Страница 40 из 59
писании, где говорится о том, что иерейские уста должны хранить разум и что от уст его взыскивается закон Божий, пишется, что пастырь — это Ангел Господа Вседержителя: «Да текут учений реки от уст священника, ибо он Ангел Божий» (Мал. 2, 7). Заметим, что учительство и ангельство поставляются вместе: пастырь должен иметь в устах учительное слово и хранить ангельское, святое, непорочное житие.
И Псалмопевец говорит: «Ходящий непорочным путем — сей мне служил» (Пс. 100, 6). Если ты служитель Божий, если ты пастырь словесных овец, если ты учитель, то будь по жизни своей непорочным, как Ангел Божий, возвещая слово Божие, не делай дел демонских. Служа в храме Божием вместе с Ангелами, не ходи вне храма с бесами на прогневание Бога; принося пользу словами, не соблазняй делами, ибо «горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф. 18, 7).
Тысячи изреченных слов могут не принести никакой пользы, а одно злое дело, содеянное явно, соблазнит тысячи людей, и то, что ты смог создать в душах человеческих многими словами, разрушишь одним своим соблазняющим делом. Будь Ангелом по жизни — и все будут с удовольствием сладостно слушать твои слова и творить то, что ты повелеваешь, имея пред собой образ твоей жизни.
И ты не сможешь упасти вверенное тебе стадо и наставить его на путь спасения, если сам первым не будешь идти по пути спасения. Не побудишь людей к боголюбию, если сам не явишься возлюбленным другом Божиим. Обещая людям израилевым послать пастырей разумных и учительных, Господь Бог, как уже сказано выше, прежде всего указал на то, что Он даст им пастырей по сердцу Своему: «Дам вам», — сказал Он, — «пастырей по сердцу Моему» (Иер. 3, 15).
Что значит быть по сердцу Божию — это изъясняет апостол Павел, говоря от лица Божия о Давиде: «Нашел Я мужа по сердцу Моему, Давида, сына Иессеева, который исполнит все хотения Мои» (Деян. 13, 22). Итак, быть по сердцу Божию — значит исполнять все хотения Его. И когда Бог дал обетование послать пастырей по сердцу Своему, пасущих разумом и учением, то Он известил, что эти пастыри вместе с разумным учительством будут иметь и доброе житие, исполняя все хотения Его.
Скажем еще: быть по сердцу Божию — значит любить Бога всем сердцем. Какое же знамение того, что кто-либо любит Бога всем сердцем? Это знамение указал Сам Христос, когда сказал Своими пречистыми устами: «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня» (Ин. 14, 21). Знамение любви к Богу — это исполнение Его заповедей. И потому, когда Бог сказал, что пастыри будут по сердцу Его, Он указан и на то, что они будут любить Его всем сердцем, соблюдая Его заповеди.
И если такими были пастыри в Ветхом Завете, то тем более теперь, в новой благодати, пастыри должны быть не только учительными словом, но и добродетельными по жизни, быть по сердцу Божию, исполняя все хотения Его, соблюдая заповеди по сердечной любви к Нему. Пастырю подобает быть боголюбивым. Сам Господь, желая поставить святого Петра пастырем словесных овец, прежде всего трикратно спросил его о любви, сказав ему: «Симон Ионии! Любишь ли ты Меня?
» И когда Петр ответил Ему трикратно: «Так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя», — Господь вручил ему паству: «Паси агнцев Моих, паси овец Моих», паси избранных Моих (Ин. 21, 15—17). Познается же любовь к Богу по добродетельной жизни, являя вместе со словом и жизнь пастыря. Но недостаточно пастырю быть учительным в слове и святым по жизни.
Он еще должен иметь великое попечение о стаде, трудиться и быть бодрствующим. Для него потребно попечение о стаде, ибо Бог потребует отчет о стаде, вверенном рукам пастырским, и в последний час скажет: «Дай отчет в управлении твоем» (Лк. 16, 2). В пророчестве Иезекииля слышится грозное слово, обращенное к нерадивым пастырям: «Так говорит Господь Бог: «Горе пастырям Израилевым, которые пасли себя самих! Не стадо ли должны пасти пастыри?
Вы ели молоко и шерстью одевались, откормленных овец заколали, а стада не пасли. Слабых не укрепляли, и больных не врачевали, и пораненных не перевязывали, и угнанных не возвращали, и потерянных не искали, а правили ими с насилием и жестокостью». И рассеялись они без пастыря и, рассеявшись, сделались пищею всякому зверю». Посему, пастыри, выслушайте слово Господне. ««Живу Я!
— говорит Господь Бог, — за то, что овцы Мои оставлены были на расхищение и без пастыря сделались овцы Мои пищею всякого зверя, и пастыри Мои не искали овец Моих, и пасли пастыри самих себя, а овец Моих не пасли, — за то, пастыри, выслушайте слово Господне. Так говорит Господь Бог: «Вот, Я — на пастырей, и взыщу овец Моих от руки их»« (Иез. 34, 8-10).
Внемлем, сколь грозно Господь будет испытывать пастырей о пасении их. Поэтому пастырю подобает быть весьма попечительным о своем стаде. Необходимы для пастыря и многие труды, ибо он должен носить немощи всех, как говорит апостол: «Мы, сильные, должны носить немощи бессильных и не себе угождать» (Рим. 15, 1). В притче о добром пастыре Господь говорит: «Пойдет за пропавшею овцой, пока не найдет ее.
А найдя, возьмет ее на плечи свои с радостью» (Лк. 15, 4-5). Вот в чем заключается должность пастыря: отдать плечи свои вверенной ему овце, и носить немощи ее. Послушаем, что некогда заповедал Господь Моисею, вождю людей израилевых: «Возьми их так же, как кормящая мать носит младенца» (Числ. 11, 12). Не только как пастух носит овцу, но и как мать носит свое чадо и питает его сосцами, так пастырь должен духовно носить своих словесных овец, питая их духовной пищей, как младенцев молоком, и не отказывая в необходимом для тела, а по возможности восполняя недостаточность неимущих.
Во всем этом пастырю предстоит немалый труд: труд в отыскании заблудшего, труд в поднятии павшего, труд в уврачевании уязвленного, труд в ношении немощей и бремени обремененного, труд в том, чтобы исторгнуть похищенную волком овцу из самых зубов звериных и представить ее в целости Христу. С трудом сопряжено и то, чтобы и во внешних нуждах подавать руку помощи обиженным, защищать невинных, заботиться об убогих и нищих, и исполнять другие обязанности церковного управления, — все эти труды должен поднять на себя пастырь.
И горе тому пастырю, который ищет только чести пастырской, а подобающего ему труда не поднимает! Горе пастырю, который ищет только своей выгоды, пасет только себя, а об овцах нерадит. Такой пастырь подобен идолу, ибо именно такому пастырю Бог говорит в пророчестве Захариином: «Горе пастырю недостойному, оставившему овец!» (Зах. 11, 17).
В другом переводе это место читается так: «О пастырь и идол!» Пастырь, оставивший овец, не трудящийся, нерадяший об овцах — идол, и Бог говорит ему: «О пастырь и идол!» Какому же идолу подобен такой пастырь? Воистину, подобен он тому золотому тельцу которого люди израильские, изведенные из Египта, изваяли себе в пустыне в отсутствие Моисея, и пред которым они восклицали: «Вот бог твой, Израиль!» (Исх. 32, 4).
Святой Киприан, святой Амвросий и другие толкователи Божественного Писания говорят, что изваян был не целый телец, а только голова тельца, ибо когда множество золота было положено в огонь, то из него излилось подобие головы тельца, поедающей траву, о чем упоминает и Псалмопевец: «Променяли», — говорит он, — «славу Его на подобие тельца, ядущего траву» (Пс. 105, 20).
Смотрите, каков был тот золотой идол: он не имел ни плечей, ни ног, чтобы можно было возложить на него ярмо и заставить нести иго; у него были только уста, поедающие траву. Подобен тому идолу и недобрый, ленивый, нерадивый пастырь. Идол золотой, и ценен он ради золота, — и пастырь золотой саном, и ценен ради пастырского сана. Идол золотой, но бездушный, — и пастырь, не имеющий духа усердия к овцам как бы бездушен.
Идол не имел плеч и не носил ига на своей шее, — и пастырь, не носящий, как подобает, возложенного на него бремени, также как бы не имеет плеч, не может быть впряженным в иго Христово. Идольское изображение имело вид не трудящегося, а только ядущего тельца, — и пастырь, который не поднимает на себя подобающих ему трудов, а только даром питается богатыми трапезами, есть как бы ядущий телец, и потому подобен золотому идолу тельца.
И не напрасно говорится такому пастырю в Писании: «О пастырь и идол!» Во многих пастырских устах и ныне можно слышать слова упоминаемых в пророчестве Захарии древних пастырей, которые говорили: «Благословен Господь, ибо мы обогащаемся» (Зах. 11, 5). Но мало таких, которые могли бы сказать: «Благословен Господь за то, что мы обрели заблудшую овцу, исторгли ее из пасти волчьей, исцелили уязвленного, напитали стадо на добром пастбище, кроме того, что и сами обогатились, и сами напитались».