Страница 103 из 188
Земля бо пившая сходящий на ню множицею дождь и раждающая былия добрая оным, имиже и делаема бывает, приемлет благословение от Бога: а износящая терния и волчец {стр. 449} непотребна есть и клятвы близ, еяже кончина в пожжение [1415]. Церковная История свидетельствовала справедливость этого изречения: человечество совращалось в ересь целыми народами, а обращение от ереси к Православию видим в весьма немногих частных лицах, и то редко, весьма редко. Страшный яд — ересь! неудобостижимый яд — ересь!
Другим источником ересей сделалась языческая философия и вообще человеческая ученость. Писатель II века, Тертуллиан, объяснил с подробностию и точностию, что все заблуждения, нарушившие мир Церкви, имели источником своим непременно какую-либо философскую школу [1416]. Это очень естественно: книжник, или земной ученый, должен, по завещанию Спасителя, научиться Царствию Божию, чтоб придти в состояние износить из сокровищницы своей ветхое и новое, то есть предлагать учение Божие в формах учености человеческой [1417]. Научиться Царствию Божию значит: стяжать Царствие Божие внутри себя. Без этого земной ученый может предлагать одно ветхое, хотя бы он беседовал о Боге из душевного, школьного знания. Ему невозможно избежать заблуждения, несмотря на всю его ученость: потому что ветхость, в духовном смысле, и есть состояние заблуждения и самообольщения. Святой Симеон, Христа ради юродивый, указал причину заблуждения ученейшего и даровитейшего Оригена в том, что Ориген не принял на себя труда перейти из состояния душевного в духовное и, уплывши далеко в мысленное море, потонул в нем [1418]. Необходимо, вполне необходимо всякому христианину ученому, особливо христианскому учителю, не останавливаться на своей земной учености, как бы он ни был богат ею, но перейти из плотского и душевного состояния в духовное, и получить живое, благодатное познание о Боге.
Имеяй заповеди Моя, насажденными в сердце своем, так чтоб они составляли имущество и {стр. 450} сокровище человека, — сказал Господь, — той есть любяй Мя: а любяй Мя возлюблен будет Отцем Моим: и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам действием Святого Духа [1419]. Имеющий Слово Божие насажденным и пребывающим в себе, сподобившийся Боговидения по причине чистоты ума, отрясший душевную глухоту и слышащий Божий глас [1420], с дерзновением и силою возглаголет о Господе своем, не так, как книжники [1421], ибо ведом во Иудеи Бог: во Израили велие имя Его [1422]. Под именем Иудеи здесь разумеется истинная Церковь, а под именем Израиля те члены Церкви, которые удостоились духовного видения и из него истекающего ведения.
Человеки, увлекаясь земным красноречием святых учителей, незаметно для себя принимали слово спасения, облекавшееся в земное витийство. Напротив того, ученый Арий, несмотря на то что был пресвитером, красноречивый Несторий, несмотря на то что был патриархом, и многие другие, подобные им, находясь в высоких санах церковных, сделались ересиархами и еретиками по той же причине, по которой погряз в глубине мысленного моря венец учености своего века Ориген. Говорит святой Григорий Синаит: «Иже кроме Духа пишуще и глаголюще, и Церковь созидати хотяще, суть (телесни) душевна, яко иже негде глаголет Божественный Апостол, Духа не имуще [1423]. Таковии бо повинни суть клятве, глаголющей: Горе, иже мудри в себе самих, и пред собою разумни! [1424] От себе бо глаголют, а не Дух Божий в них есть глаголяй, по Господню словеси. От своих бо помысл прежде чистоты глаголющий прельстишася духом мнения. О сем бо Притча глаголет: Видех мужа непщевавша себе мудра быти, упование же имать безумный паче его [1425]. И еже: {стр. 451} Не бывайте мудри о себе [1426], Премудрость нам заповедает. Но и сам, исполненный Духа Божественный Апостол исповедует, глаголя: не бо довольни есмы от себе помыслити что, яко от себе, но довольство наше от Бога [1427]. И еже: Яко от Бога, пред Богом, о Христе глаголем [1428].
Таковых бо словеса несладостны и непросвещенны, не от живого бо источника Духа приемлюще глаголют, но яко от некоего езера тименна, от сердца ищущего и питающего пьявиц, и змий, и жаб похотей и кичения, и невоздержания, и вода разума их смердяща, мутна же и теплохладна, от неяже пиющие на недугование и гнусность и блевание пременяеми обращаются» [1429].
Священное Писание, изученное по букве плотскими и душевными человеками, послужило для них к изобретению ересей, к погублению ими и себя и других. Святой апостол Петр сказал о посланиях святого апостола Павла, что их некоторые ненаученные и неутвержденные развращают (по русскому переводу: превращают), якоже и прочия Писания к своей погибели им [1430]. Здесь весьма правильно употреблены слова развращают и превращают: потому что плотский и душевный человек, не понимая духовного смысла в Писании, дает ему смысл сообразно своему устроению. Иначе это и быть не может: ведь надобно же душевному человеку получить какое-либо понятие при чтении или изучении Божественного Писания, а Писания он не способен понимать как должно; следовательно, по необходимости он дает себе понятие, какое ему заблагорассудится. Происхождение Священного Писания, способ понимания и объяснения его изображены с полною ясностию святыми апостолами Петром и Павлом. Святой Петр говорит: Всяко пророчество книжно по своему сказанию не бывает (по русскому переводу: никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою). Ни бо волею бысть когда человеком пророчество, но от Святаго Духа просвещаеми, глаголаша святии Божии человецы [1431].
Это значит: как произнесено Слово Божие, или Священное Писание, при посредстве Святого Духа, так только при посредстве Святого Духа оно может быть и объясняемо, следовательно, и понимаемо.
{стр. 452}
Святой апостол Павел говорит: Божия никтоже весть, точию Дух Божий. Мы же не духа мира сего прияхом, но Духа, Иже от Бога, да вемы, яже от Бога дарованная нам: яже и глаголем, не в наученных человеческия премудрости словесех, но в наученных Духа Святаго: духовная духовными сразсуждающе (по русскому переводу: духовное излагая духовно) [1432]. Отсюда видно, что в изложении и объяснении Писания нисколько не участвовала человеческая ученость, нисколько не участвовало школьное изучение Писания, изучение его буквы, которыми отличались и хвалились иудейские книжники и фарисеи, которое имел и апостол Павел, которое он вменил для себя в тщету ради превосходнейшего познания о Христе Иисусе, даруемого Святым Духом [1433]. После вышеприведенного Апостол продолжает: Душевен человек не приемлет яже Духа Божия: юродство бо ему есть, и не может разумети, зане духовне востязуется (по русскому переводу: потому что о духовном надо рассуждать духовно) [1434]. Это сказал Апостол из своего опыта. Он, находясь в состоянии плотского, душевного человека, был изучен Писанию о вере в Бога по современному обычаю, преобладавшему тогда между иудеями, уничтожившему между ними духовное понимание закона [1435], соделавшему иудейских богословов не способными познать и принять Бога, явившегося им во образе человека с неоспоримыми и яснейшими свидетельствами Божества Своего.
При обращении из иудейства в христианство святой Павел весьма быстро перешел из состояния душевного к духовному по причине, предшествовавшей обращению строго нравственной жизни [1436]. Обильно наученный Святым Духом, он узнал на себе, что прежние его познания, также обильные в своем отношении, не только не объясняли для него Бога, но и закрывали Бога от него, омрачали его, делали врагом Божиим [1437], отнимали у него возможность покоряться учению Христову [1438], представляли ему учение Христово странным, диким, нелепым, богохульным [1439]. Странным показалось оно иудейскому учителю Никодиму [1440]; жестоким и невыносимым показалось оно многим таким, которые {стр. 453} уже были учениками Богочеловека и последовали Ему в Его странствии [1441]. Этим соблазнившимся и оставившим Божественного Учителя ученикам Он сказал: Дух есть, иже оживляет, плоть (то есть плотское разумение Слова Божия) [1442] не пользует ничтоже: глаголы, яже Аз глаголах вам, Дух суть и Живот суть [1443]. Плотское разумение Слова Божия приводит к неверию, к соблазну самым всесвятым Словом Божиим, к ложным и превратным заключениям и мнениям, к оставлению Бога, к погибели. И Никодим, уверовавший в Богочеловека ради знамений, совершаемых Богочеловеком, соблазнился Его Словом, давая Слову Божию плотское значение.