Страница 48 из 63
Для того чтобы преодолеть свои естественные страсти, необходима несравненно большая крепость и сила, чем борющемуся с помощью телесной силы для одоления видимого супостата. А так как гневная ярость в человеке — это природная страсть его естества, то она так же трудно одолевается, как исполин и лютый зверь. Она — исполин, ибо у многих повреждает здоровье, как говорит Елифаз, друг Иова: «Безумного убивает гнев» (Иов. 5, 2).
Она — зверь лютый, ибо как тигр, раздражаемый звуком тимпанов, кусает и терзает себя до полусмерти, так и гневный человек, разъяренный какими-либо неприятными словами, как бы звуком тимпанов, терзается в сердце своем, скрежещет зубами, кусает персты свои. Такого человека увещевает Валдад, второй друг Иова: «Зачем губишь душу свою в ярости?» (Иов. 18, 4)?
А в другом переводе: «Зачем терзаешь душу свою?» Я же скажу более того: гневная ярость в человеке — это беснование. Не бесновался ли Саул, когда воспламенялся на кого-либо гневом? Но и, кроме того, в истории встречаются многие примеры того, как люди беснуются от гнева и ярости. Чтобы преодолеть столь сильную и прирожденную естеству страсть, ярость, говорю, гневную, как и для преодоления исполина, зверя лютого и самой силы дьявольской, воистину, потребна великая, сверхъестественная крепость и сила, гораздо большая, чем телесная крепость.
Кто же преодолеет такую сильную страсть? Послушаем, что говорит святой Златоуст: «Нет ничего сильнее кротости, ибо как разожженный огонь угашает вода, так и душу, горящую гневом сильнее печи, угашает слово, изреченное с кротостью». Я же, внемля словам Златоуста, что нет ничего сильнее кротости, думаю, что кротость, незлобие и терпение, — одно и то же, ибо незлобивая кротость не живет без терпения, а терпение не живет без кротости.
А потому я хочу узнать от Златоуста яснее, в чем крепость кротости терпеливой? Он же, указывая нам на примере ветхозаветного святого Иосифа прекрасного, говорит: «В брани доказательством храбрости служит то, что воин убивает супостата. Но более явная победа, если ты терпением победил обидевшего тебя, ибо Бог дал тебе силы побеждать не сплетением рук, а терпением».
Так, блаженный Иосиф, который великодушно претерпел обиды, везде прославляется как победитель, ибо он терпением победил и братьев своих, и египетскую жену, оклеветавшую его, а так как терпение с кротостью и незлобием побеждает эту сильную, естественную, противоборствующую и трудно преодолеваемую страсть, то, значит, и терпеливый человек сильнее крепкого телом, храброго и прославленного воина, побеждающего супостатов.
Итак, узнав, что муж долготерпеливый, господствующий над своим сердцем, укрощающий и побеждающий в себе естественную страсть гнева и ярости, сильнее самых храбрых воинов, скажем без сомнения, что польза человеку от терпения велика, и потому хорошо говорит Евангелие, заповедуя «терпением спасать душу свою» (Лк. 21, 19). Предложу еще другой вопрос: знает ли кто-либо, как можно сделать враждебного недруга другом?
Нет иного способа для этого, кроме терпения: не мстить, а еще более делать ему добро. Соломон, а также и святой апостол Павел советуют: «Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья» (Притч. 25, 22; Рим.12, 20). Что значит благотворением собирать врагу на голову горящие уголья? Какой смысл в этих словах?
Кто-нибудь скажет, что когда кормишь и поишь врага своего, то сам твой хлеб и соль убивают его. И я сам подумал бы так, но толкователи Божественного Писания объясняют это иначе, говоря, что как в теле между всеми его членами самый главный член — голова, так в душе главнее всего ум. Ум как бы голова души; и голова эта душевная — ум — бывает теплой, бывает и холодной.
Она тепла, когда имеет в себе теплоту истинной любви к ближнему, и холодна, когда содержит не любовь, а вражду к нему. Поэтому, когда ты начнешь воздавать другу твоему, не имеющему теплоты любви, добром за зло, благодетельствуя ему, то такое твое благодеяние делается ему как бы углем огненным, согревающим его холодную голову, ум. Ибо, видя твое терпение, незлобие, а также благодеяние, творимое ему тобой, он устыдится, начнет упрекать себя в своей совести, сожалеть о своей несправедливой вражде и почувствует к тебе приязнь и любовь.
И так ты согреешь его, как бы горящим углем, любовью к тебе, и твой бывший недруг сделается твоим добрым другом. Что это истина, мы можем убедиться из примера Давида и Саула. Преследует Саул Давида, и Давид, спасаясь от гневной ярости Сауловой и его убийственных рук, скрылся в попавшейся где-то на пути глубокой пещере. Саул, идущий за ним неподалеку, утрудившись в пути, и желая скрыться от солнечного зноя и отдохнуть, вошел в ту же пещеру, не зная, что там находится Давид, и уснул в ней.
И вот, когда один из бывших с Давидом прошептал ему: «Вот предал Господь в руки твои врага твоего, убей его» (1Цар.26, 8), — Давид, отвергая его совет, отвечал: «Не подниму руку мою на Христа Господня» (см. 1 Цар. 26, 10). Сказав это, он подошел к спящему Саулу, отрезал только край его одежды и снова скрылся в пещере. Когда Саул, проснувшись и не зная ничего о Давиде, вышел, чтобы продолжать свой путь, Давид также вышел из пещеры и закричал вслед ему: «Господин царь!
» Царь обернулся, а Давид поклонился ему до земли и, показав край одежды его, сказал: «Сегодня предал тебя Господь в руки мои в пещере, и не подумал поднять руки мои на тебя, господина моего; посмотри на край одежды твоей в руке моей и убедись, что нет во мне злобы против тебя; почему гонишь меня, неповинного?» (1Цар. 24, 11 — 12). И сказал ему еще много умилительных слов, как пишется в книге Царств, от которых прошел гнев у Саула, согревшегося от холода, как бы углем огненным, терпеливым незлобием Давидовым и его благодетельством, то есть тем, что он не убил его.
Согревшись, говорю, от холода нелюбви и несправедливой вражды, умиленный он сказал: «Твой ли это голос, сын мой Давид? И возвысил Саул голос свой, и плакал» (1Цар. 24). Мы видим здесь, как терпение Давидово и его благодеяние, то есть то, что он не убил своего врага, привело Саула к умилению и раскаянию, и превратило его из врага в друга.
Ибо он назвал того, кого гнал, своим чадом и заплакал, видя его неповинность и свою несправедливую вражду. Рассуждая об этом, святой Златоуст говорит: «Сколь внезапна такая перемена! Прежде не хотел Саул называть Давида и по имени, так как само имя его было ненавистно Саулу. Теперь же и в сродство привел Давида, чадом нарек его. Кто может быть блаженнее Давида?
Он сделал отцом своим мужа убийцу, превратил волка в овцу, печь гнева исполнил росой многой и угасил пламя ярости» (Слово о Давиде и Сауле). Отсюда мы видим, что незлобивое терпение, соединенное с благодетельством, как уголь огненный, согревает врага и из недруга делает его другом. Сколь велика польза человеку от терпения! Сколь хорошо следовать евангельскому совету: «Терпением спасайте душу свою!
» Предложу еще вопрос: что обогащает человека душевным богатством? Знаю, что здесь вы укажете на различные добродетели: пост, молитву, чистоту, любовь и прочие богоугодные дела, — но я без сомнения скажу, что его обогащает терпение. Ибо нет добродетели, которая проистекала бы не из терпения. Пост ли — но в нем испытывается голод и жажда.
Молитва ли — но в ней происходит борьба с унынием и леностью. Чистота ли — но сколь необходимо в ней терпение! Любовь ли — но в ней должно «носить бремена друг друга» (Гал. 6, 2) и терпеливо снисходить друг к другу. И каждое доброе дело требует и своего труда, и своего терпения, как говорят: добрые дела трудом снискиваются и болезнью исправляются.
Терпение есть та плодородная земля, на которой произрастает всякая добродетель. Вспомните евангельскую притчу о сеявшем семя на своем поле: «Иное упало при дороге, иное на каменистое место, иное в терние, а иное на добрую землю». И те семена, которые упали при дороге, на камнях и в тернии, погибли; и только одно из них, упавшее на хорошую землю, принесло обильный плод. Что же это за добрая, хорошая земля?
Послушаем, как объясняет это Христос: семя, упавшее на добрую землю, — это те люди, которые, внемля слову добрым и благим сердцем, удерживают его в себе и «приносят плод в терпении. Сказав это, Он возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мк.4, 4—9; Лк. 8, 15). Послушаем эти слова: «Приносят плод в терпении». Терпение есть та добрая земля, та нива благоплодная, которая," когда на нее падет семя Божие, прорастает и приносит обильный плод добрых дел.