Оганезова М.А.

И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным» (1Кор. 9:25-27). Таким образом, аскетизм оказывается необходимой составляющей христианской жизни. Однако Церковь никогда не учила, что аскетизм самодостаточен в деле спасения: многие еретики вели весьма аскетичный образ жизни, но Церковь на основании одного лишь аскетического подвига не признала их святости. Поэтому заявление о том, что «молитв, милостыни и добрых дел недостаточно для спасения»162 бьет мимо цели: Церковь не учит, что молитвы, милостыни и добрые дела спасают сами по себе. Она говорит лишь о том, что христианская вера немыслима без своего выражения в добрых делах, а значит, добрые дела являют веру, делают ее явной для окружающих людей: « Вы - свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы. И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф.5:14-16), «вера без дел мертва» (Иак. 2:26). О значимости добрых дел Священное Писание говорит: «молитвы твои и милостыни твои пришли на память пред Богом» (Деян.10:4), «… не неправеден Бог, чтобы забыл дело ваше и труд любви, которую вы оказали во имя Его, послужив и служа святым» (Евр. 6:10).

Не оставляют сомнений в критериях последнего Суда притча Спасителя о Страшном Суде (Мф. 25:31-46) и слова ап. Иоанна Богослова: «…и судим был каждый по делам своим (выделено нами. – М.О.)» (Откр. 20:13).

В заключение данной главы остановим внимание читателя на одной, на наш взгляд, немаловажной неточности в рассуждениях Рогозина. Говоря о том, что «святыми» Священное Писание называет всех, верующих в Иисуса Христа»»163 и приводя абзацем ниже цитату из послания к Евреям: «Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14), автор совершенно не замечает своей логической непоследовательности, разрушающей его собственное утверждение: зачем было бы ап. Павлу призывать к святости своих адресатов, если бы они уже были святы в силу одной лишь веры во Христа?

Глава IX Поминовение усопших

Сказываю тебе: не выйдешь оттуда,

пока не отдашь и последней полушки.

Лк. 12:59.

Читая главу книги Павла Рогозина «Молитвы за умерших», остается только удивляться тому, что человек, старающийся продемонстрировать свое безграничное уважение к Священному Писанию, на первых же страницах своей книги заявивший о стремлении «держаться всецело Слова Божия и во всех спорных случаях предоставлять последнее и заключительное слово Священному Писанию»164 может с такой потрясающей легкостью игнорировать те свидетельства Священного Писания, которые ему неудобны. Например, пытаясь изложить учение Православной Церкви о необходимости молитв за умерших, Рогозин пишет: « …она (Церковь – М.О.) тщетно старается «подкрепить» свое толкование еще другими соображениями, как-то: «пока не свершен окончательный Страшный Суд над умершими» - возможна перемена, нужно только чтобы кто-нибудь об этой перемене позаботился… Души умерших «всегда живы» у Господа, а посему ту любовь, которую мы питаем к умершим, любовь, которая никогда не прекращается», мы должны проявить в молитве за умерших… . Наши умершие братья, учит православная церковь, почти все согрешили «грехом не к смерти», а потому сказано: «молитесь друг за друга», «и Бог даст ему жизнь» (Иак. 5:16, 1Ин. 5:16). «вот мы, православные христиане, молимся за них…» - учит церковь.

Что же говорит по этому поводу Святое Писание? (выделено нами. – М.О.)»165 Переход к последнему вопросу изумляет своей логической непоследовательностью: складывается впечатление, что ни послание ап. Иакова, ни Первое послание ап. Иоанна Рогозин в Святое Писание не включает. Автор, видимо, рассчитывает также на мизерность знаний текста Св. Писания его читательской аудиторией: авось никто не заметит, что мысль о Боге, перед лицом Которого нет мертвых, отсылает нас к следующим словам Христа: «Бог же не есть [Бог] мертвых, но живых, ибо у Него все живы» (Лк. 20:38), а мысль о вечности любви - первому посланию к Коринфянам ап. Павла (1Кор. 13:8). То, что автор никак не комментирует эти новозаветные цитаты, хотя, перефразировав, приводит их, в очередной раз вынуждает нас сделать вывод о тенденциозности работы Рогозина с текстом Священного Писания.

В основном, пытаясь аргументировать невозможность молитв за умерших и невозможность перемены посмертного состояния человека, Павел Рогозин ссылается на притчу о богаче и Лазаре (Лк. 16:19-31)166. Также Рогозин пишет: «в вопросе спасения каждый человек ответственен сам за себя.

Наши молитвы, какими бы они сильными ни были, недостаточны, чтобы спасти нас самих. Как же могут они содействовать спасению других?»167, «мысль о том, что «для умерших нет пока окончательного суда», ни на чем не основана»»168. Остановимся на этих доводах.

Прежде всего, притча о богаче и Лазаре рассказана Христом во время Его земной жизни, то есть до страданий и Крестной смерти, до того, когда Христос сошел душой во ад и проповедовал находящимся там духам: «…Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал…» (1Пет. 5:6), чтобы «…и мертвым было благовествуемо»(1Пет. 4:6), «…Он и нисходил прежде в преисподние места земли» (Еф. 4:9). Притча о богаче и Лазаре описывает состояние умерших до Искупительного подвига Христа, после которого ситуация изменяется радикальным образом169. «Ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию, жили по Богу духом» (1 Пет. 4:6). Если бы никакое изменение состояния душ человеческих после смерти было бы невозможно, то и проповедь Христа во аде была бы бессмысленна.

Действительно: каждый человек несет личную ответственность за свою жизнь и свои поступки, но это не отменяет необходимости взаимных молитв друг за друга. О том, что апостолы сами молились о спасении своих сотрудников свидетельствует, например, такая молитва ап. Павла об Онисифоре: «да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день» (2Тим. 1:18). На связь молитвы христиан «за всех человеков» (а не только живых), и спасения указывает ап. Павел: « Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте, ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись (выделено нами. – М.О.) и достигли познания истины» (1Тим. 2:1-4). О силе и дерзновении молитвы пишет ап. Иоанн: «И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас. А когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы ни просили, - знаем и то, что получаем просимое от Него» (1Ин. 5:14-15, см. тж.: Иак. 5:15-18). Далее апостол наставляет молиться за «брата своего согрешившего грехом не к смерти»: «пусть молится, и Бог даст ему жизнь» (1Ин. 5:16). Как видим, взаимные молитвы составляют неотъемлемую часть христианской жизни.

Священное Писание не позволяет нам согласиться с Павлом Рогозиным, что взаимные молитвы христиан друг за друга не могут содействовать нашему спасению170.

Учение о том, что лишь Страшный Суд, на который предстанут и живые, и мертвые - «Они дадут ответ Имеющему вскоре судить живых и мертвых» (1Пет. 4:5) - будет окончательным, а до него в участи умерших еще возможна перемена, основано на свидетельстве Священного Писания. О том, что умерший после смерти предстает на суд, пишет ап. Павел: «…человекам положено однажды умереть, а потом суд» (Евр. 9:27). Очевидно, что апостол не полагает продолжительного промежутка времени между смертью и судом, а значит, речь не может идти о Страшном Суде, время которого нам неведомо: «о дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один» (Мф. 24:36; см. тж.: Мф. 24:42). Если бы состояние душ после смерти не могло измениться, то всеобщий Суд, который совершится не только над живыми, но и над умершими (Деян. 10:42), был бы излишим. В возможности отпущения грехов и после смерти убеждает нас также то, что «Христос для того и умер, и воскрес, и ожил, чтобы владычествовать и над мертвыми и над живыми» (Рим. 14:9). Ему «дана… всякая власть на небе и не земле» (Мф. 28:18), Он имеет «ключи ада и смерти» (Откр.