Страница 32 из 89
Мы в сем отношении похожи на состязающихся на ристалищах. Призы уже определены и лежат наготове. Вступающий в состязание, конечно, имеет в виду получить приз и думает об этом. Но когда вступает в самое состязание, тогда у него все уже выходит из головы, одним занят — как бы скорее всех достигнуть определенного знака. Так и в деле спасения. Как не иметь в мысли Царствия Небесного? И к вере привлекает что другое, как не желание получить его? Но когда, уверовав, вступишь на путь к нему, не его уже одно имей в мысли, не на одно его устремляй очи ума и сердца (хоть и это уместно), но паче на знак впереди, которого если достигнешь, всеконечно получишь Царствие, а не достигнешь — не получишь. Что это за знак? Чистота сердца от всего страстного и греховного. В это и впери умные очи свои, сюда и направляй бег, на это обрати все усилия и труды. Потому что, если не очистишься, не видать тебе Царствия Божия, хоть бы ты целый век свой мечтал о нем и не переставал кричать: «Мой рай, я спасен!»
С состязающимися на играх сравнивает наше дело содевания спасения святой Павел. На играх, говорит, бег начинают многие, но почесть получает один, прежде всех добежавший до меты. Посему, говорит, и вы так теките, да постигнете; а для этого воздерживайтесь от всего, мешающего успешности вашего течения, как делают и вступающие в состязание на играх. — И я, говорит, теку. Как? Умерщвляя тело мое и порабощая его (1 Кор. 9, 24 — 27). Я еще не достиг, — еще не совершился, гоню же, аще постигну… Братие, аз себе не у помышляю достигши; едино же, задняя убо забывая, в предняя же простирался, со усердием гоню, к почести вышняго звания (Флп. 3, 12 — 14). Если такой Апостол говорит, что он еще не достиг, а стремится и бежит, чтобы достигнуть, то как же нам‑то говорить: «Как я рад, как я рада! Христос меня спас: рай мой»?!
Рай несомненно будет наш; но если будем тещи, и тещи прямою дорогою, то есть если потрудимся над очищением сердца без саможаления. Слушай, что говорит святой Павел: Бог положил нас во спасение (или, что то же, — в получение славы (2 Сол. 2, 14)), Господом нашим Иисусом Христом, умершим за нас (1 Сол. 5, 9—10). Когда Бог так положил, то несомненно так и будет. Нам же теперь что? Сложил руки и сиди?! — Нет, не это, а вот что: Вся искушающе, добрая держите. От всякия злыя вещи отгребайтеся, — и всячески заботьтесь, да ваш дух, душа и тело непорочными сохранятся к пришествию Господа нашего Иисуса Христа (1 Сол. 5, 21—23). Терпения имате потребу, да волю Божию сотворше, приимете обетование (Евр. 10, 36). Святой Петр весь путь до Царствия так изображает: все, говорит, нам Божественные силы, яже к животу и благочестию, поданы. Теперь за нами стоит — привнесть к сему дарованию благодати все тщание, и с помощию ее насадить в сердце всякие добродетели, вытеснив, разумеется, оттуда все страсти. Только сии добродетели, множась в вас, соделают вас не праздными и не бесплодными в познании Господа нашего Иисуса Христа, то есть покажут, что вы не напрасно уверовали. Итак, потщитеся сим образом известно ваше звание и избрание творити… Сице бо обильно приподастся вам вход в вечное Царство Господа нашего… Иисуса Христа (2 Пет. 1, 10–11).
Так видишь, что стоит между Царством и призванием к вере, — в чем сущность дела спасения, куда надо обратить все свое внимание. Царствие Божие стоит позади всего; начальная точка движения к нему есть призвание к вере и приятие благодати; средина — насаждение в сердце добродетелей с искоренением из него страстей, ревность к чему почерпается из веры и сила на что подается благодатию. О Царствии нечего беспокоиться; оно не уйдет; беспокойся и хлопочи об одном том, чтобы достойным его явиться. А ваш новшак отводит ваши глаза от сего ближайшего нам дела и устремляет их на дальнейшее. В прошлом письме я писал тебе, что в изображении устроения нашего спасения он покривил дело, отводя внимание от благодати Святого Духа, которою благоволит действовать во спасение наше Сам Господь; а теперь, как видишь, и в нашем содевании спасения он тоже покривил дело, отводя внимание наше от очищения сердца. Таким образом он решительно закрывает путь ко спасению и наследию Царствия. Путь сей — очищение сердца помощию благодати по вере в Господа; а он и от благодати, и от очищения сердца отклоняет внимание, — держа его только на начальном пункте — веры, и последнем — наследии Царствия. Не имея сего во внимании, увлеченные им, конечно, и не действуют в сих видах; не действуя, не идут туда, куда идущими себя воображают, — и мняся быть обладателями Царствия, сами себе заграждают в него путь.
— Это и имел я в мысли, говоря прошлый раз в начале письма, что у него все призрачно, неверно и ненадежно. Он сам в самопрельщении и других туда же ведет.
<br>
2. (Обличение лжеучения, что спасение дается даром и ничем заслужить его нельзя. Содевание спасения немыслимо без деятельности нашего произволения и свободы. Как идет в нас дело спасения. Как человек делается христианином. Главный момент в деле обращения к Спасителю. Как полагается начало содеванию спасения. Что ожидает человека, вышедшего из купели крещения или из слезной бани покаяния. О духе, душе и теле. Чем обнаруживается первое действие Духа Божия на человека чрез слово благовестия. Не ревнуй лукавнующим)
<br>
Третья кривда в учении вашего новшака есть, — что спасение дается даром.
5 Если бы то, что я написал выше, прочитал ваш новшак, то не утерпел бы, чтоб не закричать: «А! — так ты заслужить хочешь спасение и Царство?! Ничем этого заслужить нельзя; то и другое дается даром». — Это любимая фраза подобных мудрователей; и они считают ее победоносною.
Ты же смотри, услыша это, не сробей, будто захваченный на месте преступления; а помолчав немножко, обратись к нему с такою речью: «На это я отвечу тебе после; а теперь попрошу сказать мне: в деле спасения имеют ли место собственные наши усилия и труды или нет?»
Полагаю, что этим нечаянным вопросом ты поразишь его более, нежели сколько он тебя победоносною своею фразою. Потому что, набив себе в голову это «даром» и «заслужить нельзя», он и подобные ему до того отуманивают себя, что им и на мысль не приходят собственные усилия и труды в деле спасения; об них они и думать не думают и заботы никакой не имеют. Почему сразу тебе ничего и сказать не могут. Оттого и в числе присланных тобою пунктов и намека на них нет.
В Церкви Божией об этих — «даром» и «заслужить нельзя» почти не поминается. Слышим только отвсюду понукания: работай и трудись; вот–вот смерть, — с чем явишься на тот свет? Ревнующие о спасении и работают, не о заслугах мечтая, а считая себя обязанными трудиться как рабы. Выдумали эти фразы родоначальники по учению вашего новшака, потому что они очень подходят к их мудрованию о вседовлетельности веры. Но ими они извращают весь строй образа нашего спасения.
И ваш новшак туда же. Отчего? Оттого, что не умеет различать, в деле нашего спасения, того, что совершено и устроено Господом для нашего спасения, и того, что должны мы сами делать для своего спасения. У него не раз повторяется: спасение даровано нам туне, а дары Божий нераскаянны и отняты быть не могут. И выходит, что спасение — наше, и наше даром. Выпало у него из головы — если было там, — что приступающий ко Господу Спасителю с верою во спасение свое в завет с Ним вступает. В завете же так бывает, что одно Бог обещает, а другое человек обязуется исполнить. В Новом нашем Завете Господь обещает — все то даровать и усвоить человеку, что Им совершено для нашего спасения, главнейше — оправдание в силу крестной смерти Своей, и дарование благодати Святого Духа, а потом и Царство Небесное; а человек обязуется, отвергши все греховное и страстное, служить Господу неуклонно точным исполнением заповедей Его, что и есть — взять крест и идти вслед Господу, или взять на себя благое иго Его. Этот последний пункт и требует с нашей стороны усилий и трудов всевозможных. — И надо сказать, что это‑то и есть главное, на что Должно быть преимущественно устремлено все внимание ищущего спасения. Что от Господа, то уже несомненно будет исполнено, и нечего томить себя беспокойством о том.