Страница 40 из 106
Для этого возраста типичны «агрессивные фантазии», когда ребенок представляет себя на месте отрицательных персонажей или героем, отрубающим врагам голову. Он может заявить матери: «Ты меня обидела, ты плохая, я тебя убью». Спокойные объяснения в этих случаях — единственно возможное решение, так как в споре многие из проявлений отрицательных эмоций пройдут сами по себе, будучи позитивно переработаны развивающимся сознанием ребенка. Постепенно он будет лучше управлять своими чувствами, станет более терпеливым и терпимым, доброжелательным, сострадательным и жалостливым. Упрочится вера в себя и близких людей. Ребенок научится доверять им свои чувства и переживания, даже проступки, зная, что его выслушают, поймут, помогут, но не накажут и не унизят.
Если родители нетерпимы к непосредственности ребенка, аффекту и спонтанному выражению отрицательных эмоций, наказывают его за малейшее их проявление, окружают частоколом нравоучений и угроз — картина развития ребенка будет иной. Подобное блокирование отрицательных эмоций создаст состояние хронического психического напряжения, возникнет скрытое чувство раздражения, обиды и недовольства. Обычно тихий дома и вежливый на людях, ребенок будет пытаться разрядить чувство напряжения на сверстниках, проявляя агрессивность и недружелюбие или делая все исподтишка, оставаясь вне подозрений для взрослых.
Таким образом, истина лежит где–то посредине, и следует избегать как репрессий, так и вседозволенности.
Итак, подведем некоторые итоги. К концу дошкольного возраста, в 6—7 лет, чувства и переживания детей усложняются, дифференцируются. При сохранении эмоциональности и впечатлительности нет уже прежней наивности и доверчивости. Повышается самоконтроль, критичность, обязательность, появляется чувство вины («я понимаю, я просто так»), справедливости, красивого (возвышенного) и некрасивого (грязного, уродливого, постыдного), склонность к глубоким переживаниям — все то, что станет категорией совести в младшем школьном возрасте. Дети этого возраста повышенно самолюбивы, чувствительны к словам и их оттенкам, отношению окружающих. У них развито чувство собственного достоинства, они не переносят несправедливого, предвзятого отношения, оскорблений и обид, насмешек: «Мне так обидно, когда ты на меня кричишь», «Я переживаю», «Я плачу не от боли, а от обиды». Проявляется остроумие, ирония, юмор, понимание условностей, скрытого смысла пословиц, подоплеки происходящих событий. По–прежнему выражена потребность в признании, одобрении, понимании, поддержке и любви. Причем все в большей степени эти чувства начинают обращаться на сверстников, образуя сложную канву групповых отношений, включая увлеченность сверстником другого пола, чувство любви к нему. Развита эмоциональная память — помнится ряд эпизодов, происшедших несколько лет назад.
Развивается умение ставить себя на место другого человека, в известной мере представлять и ощущать его чувства и переживания. Это наполняет более глубоким содержанием чувство сострадания, сопереживания, являющееся вместе с совестливостью мерилом человеческой отзывчивости и благодарности. Умение предвидеть, прогнозировать и чувствовать себя на месте других людей создает основу для принятия и проигрывания межличностных ролей. Общение со сверстниками, к которому так стремятся в этом возрасте, становится более гибким, ситуативным и устойчивым. Мальчики при этом в первую очередь ориентируются на отца, а девочки — на мать, которые являются надежным источником авторитета и соответствующего полу поведения. Вместе с тем идет постоянное сравнение поведения родителей и сверстников, соответствия между ними. Особую чувствительность дети 6—7 лет обнаруживают к конфликтным отношениям в семье.
К 6 годам завершается для современных детей период дошкольного детства. Будем надеяться, что одна из основных задач родителей вами выполнена — заложено помимо необходимых знаний и умений гуманное, человеческое начало в формирующейся личности ребенка. Это означает, что дети 6 лет:
1) естественно (безболезненно) проходят фазы своего развития и решают закономерные возрастные проблемы; 2) испытывают чувство привязанности, нежности и любви в ответ на аналогичные чувства родителей; 3) реализуют свою потребность в авторитете и уважении, понимании со стороны близких и значимых для них лиц; 4) обладают устойчивым чувством «я», уверенностью и активностью, адекватной самооценкой, в том числе уровнем притязаний и возможностей; 5) способны к сопереживанию; 6) не проявляют выраженных чувств ревности и зависти при наличии ведущего чувства доброжелательности к людям; 7) контактны и общительны, стремятся к взаимодействию со сверстниками на равных.
Все эти приобретения личности, как мы видели, — результат нашего разумного воспитания и любви к детям.
А. И. Захаров
Половая дифференциация детей–дошкольников
К 3—4 годам ребенок усваивает свою половую принадлежность. Он знает, кто он: мальчик или девочка. Но он еще не знает, каким содержанием должны быть наполнены слова «мальчик» и «девочка».
Мы, взрослые, сознательно или бессознательно обучаем ребенка его половой роли. В соответствии с общепринятыми традициями ориентируем его в том, что значит быть мальчиком или девочкой. Мальчикам чаще, чем девочкам, прощаем проявления агрессивности и поощряем их активность, инициативность. От девочек ждем душевности, чувствительности и эмоциональности. Под руководством взрослых, через подражание ребенок начинает учиться быть мальчиком или девочкой. Его позиция как мальчика (или девочки) обусловливает его ориентации в выборе игр, интересов, мечтаний.
Ориентация ребенка на ценности своего пола прежде всего происходит в семье. Здесь многое определяют традиции. Так, мальчику, даже самому маленькому, обычно заявляют: «Не плачь, ты не девочка. Ты — мужчина». И тот учится сдерживать свои слезы. С ним солидаризируется отец, старший брат: «Мы — мужчины!» И тот учится сдерживать свои слезы, гордится, что он принадлежит к когорте мужчин. Девочку наставляют: «Не дерись. Не лазай по заборам и деревьям. Ты — девочка». И шалунье приходится обуздывать себя, ведь она — девочка.
В семье дети преимущественно подражают тем родным, которые являются представителями того же пола, что и сам ребенок.
В малой полной семье ребенок ориентируется на родителей, причем, как правило, мальчики — на отца, а девочки — на мать. Мальчик свой выбор отца аргументирует тем, что он тоже мужчина и должен быть похож на мужчин. При этом он выражает восхищение именно мужскими достоинствами отца. Девочка свой выбор матери аргументирует тем, что она тоже женщина и должна быть похожа на женщин, и выражает восхищение именно женскими достоинствами матери.
В многодетных семьях дети выбирают для подражания также старших братьев или сестер (выбор опять определяет в большей мере пол самого ребенка).
В неполной семье отсутствие отца может повлиять на характер мальчика. Могут развиться черты покорности, беспечности, изнеженность. Аналогичные, но не столь крайние формы проявляются в семьях, где отец хоть и есть, но его роль второстепенна. Поэтому одинокой маме нужно позаботиться о том, чтобы мальчик имел возможность общения со взрослыми мужчинами: дедушкой, друзьями.
Образцы мужского и женского поведения входят в структуру самосознания ребенка прежде всего через непосредственные проявления старшего поколения мужчин и женщин. Ребенок хочет ориентироваться на ценности своего пола. В первую очередь, однако, наш малыш обнаруживает различия мужчин и женщин в их одежде и манере себя вести. Из дневниковых записей родителей это отчетливо видно.
«Алику (4.4.1) сшили брюки. Алик почувствовал большую гордость: «Как у папы!» Очень быстро освоился со всеми премудростями новой одежды». (Из дневника А. Д. Павловой.)
«Кирилл (4.4.30) на вопрос матери, чем же отличаются мужчины от женщин, отвечает: «У женщин есть платьица, а у мужчин — брюки. Вот этим они и отличаются». (Из дневника В. С. Мухиной.)
Малыш пристально всматривается в представителя своего пола, однако нередко индивидуальные особенности человека он принимает за признаки, присущие своему полу. Пятилетний Никита стал подражать своему другу — молодому мужчине, который, видя обожание в глазах мальчишки, шутя сказал ему: «Настоящий мужчина, Никита, должен делать так» — и ловко быстрым, еле уловимым движением головы закинул волосы назад. Очарованный этим достоинством «настоящего мужчины», Никита начал беспрерывно встряхивать головой и пытаться забросить назад свои пушистые кудри.
Постепенно типичное поведение мужчин и женщин все–таки запечатлевается ребенком. Ребенок подражает всему: как полезным формам поведения, которые представляют человека с лучшей стороны, так и негативному стереотипному поведению взрослых, являющемуся вредной социальной привычкой (брань, курение и др.). Наш малыш хотя еще не использует подобные «символы мужественности» в своей практике, но уже с интересом начинает вносить их в сюжеты игры. Он весело хохочет со своими сверстниками, когда изображает курение, пьяного или когда произносит бранные слова. В семье не должны забывать, что ребенок копирует своих родных, особенно стараясь во всем походить на родителя своего пола.