Страница 7 из 252
Книг у меня нет никаких и я почти разучился читать — придется Тике учить меня. Крепко целую тебя, дорогая. He грусти.
П. Флоренский
Москва
Плющиха. Угол Долгого пер. и Новоконюшенного
д. 12, кв. 7 Ольге Павловне Флоренской
1933.ѴІІІ.18. Дорогая мамочка, пишу тебе из Свердловска, где пришлось застрять, вероятно, на неск. дней. Ехать до Свердловска было не легко, как будет дальше—не знаю. Мое назначение— в г. Свободный на Дальнем Востоке, но м. б. оттуда пошлют еще куда‑нибудь. Это время я очень безпокоился о твоем здоровьи, но потом узнал от Анны, что ты чувствуешь себя не плохо. Радуюсь, что повидался с тобою прошлым летом. Сейчас узнал, что поедем отсюда 21–го августа. За последние года я не раз радовался за Госю[2050], т. к. ей предстояло бы вынести очень много, и она не смогла бы выдержать. Ничего не знаю, как живут Лиля[2051], Шура [2052] и Андрей[2053]. Когда будешь писать им, передай им мой привет. К большому сожалению у меня нет очков, и я не могу видеть дорожных пейзажей, хотя в этапном вагоне и при очках эти наблюдения были бы затруднительны. На этапе всех обкрадывают воришки, которых в вагоне большинство, поэтому ехать надо имея лишь самое ничтожное количество вещей. А кроме того сопровождающие выпрашивают решительно все и рвут из рук. Все голодны, оборваны и в жалком состоянии. Целую тебя, дорогая мамочка. Привет Люсе[2054] и тете Соне[2055]
Свердловск. П. Флоренский
P. S. Здесь, в доме заключения, условия существования недурные. Адрес, г. Свободный Д. — Восточн. края, лагерь ОГПУ
г. Загорск (б. Сергиев)
Московской обл.
Пионерская, 19 Марии Павловне Флоренской
№ 8 [2056]. 1933.ІХ.9. Дорогая Тика, пишу тебе, только что отъехав от г. Тулуна. Мы задержались 1½ суток в Красноярске. Едем медленно, поезд через кажд. 10—15 мин. останавливается, т. к. он тов. — пасс. В районе Красноярска местность очень красивая, сильно волнистая сперва, а затем гористая, очень неровная. Красивые леса и перелески—из берез, пихт, лиственниц, кедров, изредка красных уже осинок. Теперь местность стала почти ровной, хотя вдали видны еще горы. Пихты очень красивы — острые, как кипарисы. Ночью холодно, да и днем не тепло, несмотря на солнце, а вчера шла крупа. Селенья тут редки, людей почти не видно. Леса видно поч^и не разрабатываются, много деревьев сухостойных, прочие растут не дружно; это уже близко к настоящей тайге. Еду и думаю о вас всех, как вы живете, здоровы ли. Всегда ли ты проводишь время с Аней? Помогаешь ли мамочке? Мы пересекли много больших рек, — посмотри на карту с Олей, — каких именно. — Скоро мы подъедем к городу, который называется Зима, а недавно была станция Койтун, что по–бурятски значит Мороз. Крепко целую тебя, дорогая Тика, поцелуй мамочку и Олю, кланяйся бабушке и Ане. Скажи маме, чтобы та не скучала и была весела. Будь здорова, не забывай немецкий и музыки. Собираете ли вы грибы? Еще раз крепко целую вас. Скажи маме, что я здоров. Когда будет случай, передай бабе Оле и бабе Соне, что я их крепко целую.
Папа.
г. Загорск
Московской области Пионерская 19 Анне Михайловне Флоренской
№ 9 г. Чита. 1933.ІХ.23. Дорогая Аннуля, только 16 сент. выехали мы из Иркутска, а сегодня ночью добрались до Читы. Выедем дальше завтра утром. Едем в теплушке, темно, ехать трудно. Пусть дети следят по карте за путешествием. В шкафу найдешь Географию Семенова[2057], там найдете разные сведения о местах, через которые я проезжаю, но к сожалению почти их не вижу. Впрочем, в Иркутске видел Ангару, она такого цвета, как Тикино ожерелье, очень многоводная и быстрая. Такого же цвета Байкал, очень красивый, бурный, шумит как море. Интересные горы, покрытые кедровыми лесами. Вообще Забайкалье гораздо красивее, чем Зап. Сибирь. Все время идут хребты, правда невысокие. Я писал уже о вещах своих, чтобы ты их приспособила‑либо детям, либо продала. Безпокоюсь, как вы живете. Обратись от моего имени к Ник. Петр. Ракицкому в «Техн. Энц.» и попроси устроить оплату долгов редакции. Целую вас всех, напиши мальчикам, что я их целую. Вспоминаю старую Васину [2058] поездку при [нрзб.][2059]
П. Флоренский
Целую тебя крепко, заботься о здоровьи.
Москва
Плющиха, угол Долгого пер. и Новоконюшенного д. 12, кв. 7 Ольге Павловне Флоренской
г. Чита. 1933.ІХ.23. Дорогая мамочка, сегодня ночью доехал до Читы. Еду в теплушке — темно и писать неудобно. Здоров. В Иркутске видел Ангару, цвета морской волны, многоводную и быструю. Потом видел Байкал, горы, кедровые леса. Березы все пожелтели. Места совсем не населенные. Ехать трудно, и с нетерпением дожидаюсь конца, т. е. г. Свободного. Передай мой привет тете Соне и Хамо [2060]. Ничего не знаю, как живешь ты и безпокоюсь о твоем здоровьи. Целую тебя и Люсю; если будешь писать, то передай мой привет Лиле с Георгием [2061] и Олей[2062], Шуре и Андрею с семьею. Позаботься о своем здоровьи. Я рад, что хоть в прошлом году ты побывала у нас. Крепко целую тебя, дорогая мама.
Я писал тебе уже неск. раз.
П. Флоренский
г. Загорск (б. Сергиев)
Московской обл.
Пионерская, 19 Анне Михайловне Флоренской
1933. X.3. № 12. Дорогая Анна, наконец, 1–го октября, я приехал на место[2063], хотя и не знаю — окончательное ли. Среди невысоких горных хребтов протекает горная река. Хребты скалистые и покрыты лиственницами, теперь уже канареечно–желтыми. Местность красивая. Все залито солнцем, светящим с утра до вечера. Ночью холодно и морозно, а днем тепло, и вчера я принял солнечную ванну. Ночью светит яркая луна. Небо большей частью чистое. После дорожного голода начинаю отъедаться; в частности тут широко употребляется кета в соленом виде. Говорят здесь много ягод—голубика, боярка (боярышник), морошка, черемуха, но теперь сезон уже закончился. Занят я целый день, но пока что совсем не по квалификации. Трудно без очков. Скучаю без вас, моих милых, безпокоюсь о том, как‑то вы живете одни. Надеюсь, что Вася и Кира уже вернулись[2064]. Попроси Мих. Владимировича отделать словарь названий изол. материалов[2065] самостоятельно, как может, и печатать без меня; м. б. потом присоединюсь и я. Может участвовать в нем Вася или Кира. То же—относительно статей[2066] о жизни изделий и др. Крепко целую всех вас. Когда будешь писать, сообщи о всех детях, как они живут и что делают. Я писал тебе, чтобы ты ликвидировала мою одежду и проч. —либо перешила детям, либо продала. —Дорогой Мик[2067], вероятно ты уже дома, с мамой [2068]. Хорошо ли провел лето?
Смотри, как Тика учится по–немецки, я был бы огорчен, если бы она забыла то, чему уже научилась. Если бы ты был здесь, то наверное ловил бы рыбу, т. к. река, на которую я часто смотрю, довольно большая. — Дорогая Тика, заботишься ли ты о мамочке? Поцелуй ее от меня. Кланяйся бабе Наде. Как твоя арифметика? — Дорогая Олечка, найди посредством мамы у меня в шкафу (наверху справа) «Географию» Семенова и посмотри там о Забайкальском крае, поцелуй Киру и Васю. — Мне пишите по адресу: Станция Ксениевская Забай- кальск. ж. д., 5–й пункт, почт, ящик № I, Павлу Александровичу Флоренскому. — Целую вас всех крепко, не забывайте своего папу, живите весело и бодро. Целуйте бабу Олю. Сообщите, как обстоит с квартирой[2069] при ВЭИ [2070] и как устраиваются мальчики.
П. Флоренский
Дорогая Анна[2071] я не писал тебе так долго, т. к. у меня не было денег на марку, а кроме того все ждал, не изменится ли мое местопребывание. В настоящее время, вот уже с неделю, я живу в новой местности, далее на Востоке, но на берегу того же Урюма. Горы здесь выше, пейзаж красивее, но условия жизни более городские. Впрочем мы ходим на ударники по земельным работам и потому я не сплошь сижу в комнате, но часов 5 провожу на воздухе. Все попрежнему светит солнце. Ночью очень холодно, вероятно более 30° мороза, а на солнце делается тепло. Однако мороз здесь переносится совсем не так, как в Москве: здешние 30° приблизительно соответствуют по впечатлению нашим 10°. Выпал легкий снежок, опорошивший горы, так что рельеф их стал выделяться особенно явно. При восходе и закате солнца все пурпурное и розовопурпурное. С 9 ч. утра до 2 часов ночи идет работа, но в середине дня, от 5 до 7 перерыв, в который все обедают и спят. Заниматься самостоятельно совершенно некогда, даже за письмо не знаешь, когда взяться.