Письма

Написал бы тебе побольше, но я болен, не выхожу и никого не принимаю. А ты не стесняйся, пиши когда хочешь и что хочешь все приму к сердцу. Только не обещаю аккуратных ответов.

Бог да сохранит тебя и да наставит и укрепит на пути истины. Искренний благожелатель твой многогрешный И. Анатолий.

24. Христианское совершенство достигается постепенно

22 Июля 1875 г.

Получил я письма твои Божия послушница, благоговейная просфорница Т. и подивился твоей премудрости. Как ты сумела превознести меня? Конечно, воспеть достойная может и неученый, а ты умела ублажить того, кто хуже всех. Но я спорить с тобою не стану, боясь Того, Кто сказал: «приемляй праведника во имя праведниче, мзду праведника приимет»; а хочу за ублажение меня пожурить тебя: с чего это ты взяла, что я буду обременяться твоими письмами, или как пишешь ты: «затруднять своими грехами»? Не я, а Сам Сын Божий говорит: «не приидох призвати праведники, но грешники на покаяние». А я, говорю тебе, хуже всех.

Зачем же мне удаляться от согрешающих, но кающихся; не отвратится ли и Господь от меня, если я оставлю кого? Оставь же вперед это неразумное сомнение; пиши все, всегда приму с участием сердечным. Об этом я уже, кажется, писал тебе прежде. Что ты не терпелива, за это себя укоряй, но не смущайся. Ты пришла в монастырь учиться, и учись терпению, смирению и прочим добродетелям, украшающим венец монашества. Кто учится мастерству какому‑нибудь, то неужели сразу возьмет шило, дратвы, или там топор, кисть и сделает тотчас сапог, шкаф, картину? Если этого не может быть в действительности, то как же ты хочешь сразу научиться науке наук? Ибо монашество выше всяких наук, оно учит небесному Ангельскому жительству. Стало быть и здесь, как в мастерских, человек грешный, поступающий в монастырь для приготовления себя к вечной жизни, не делается сразу святым, а прежде многажды погрешает, портит начатое дело и за это получает от близких, особенно от высших себя, укоризны или наказания. Так и живет учась и смиряя себя. И возрастает потом незаметно в меру возраста исполнения Христова. Говорю незаметно, ибо если кто станет примечать за собою, что он преуспел, то уж это плохо, и погибель монаха близка.

Будь же разумна и внимательна и Господь не оставит тебя. Мир тебе и благословение Божие! Многогр. И. Анатолий.

25. Все надо делать с благословения

11 Августа 1875 г.

Теперь я пишу тебе, Т. смиренная, именно по желанию твоему – строчку. Очень недосужно. Одобряю твое благоразумие, что без благословения не входишь ни в какие сношения с другими. Так будешь делать, легче сохранишь и спасешь себя. Мир тебе. Храни совесть, блюди мир, трудись по силам, молись всегда: ходя, лежа, вкушая и будешь со временем походить на монахиню, и Господь пребудет с тобою навсегда. Многогр. И. Анатолий.

26. В каком разуме должно принимать ангельский образ

22 Февраля 1876 г.

Получив первое твое письмо от 13 Февраля, я утешился, что м. игумения тебя намерена облечь в Ангельский образ. И задумал поминать под субботу, на обычной заздравной нашей ектении послушницу Тат., а в субботу под Воскр. Монахиню (бывш. Тат.). Но второе твое письмо от 14 Февр., которое тебя огорчило, а вернее указало твое малодушие, и меня не порадовало. Апостол Павел пишет к своим ученикам: «кто есть любяй мя, точию приемляй от мене скорбь». А ты стало быть не крепко любишь своего духовнаго отца, когда огорчилась до того, что упала духом, и заболела. Да что я написал‑то? Не обличал, не укорял, а просто напомнил о необходимости искренней откровенности, в которой нуждаюсь и я и всякий другой. Но ты поняла в другую сторону.

Но забудем это – мир. И верил, и верю твоим чувствам и искренности. И будь сим довольна. Приступая к принятию Ангельскаго образа, иди на святое дело в разуме. Это не есть какое либо земное отличие и честь, но вящее смирение. Образ истиннаго монашества есть искреннее смирение, а смирение св. Исаак Сирин называет одеянием Божества. Прочти сама его 53–е слово. Малый Ангельский образ есть обручение Небесному нашему Жениху Сладчайшему Иисусу. И потому, как только оденут тебя в сию одежду смирения, ты обязана будешь иметь всегда на языке имя Иисусово, как обрученная невеста имеет пред глазами портрет своего жениха. Мир тебе. Прощаю твою неразумную и несправедливую скорбь, и буду поминать твое имя, как обещал.

Всегдашний твой искренний благожелатель многогр. И. Анатолий.

27. Смирение – основание монашеской жизни

13 Марта 1876 г.

Приветствую тебя, сестра о Господе, преподобнейшая мати Т.! с принятием святого образа Ангельскаго. Знаешь ли, что этот образ есть знак обручения себя небесному Жениху Иисусу? Как поется в тропаре мученице: «Тебе, Женише мой, люблю» и проч., а всякая монахиня, по учению св. Феодора Студита, и есть мученица. Помни же, кому обручилася еси!

Ты просишь наставления и назидательнаго урока, как бы тебе не сбиться с истиннаго пути? Начни со смирения, делай со смирением и кончай смирением, и вчинишься со святыми. Это путь, т. е. путь смирения, самый надежный и, как говорят Отцы, «непадательный. Ибо куда может упасть смиренный, когда он считает себя хуже всех?» Да и как не смиряться, когда Иисус, Бог богов и Господь господей смирил Себя даже до смерти, смерти же крестныя? Удивление ангелов, краснейший паче всех Сынов человеческих, умер позорною за нас смертию; мы ли грешные, немощные, не хотим видеть своих грехов? Своих немощей?

Что же касается высоких дум – бойся их как огня. «Мерзостен пред Богом всякий высокий». Пред Ним чистым и Святым – самое небо нечисто». И что такое наша всякая правда? – Оценил давно пророк Исаия: «рубище жены нечистыя поверженное!»

Спрашиваешь, как бы не сбиться с сего пути? Послушай не меня гнилого, а Самой Вечной Истины, Иисуса. «Зряй вспять не у управлен есть в царствие Божие».

Значит, всяк кто желает достигнуть Христова царства, не должен озираясь припоминать свои высокия добродетели – и особенно высокия думы – а зреть подвиги и славу святых: и будем с ними! А свои зри немощи, грехи и исход души и ужасающия истязания тогдашния – и не согрешишь. Мир тебе, мать Т. Многогрешный И. Анатолий.

28. Пасхальное ободрение малодушной

22 Апреля 1876 г.

Христос Воскресе! Сестра о Господе мать Т.

Вот тебя матушки почтили: дали тебе славное имя; серна или горный олень всегда скачет по высотам, прыжком перепрыгивает бездны, носится подобно птице по горным скалам, а наша серна не переедет ломтя хлеба, не переплывает чашки чаю, во всем немощствует, везде спотыкается. Молодая подвижница, только что начала духовную жизнь, – и уже изнемогаешь! Ведь это жалко!

Ну, так и быть: забудем прошлое. С новаго лета начнем жить снова по–Евангельски, по–монашески. Что поленилась – Бог простит, ибо ты покаялась и зазрела и уничижила себя. Но теперь надо начинать. Будем хоть понемножку готовить вено (приданое) Жениху Своему. Он не взыскателен и долготерпелив: пока мы с тобою по ниточке будем собирать и украшать брачное одеяние для встречи Его; Он все будет ждать, все будет толкать в двери сердца нашего, когда мы отверзем Ему Святому и Чистому храмину сердца нашего. Только не спи много, чтоб не проспать своего Жениха, потому что не знаем, когда Он придет к нам: вечер, заутро, или в куроглашение. Впрочем, мы недавно пели, да и теперь поем: «Жены с мvры Богомудрыя, в след Тебе (Жениха) течаху, Его же, яко мертва, со слезами искаху, поклонишася радующеся Живому Богу».

Так и в мертвых делах наших и в мертвенной плоти, Воскресший Иисус может дать и жизнь, и силу. Только поклонимся Ему мертвому, т. е. в худобе нашей, в ничтожестве нашем и тогда можем узреть в себе Живаго Бога. А теперь потщимся яко волсви и поклонимся Ему и принесем Ему мvро милости к ближним и смирение и восплачем, и возопием: «о, Владыко, возстани, падшим подаяй воскресение». Мир тебе Т.! Многогр. И. Анатолий.

29. Смена скорбей и радостей в жизни неизбежна

5 Июля 1876 г.

Преподобнейшая мати и сестра о Господе Т.!

Мир тебе!.. Ты как будто жалеешь, что в N тебе не так приятно, как в Оптине. Но ты в Оптиной была в гостях, а в гостях быть постоянно нельзя. Тогда нужно бы и от природы требовать, чтобы она не посылала нам неприятных снегов, ветров, дождей, ненастий, но тогда у нас не было бы ни хлебушка, ни каши, ни одежды, ни обуви: все бы выжгло да погорело от постоянно ясных и теплых дней, но все хорошо в свое время.