Письма

Письма

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

Блаженной памяти старец Паисий пользуется большой известностью и почитанием во всем православном мире. На русском языке выходили его книги: "Преподобный Арсений Каппадокийский", "Отцы-святогорцы и святогорские истории", "Духовное пробуждение" (II том его "Слов") и книги, посвященные ему: "Когда чужая боль становится своей" и "Архондарик под открытым небом" священника Дионисия Тациса, а также другие публикации.

Настоящая книга представляет собой собрание писем, адресованных старцем сестрам монастыря святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова в Суроти (Фессалоники), основателем которого он был и насельниц которого духовно окормлял до самой своей кончины. Главное внимание в этих письмах уделено монашеской жизни, и ступившие на путь иночества или готовящиеся к этому найдут для себя в них бесценное сокровище духовного опыта и мудрые наставления, помогающие в деле спасения души. Благочестивые миряне также могут получить от чтения писем великую пользу, поскольку, по словам старца, евангельский идеал и заповеди Христовы едины для всех нас.

Поучения старца проникнуты подлинно святоотеческим духом и передают важнейшие духовные истины, ибо учение святых отцов он глубоко воспринял и воплощал в своей собственной жизни. Написаны они простым языком, с остроумием и подчас с юмором. Старец часто использует сравнения, метафоры и игру слов, выражая свои мысли своеобразно и ярко.

Надеемся, что, по молитвам старца Паисия, его книга в переводе на русский язык поможет нашим читателям в их духовной жизни и спасении души.

Издательство просит молитв о упокоении души рабы Божией Дэспины Сурмели-Киустелиду, оказавшей большую помощь в издании этой книги.

От греческих издателей

Эти письма были написаны блаженным старцем Паисием (1994) и отправлены им в исихастирий святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова.

Они были подготовлены к изданию за несколько месяцев до смерти старца, однако он просил издать их после его кончины с приложением его завещания, удостоверяющего и подтверждающего подлинность и сохранность текста писем.

Исихастирий святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова.

Успение Божией Матери, 1994 г.

Письмо в виде завещания.

В исихастирий святого евангелиста Иоанна Богослова, Суроти

Сегодня, 2 февраля 1988, на Сретение Господне, я счел своевременным написать и послать это письмо в исихастирий святого евангелиста Иоанна в Суроти старице Филофее с сестрами как своего рода завещание, ибо не знаю, когда умру, и не хочу, чтобы после моей смерти возникли какие-то проблемы.

1. Исихастирию святого евангелиста Иоанна в Суроти, старице Филофее с сестрами, принадлежат святые мощи преподобного Арсения Каппадокийского и право повторного издания двух написанных мною книг: "Отец Арсений Каппадокийский" (эта книга издана на русском языке; см.: Старец Паисий Святогорец. Преподобный Арсений Саппадокийский. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997 - Ред.) и "Старец Хаджи-Георгий Афонский".

2. Тот же исихастирий святого евангелиста Иоанна в Суроти имеет право на издание всех моих неизданных тетрадей и писем, посланных мною в свое время, а также записей, сделанных сестрами во время наших общих бесед. Таким образом, на все, написанное мною с 1967 до нынешнего 1988 года и до самой моей смерти, имеют права, о которыхя сказал выше, только старица Филофея с сестрами, живущие в исихастирий святого евангелиста Иоанна в Суроти. Другие сестры, уехавшие в Александруполис (город на северо-востоке Греции - ред.) с отцом Поликарпом, не имеют на это права, потому что не послушались моего совета и, очевидно, не получили пользы от всего того, чему я учил их многие годы. Поэтому теперь я только молюсь о том, чтобы им помог Христос. Аминь.

Итак, сегодня, в день Сретения Господня, в присутствии отцов, подтверждающих это мое письмо своими подписями, и невидимо пребывающего с нами Христа, я пишу и посылаю его и прошу, чтобы все упоминаемое мною в нем было принято со вниманием и соблюдено. Молюсь, чтобы вы сподобились доброго свидетельства в день Суда Божия и вечного Царства Христова. Аминь.

С великой любовью о Христе монах Паисий.

Святая Гора. "Панагуда", келлия монастыря Кутлумуш [1]

Свидетели отцы:

1) иеромонах Паисий;

2) иеромонах Арсений;

3) монах Исайя.

1. В келлии "Панагуда" старец Паисий провел последние годы своей жизни. Название келлии означает "Пресвятая" - ред.

ПИСЬМО ПЕРВОЕ. К новоначальным

Калива Честнаго Креста, 19.3.1973 г. (Калива - жилище отшельника, маленький дом, иногда с храмом в данном случае - в честь Честного и Животворящего Креста Господня. - пер.)

Сестра старица Филофея, благословите!

Я написал это письмо, сшитое в тетрадь (cтарец написал письмо к новоначальным в тетради, сделанной им самим - Греч. ред.), чтобы ММ послать в Афины молодым людям, которые хотят стать монахами и которые много раз просили меня о помощи, потому что, помимо трудностей от плачевного мирского окружения и мирского образа мыслей их родителей, еще большее зло им принесли своими протестантскими идеями некие духовники-иеромонахи, повторяющие всякие нелепости некоторых модернистских монастырей и монахов нашего времени. Однако в конце концов я это письмо не отправил, и одной из самых серьезных причин этого была боязнь сделать Капсалу (Капсала - местность на Святой Горе возле монастыря Ставроникита, где в келлии Честнаго Креста Господня в течение одиннадцати лет жил старец. - Прим. пер.) местом духовного туризма.

Я решил сжечь его, но пожалел, потому что трудился три дня, чтобы написать его, а также поскольку видел в нем нечто доброе, что может помочь сестрам в их ежедневном подвиге.

Надеюсь, что вы меня правильно поймете и не осудите за головомойку, которую я устроил, потому что нужно было показать, что такое православное монашество, чтобы эти модернисты увидели свое бедственное положение, устыдились и в будущем перестали говорить протестантские глупости.

Радуйтесь. ("Радуйтесь" - часто употребляемое в Греции при встрече и прощании приветствие. - Ред.)

Ваш брат монах Паисий.

Первая седмица святой четыредесятницы 1973 года.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу

Перед тем как моя неумелая рука начнет писать, хорошо будет попросить прощения у всех благочестивых читателей за то, что я, безграмотный, дерзаю писать, тогда как и греческого языка не знаю достаточно хорошо. Возможно, то, что я делаю, показывает, что со мной что-то не в порядке, но я, к сожалению, не знаю причины этого. Мне кажется, что я пишу из-за сочувствия к новоначальным монахам, однако откуда мне знать, не был ли причиной этого мой огромный скрытый эгоизм, которого сам я не смог различить? Поэтому прошу вас: если это так, молитесь, чтобы Бог помиловал меня.

То, что я испытываю сочувствие к новоначальным монахам и тревогу за них, - правда, потому что, будучи новоначальным, я много пострадал, прежде чем обрел то, чего желал. Естественно, никто не был виноват в том, что я страдал, кроме множества моих грехов (я страдал, чтобы расплатиться хотя бы за некоторые) и равным образом моей неотесанности, бывшей второй причиной того, что я страдал, ибо я вверял себя первому встречному. Благодарю Бога за все, потому что все мне было очень полезно. Кроме ржавчины ветхого моего человека, которую сбивали эти удары, и опыта, который они мне оставили, они УМЯГЧИЛИ мое жестокое сердце, и я с состраданием молюсь за новоначальных, чтобы они сразу же нашли подходящие условия и стали благоискусными согласно своему призванию.

Итак, одна из главнейших причин, по которой страдают новоначальные, состоит в том, что они не находят подходящих старцев, которые могли бы им помочь, так как большинство из нас, к сожалению, старики, а не старцы. Естественно, что и суждения у новоначальных детские, потому они и ошибаются. Например, новоначальный сразу же приходит в умиление, когда видит немощного монаха, потому что думает, что он большой подвижник, или, если у него длинная и седая борода, он кажется ему очень почтенным, и новоначальный на основании этих критериев сразу же вверяет ему себя и, хотя начало его пути было хорошим, плывет не в ту сторону. Спасшись от бурного моря житейского и взяв курс к пристани, но не умея правильно рассуждать, он часто садится на дряхлый корабль и терпит кораблекрушение или вверяет себя неопытному капитану, который топит его в пучине морской.