Страница 43 из 63
Мы не сомневаемся, что претерпевающий что-либо во имя любви Божией с благодарностью стоит уже при дверях райских: крест и тотчас рай. Итак, то, что сделал Крест Христов, получил и крест разбойника: страдание Христово отверзло рай, а страдание разбойника привело его в рай. Действие обоих велико и преславно. Видим, что и Сам Христос Спаситель наш хвалится о Кресте Своем, ибо когда шел на вольную смерть за нас, сказал: «Ныне прославился Сын Человеческий» (Ин. 13, 31).
Посмотрим же, в какой час Господь являет Себя прославленным? Господь наш прославился не в то время, когда Своим преславным рождением ужаснул Ирода, призвал звездой волхвов с востока и сотряс идолов египетских; не в то время, когда претворил воду в вино в Кане Галилейской, когда наполнил рыбацкие сети многими рыбами, когда насытил пятью хлебами пять тысяч народа; не в то время, когда идя по морю, как по суше, запретил ветрам и утишил волнующееся море или когда преобразился на Фаворе, когда воскресил из мертвых сына вдовицы и дочь Иаирову, когда воззвал из гроба четверодневного Лазаря.
Не тогда сказал Он: «Ныне прославился Сын Человеческий». Когда же? Тогда, когда уже приближался к Кресту, когда всходил на него. Будучи у врат страдания, Он изрек: «Ныне прославился Сын Человеческий». Может быть, кто-нибудь сказал бы Ему в то время: «Господи! Ты идешь на бесчестие, на страдание, на поругание, на заплевание, на ударение по ланитам, на уязвление, на вкушение уксуса и желчи, на самую горькую смерть. Как же Ты называешь Себя прославленным?
» Однако Господь говорит: «Ныне прославился Сын Человеческий», ибо, говорит, Я иду на страдания, на Крест, и потому прославлюсь. Само это страдание — Моя слава, ибо когда «вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12, 32). Когда Я умру, наполню ужасом вселенную, угашу светила небесные, потрясу землю, отверзу гробы, изведу мертвых живыми, и не признающие ныне Меня Сыном Божиим тогда скажут: «Воистину Он был Сын Божий» (Мф. 27, 54).
Когда же пригвожден буду на Кресте, тогда сяду одесную Бога Отца. Когда пострадаю, — «войду в славу Мою, ибо так надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою» (Мк.8,31). Здесь же воспомянем и Павлов крест, которым он хвалится: «Гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти» (2 Кор. 11, 23, 25). Не есть ли это крест Павлов?
Избиваем был палками и камнями, пребывал день и ночь в глубине, когда опрокинулся корабль: все это не крест ли Павлов? Послушаем же, как он хвалится им: «Охотнее буду хвалиться своими немощами» (2 Кор. 12, 9), то есть трудами и страданиями, которые он подъял до изнеможения тела. «Благодушествую», — говорит он, — «в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа» (2 Кор. 12, 10).
И после всего того говорит: «Знаю человека, который восхищен был до третьего неба» (2 Кор. 12, 2). Вот что соделывает крест страдальчества! Возносит он на небо еще находящегося в теле, услаждая его слушанием ангельских пресладких песен. Взирая на вещественный Крест Господа моего, вижу написанный на нем титул царский: «Иисус Назорей, Царь Иудейский» (Мк.15, 56).
Достойна удивления злоба этих злых людей, ибо сначала никак не хотели не только писать, но и словами называть Христа Господа нашего царским титулом, не хотели слышать, что кто-нибудь именовал Христа Царем. Еще при рождении Его, когда пришедшие в Иерусалим волхвы спрашивали в Иерусалиме: «Где родившийся Царь?» (Мф. 2, 1—3), — весь Иерусалим пришел в смятение.
Затем, при входе Господа в Иерусалим на вольную страсть на осле, когда младенцы и с ними ученики восклицали: «Благословен Царь грядущий». Это было столь неприятно злым людям, что некоторые из фарисеев сказали Иисусу: «Запрети ученикам Твоим», то есть прикажи им перестать называть Тебя Царем (Лк. 19, 3839). Также и в то время, когда Пилат, бив Иисуса и увенчав Его терновым венцом, вывел Его из претории к народу и сказал: «Царя ли вашего распну?
» — как один все закричали: «Нет у нас царя, кроме кесаря» (Ин. 19, 15). Они не хотели и слышать, чтобы кто-нибудь называл Христа Царем. Когда же Господь наш восшел на Крест, они уже не словом, а и самим делом титуловали Его Царем, ибо на Кресте была сделана «надпись: «Иисус Назорей, Царь Иудейский». И хотя некоторые из них возражали Пилату: Не пиши: Царь Иудейский, но когда Пилат сказал: «Что я написал, то написал», тотчас же согласились с ним, замолкли и уже без ропота и негодования смотрели на этот титул, и, читая надпись, именовали Христа Царем, ибо в Евангелии говорится: «Эту надпись читали многие из иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города» (Ин. 19, 19—22).
Весь Иерусалим читал эту надпись, называя Христа Царем. Что же так изменило сердца злобных людей, что они, не желая сначала и слышать, чтобы Его именовали Царем, потом и письменное титулование Его Царем терпели снисходительно? Воистину, это сделало крестное таинство: Господь наш хотел показать в том царском титуле честь Креста и воздаяние за страдания в небесном царствии.
Честь Креста такова, что после страданий Господа Крест уже водружается наверху освященных глав и венцов царских, почему и назвал его святой Кирилл Иерусалимский венцом, сказав: «Крест есть венец, а не бесчестие». Издревле он был бесчестием, так как служил для казни злодеев, но он сделался венцом честным после того, как на нем добровольно пострадал Царь славы.
Кроме этого, царским титулом на Кресте Господь показал и воздаяние за страдания, воздаяние царское, ибо каждый страждущий в жизни сей и несущий ради любви Христовой свой крест с терпением и благодарностью получит царский титул и венец в небесном царствии. Еще в Ветхом Завете это было прообразовано в лице прекрасного Иосифа, а исполнилось в лице Самого Христа и в Кресте Его.
Посмотрим, какую ступень предназначил Господь прекрасному Иосифу, желая возвести его на царский престол в Египте и увенчать голову его царской диадемой: не ступень ли крестную? Не ступень ли страдания: внезапную напасть от любодейцы, мрачную темницу, тяжкие узы, наготу, голод и скудость? Тяжким был этот крест — долговременное узничество: «Стеснили оковами ноги его, в железо вошла душа его» (Пс. 104, 18).
Но посмотрим, что последовало за всем этим: не титул ли царский? Иосиф прославился в Египте, из темницы вступил на царский престол, от рубища взошел к порфире, от уз к золотому ожерелью, от рабства к господству: «Поставил его господином над домом своим и правителем над всем владением своим» (Пс. 104, 21), — из уз на свободу, от нищеты к богатству, от бесчестия к славе.
Одним словом, его крест и страдальчество сделались для него венцом царским, страдания его вознаградились ему славой и честью. И если так вознаграждается крест страдальчества, терпеливо переносимый ради любви Божией, здесь на земле, то тем более вознаграждается он на небе. Кто царствует на небе? Не Тот ли, Кто пострадал на земле, Кто «претерпел Крест, пренебрегши посрамление» (Евр. 12, 2)?
Слышится на небесах некая молва, «как бы голос многочисленного народа, как бы шум вод многих, как бы голос громов сильных, и голос многих Ангелов вокруг Престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч» (Откр. 19, 6; 5, 11). Что же они говорят? Повелевают, чтобы «всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море» (Откр. 5, 13)
, готовило привет и рабский поклон некому лицу царскому, сидящему на престоле Божием. Кто же воцарился на Престоле Божием? Видит там святой Богослов Агнца, и Агнца закланного: «Взглянул», — говорит он, — «и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный» (Откр. 5, 6). Не Тот ли, Который заклан был на Кресте копием: «Один из воинов копьем пронзил Ему ребра» (Ин. 19, 34)?
Воистину, Тот, говорю, Агнец, Господь наш Иисус Христос, о Котором предсказал пророк Исайя: «Как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен» (Ис. 53, 7). Он воистину «Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1, 29), Которому всякое создание небесное и земное рабски поклоняется и громко взывает: «Достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение» (Откр. 5, 12).
Господь наш во Святом Писании имеет и иные наименования и уподобления всесильной власти Своей. Именуется львом, так как Он победил мир и дьявола: «Вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил» (Откр. 5, 5). Именуется орлом, так как, взяв души святых, как бы птенцов, под крылья Свои, изнес их из ада, согласно Писанию: «Как орел покрывает гнездо свое, носится над птенцами своими, простирает крылья Свои, берет их и носит их на перьях Своих» (Втор. 32,11).