/apologet/Bibl/myravnic.html - 2#2.

В своем труде Ч. Дарвин опирается на две науки: сравнительную анатомию и эмбриологию, подробно анализируя большой фактический материал. Если разбирать приводимые им аргументы с позиции сегодняшнего знания, становится понятно, что продемонстрировать появление человека путем естественного отбора (и даже опираясь на специально введенный им механизм полового отбора) Дарвину не удалось. Признавая, что его теория сталкивается со множеством трудностей, Ч. Дарвин был твердо убежден лишь в том, что человек, несмотря на все его достоинства, "…все-таки носит в своем физическом строении неизгладимую печать низкого происхождения" (выделено мной, Г.М.)3http://www.spbda.ru/apologet/Bibl/myravnic.html - 3#3. Следовательно он признал доказанным лишь факт эволюции физического тела человека. Таков корректный вывод ученого. Но тело — это еще не весь человек в его полноте.