Страница 100 из 105
3. 281. К В.В.Г.
О любви к Богу
2.148. Марии Петровне Колычевой
Друг мой о имени Христове.
Лишь мрачные тучи минуют,
Вновь сладостно птички ликуют,
Тварь радостно хвалит Творца:
Так скорбью смягченны сердца
Небесного славят Отца.
1юня 18-го, 1828 г.
2.156. Марии Петровне Колычевой
Христос посреди нас!
Лети горе, душа моя,
Юдоль плачевную минуя,
Болезни, скорби претерпи!
О Боже! радость, жизнь моя!
В Тебе одном покоюсь я.
1юля 12-го, 1828 года.
2.169. Марии Петровне Колычевой
Вот мы сподобились праздновать снисхождение Божие с небеси для возвождения верующих на небо. Поздравляю вас! Мы в том уверены Богом, что сокровище наше на небеси. Наше сокровище — любовь, воскрешающая мертвых! Жизнь и свет! Конца нет! тьма тому, кто любовью не дышит, кто любви залогов не хранит… О беспредельная Истина! пленяй меня собою и, как Тебе угодно, руководствуй мною. Умираю миру, да живу Тебе. О любовь святая! я ничтожен пред Тобою: награди меня Тобою — да живу в Тебе!
28-го Декабря, 1828 г.
2.174. Марии Петровне Колычевой
Господи Иисусе Христе, Боже мой, даруй душе моей благодать, да Тебя единого ищет, все земное презирает и к Тебе единому желает! Твое да будет все то, еже живу, и весь всего себя Тебе приношу: весь дух, все сердце, все тело, вся жизнь моя Тебе да живет, животе мой сладкий! Всего мя свободил еси, да всем мною возобладавши; всего мя укрепил еси, да всего мя паки имееши. Возлюблю убо Тя, Господи, крепосте моя, возлюблю Тя, неизреченное веселие мое: и поживу уже не мне, но Тебе. Аминь.
В тебе, возлюбленная сестра, в самой тебе да отверзутся врата чувств твоих, и внидет Царь славы! Кто есть сей Царь славы! — Господь, Повелитель небесных сил, — той есть Царь славы. Некто от блаженных говорит: „блаженна душа, ежели, разлучившися от земных, свободившися от тела, путь свой в небо восприемлет. Безопасна она и безмятежна: не боится она супостата, ниже смерти: имеет бо пред глазами и зрит непрестанно прекрасного Господа, Ему же работала, Его же возлюбила, и к Нему же напоследок в радости и славе преселяется. Сию бо толико блаженства славу ни един день уменьшити, ни един неприятель отняти не может." Гори, мое сердце — и помни, что гордые ниспадают, а смиренные возносятся.
2.175. Марии Петровне Колычевой
Большая скорбь и грусть всегда предшествуют великому утешению и неописанной радости. Нет слов к изъяснению радости, которою животворится и просвещается Христа ради терпевшая душа: нет чувств, которые бы не ощущали посещения всеобъемлющей любви! И так возьмемся к нашему Творцу единомысленными сердцами — Христос с нами! Да разгорается искра любви к Нему в душе нашей! Хотя мы еще и на земле и низки, но в скорби распространяемым сердцем — к Богу близки! Внегда скорбети ми, призвах Господа, и услыша мя. Пусть мы всего, всего лишимся на свете! Ведь нам отверзто небо; мы в нем все найдем!
Прочь плотское утешение!
В Боге наше наслаждение!
Прочь мирские суеты!
Исчезайте прелестей мечты!
Никакой страх, ни мысленное страхование не может никак устрашить душу, ограждающуюся страхом Божиим. Нам не много надобно: только нужное и самопотребнейшее, чтобы прикрыть телесную наготу и подкрепить куском хлеба немощные силы; крепость же души нашей — слово Божие. А кто разумеет иначе, тот не знает истины, не знает, что есть жизнь и свет, тьма и смерть, и суд и воздаяние комуждо по делам его, и не понимает, что есть правда и мзда, и что Мздовоздаятель грядет скоро со славою и силою многою… Таковый не понимает, что здешние скорби ходатайствуют там жизнь вечную; а сладость и утехи сего мира лишают оной и ввергают в муку вечную, где томлению и горестям не будет конца, не будет отрады. Чего бы здесь не пострадал, каких бы поношений и бесчестия не претерпел охотно ради того, Который ради меня распят и уничижен от мира, погребен, воскрес, вознесся на небо, ходатайствует о мне, призывает меня в славу царствия Своего, которому не будет конца? Я многогрешен и не достоин; но Сам Он научает меня удобному у Него испрошению прощения. „Оставь ты, что на кого имеешь — и оставится тебе всякое согрешение твое, да удивится на тебе милость моя." Не буду я оставлен тобою, Господи; слава Тебе! — О дивный в благости! Внушением Твоим и побуждением Твоим — всем вся оставляю. Марта 26-го, 1829 г.
2.182. Марии Петровне Колычевой
Да ничтоже мя отторгнет, да ничтоже мя отлучит от Божественной Твоей любви, о Боже мой! Да ничто же возбранит, да ничто же пресечет, ни огнь, ни меч, ни глад, ни гонение, ни настоящее, ни будущее: точию едино сие да пребудет в душе моей выну; ничто же ино да возжелаю в веце сем, Господи; но день и нощь да взыщу Тебе Господа моего, и да обрет вечное сокровище и богатство, всех благ сподоблюся.
Жажда любви утоляется любовью, и той же вновь приятно жаждет. Покойтесь в Господе.
Июля дня, 1829 г.
2.185. Марии Петровне Колычевой
2.200. Марии Петровне Колычевой
Читавши многие душеспасительные книги, приятно вам скажу, что особенно из оных вычитал: ничто временное стоять не может, и что бы ни было, побеждается и уничтожается всякая злоба, всякая хитрость и всякое коварство; даже побеждается и самая смерть мучительная, а чем побеждается, — это вы уже знаете, нечего и сказывать. — Однако для себя запишу, что сим все побеждается: +! В сем кресте есть сила смирения, терпения и любви. Вы знаете, кому не приятно терпеть временные скорби, и кому они несносны: — тому, кто не верует, что оными все благочестивые сопровождаются в царствие Божие. — И самая горесть пременяется в сладость, когда сердце и мысль поглощаются словом Божиим и упояваются неизъяснимою любовью
Ах! что это за благо, которым вся душа пленяется? Благо, которого око не видит и ум не постигает, и о котором язык только что сие лепечет… О радость райская! О небесное души восхищение! О сладость всех сладостей сладчайшая, которою все горести услаждаются и все скорби даже и не воспоминаются к тому. Ах! Кто может из смертных описать существо любви бессмертныя?
2.216. Марии Петровне Колычевой
2.264. Марии Петровне Колычевой
Все сокровища земные
Мне ничтожны без любви;
Все достоинства мирские
Низки, мертвы без любви.—
Жизнь, свет радость мне — в любви!—
Любви сей мрачный мир не знает,
И тьму он светом называет…
Умоляю вас и прошу: внимайте Слову Божию!
Октября 13-го 1836 г.
2.290. Екатерине Васильевне Даниловой
2. 300. Екатерине Васильевне Даниловой
Хотя вы и на земле, хотя вы и в суетах, но ваше отечество не здесь, а на небесах! Тамо вечный свет и радость; тамо жизнь, любовь и сладость. Царствие Божие внутрь вас есть и верою ищущие его обретают…
Господи, просвети мое сердце, помилуй мя, видя немощь души моей!
Сказывают, что желание души есть жизнь души: а мне кажется, что это не жизнь, а страдание души, подобное тому, которое чувствуют жаждущие, или алчущие, пока не насытятся. В Св. Писании слышим воздыхания некоей души, устремившей все желания свои к Богу! какими же чертами изображает она свое состояние? — Она уподобляет его жажде еленя, ищущего источников водных, и говорит: быша слезы моя мне хлеб день и нощь… душа моя смятеся во юдоли плачевней, желает и скончавается душа моя во дворы Господни… Исчезе сердце мое и плоть моя… Не есть ли это страдание? — Истинная жизнь души есть ее соединение с Богом Иисусом Христом.
Июня 18-го, 1835 г
2.301. Екатерине Васильевне Даниловой
Обратимся к Одному! Предадим себя Тому, Кто нас создал и хранить, Вечно любит и живит!
„Господи, сподоби мя любити Тя от всея души моея и помышления, и творити во всем волю Твою".
Сего как себе, так и вам искренно желаю. Не надобно нам останавливаться на видимом, но очень нужно внимать истине и посредством видимого переноситься мыслью к невидимому, святою верою разумеваемому, — где всех веселящихся жилище вечное. — Видимое временно; временное же непостоянно и всяко изменяется и проходит, скрываясь подобно тени.
Любовь плотская имеет такую крепость, как цветок в поле: любить же Бога всею душею и помышлением — есть победа над самой смертью. И самая память о Боге — о, как много увеселяет сердце! Мирские забавы, шутовство и смех остроумцев очень чужды сего света истины. — Любовь вечная, святая чиста, мирна, долготерпелива, сострадательна; она покрывает множество грехов; она плачущую душу утешает надеждою небесных благ; одевает ее светом и питает неизреченною радостью, с которой ничто сравниться не может в семь мире. Когда сердце ваше жаждет благоугождать в жизни сей единому Богу, то вам уже тот не друг, кто уклоняет вас от Бога и тем самым наносит скорбь вашему сердцу, и огорчает чистую сладость души вашей, покрывая взор ваш, устремляющийся к небесным, темными облаками, тучнеющими от сластей плотского мудрования. Одним словом: всякий помысл, увлекающий вас к чувственности и суемудрию, хотя бы он был одет в прекраснейшее тело и преображался в светлого Ангела, чтобы только вас прельстить и отвесть от Бога, по сему самому есть уже враг ваш. Слово Божие — свет ваш!