Страница 3 из 27
По силе своей действенности любовь, объемля и управляя всеми силами души, имеет такое владычество над существом человека, что заставляет его и мыслить только о Боге (Пс.43:2), и желать единственно Бога (Пс.41:2.3), услаждаться одним Богом (Пс.72:25), жить и дышать только Богом (Гал.2:20); и потому возводит его до такой степени совершенства, что все его мысли и расположения, намерения и действия соделываются отпечатком жизни Божественной, образом Божественной истины, святости, блага и лепоты. На такой высокой степени своего развития любовь к Богу делает нас готовыми охотно жертвовать для Бога всеми нашими благами, нашим временем, нашею свободой и самой жизнью, даже забыть себя и свои отношения к земным вещам, ко всему временному, чтобы тем совершеннее жить для Бога, быть чистым орудием воли Божией, совершенным органом жизни Божественной, и жить в Боге так, чтобы можно было взывать с Апостолом: живу не ктому аз, но живет во мне Христос (Гал.2:20)[13].
Причина освящения обетами не других, а сих именно добродетелей, - девства, нестяжательности и послушания
Для достижения сей-то цели - высшего усовершенствования в любви к Богу, как удобнейшие средства, служат сии три добродетели: девство, нестяжательность и послушание. Как же именно ведут к сему? - Чтобы любить Бога в совершенстве, должно устранить все препятствия к сему и всего себя совершенно предать Богу.
Для преуспеяния в чистой любви к Богу главным препятствием в нашей растленной природе бывают самолюбие и тройственная похоть: похоть плоти или сластолюбие, похоть очей или корыстолюбие, и гордость житейская. Самолюбие было главной причиной и преслушания заповеди Божией Адамом и Евой, и глубокого нравственного падения их, а вместе с ними и всего рода человеческого. Каким же образом? Объясним это.
Высота нравственного совершенства в первосозданном человеке зависела от хранения союза с Богом. Союз человека с Богом состоял в совершенном, всецелом стремлении к Богу всех душевных его сил: ума, воли и сердца к Божественной истине, добру и святости, лепоте и блаженству. Ибо человек, созданный по образу Божию, по необходимому закону естества, должен стремиться к Богу - своему Первообразу и источнику жизни и блаженства, и в тесном общении с Ним просвещаться Божественной истиной, приближаться к Божественной святости, украшаться Божественными лепотами.
Но как скоро, по обольщению змия, который обещал человеку, что чрез вкушение запрещенного плода достигнет он обожения, человек отвратил взор свой от Бога и обратил его на себя, пожелал сделаться всеведущим - Богом, захотел жить и действовать самостоятельно, ни от кого независимо, с первым возникновением сего пожелания уклонился он от безусловной веры словам Божиим (Быт.2:17), от преданности и послушания воле Божией, - и преступив заповедь Божию, прервал союз свой с Богом. За сим последовало превратное направление всех сил человека: ума, воли и сердца; человек , устремил их уже не к Богу, но к самому себе и к чувственности.
Духовные силы человека, из высшей духовной области ниспав в чувственность и соединившись с низшими наклонностями чувственной природы его, так сказать, оземленились: вместо наслаждения Божественными лепотами сердце стало искать себе наслаждения в чувственных удовольствиях - в удовлетворении плотских потребностей; и при неумеренности сего стремления возобладала человеком похоть плоти; воля, вместо уподобления Божественной святости, преуспеяния в Богоподобных совершенствах и обогащения дарами духовными, устремилась к снисканию благ земных, сокровищ тленных, и поработилась похоти очей; ум уклонился от единственного созерцания единой Божественной истины в множественность собственных помыслов, или, по выражению Премудрого, взыскал помыслов многих (Еккл.7:30) и впал в кичливую мечтательность о собственном многоведении, или в гордость житейскую (1Ин.2:16). Это видно и из истории обольщения первых людей змием, и последовавшего за ним падения. По сказанию Моисея (Быт.гл.3), змий сказал жене: "Если вкусите от плода древа познания добра и зла, то отверзутся очи ваши, и вы будете как Боги, знающие добро и зло". Обольщенной жене, пожелавшей такого всеведения, показалось, что это дерево добро в снедь: вот похоть плотская! - угодно очима видеть и красно есть: вот похоть очей! - вожделенно и потому, что дает познание: вот гордость житейская! Потом жена взяла запрещенный плод, ела и дала мужу.
Таким образом, первые люди, преступив заповедь Божию, пали, и за преслушание изгнаны из рая. Прервав свое общение с Богом, первосозданные от присносущного света ниспали в бездну мрака - греха и смерти, охладели в любви к Богу и всю любовь обратили на себя. Вот откуда самолюбие - неумеренное, излишнее самоискательство, обнаружившееся в уме мечтанием кичливого многоведения, в сердце - желанием наслаждаться без рассуждения чувственными удовольствиями, в воле - стремлением к обладанию благами видимыми, или, по выражению Ап. Иоанна, в похоти плоти, похоти очей и гордости житейской! (1Ин.2:16). Сия похоть, зачавши, рождает действительный грех в различных видах (Иак.1:14-15), грех же соделанный рождает смерть. Таким образом самолюбие и тройственная похоть влекут человека от Бога к земле, привязывают к чувственности до огрубелости духа и совершенного охлаждения в сердце любви к Богу, не попускают возноситься к небу, приближаться, соединяться с Богом, и служат источником всех зол - болезней души и тела, и всех гибельных их следствий - телесной и духовной, временной и вечной смерти рода человеческого.
И по опытному наблюдению подвижников благочестия, самолюбие есть корень всех зол, главный источник, из которого проистекают все грехи тремя потоками: гордостью, сластолюбием и корыстолюбием [14].
А твердыми оплотами для преграждения потоков зла и истребления самолюбия служат сии три добродетели: девство, нестяжательность и послушание. Целомудрие девства служит оплотом против похоти плоти или сластолюбия, нестяжательность - против похоти очей или корыстолюбия, а послушание - против гордости. "Как Адам, - говорит св. Афанасий Великий, - за ядение и преслушание изгнан из рая: так тот, кто желает опять войти в рай, входит в оный постом и послушанием" [15].
То же говорит и блаженный Каллист, Патриарх Константинопольский: "Что было виною сокрушения и мертвенности, тогда как в начале мы сотворены были не такими? И что причиной обновления и бессмертия? Находим виной первого, т.е. тления, своеверие первого Адама, своечиние и непокорность, от которых произошло преступление заповеди Божией; а причиной второго, т.е. нетления - единохотение и повиновение Своему Отцу второго Адама, Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Аз бо, - говорит Он, - от Себе не глаголах: но пославши Мя Отец, Той Мне заповедь даде, что реку и что возглаголю (Ин.12:49-50). Итак, как в праотце и его потомках корень всех зол есть превозношение: так в новом Богочеловеке Иисусе Христе и желающих жить подобно Ему, начало, источник и основание всех благ есть смирение. Некоторые из мудрых говорили, что противное противным врачуется. Итак, поелику виною всех зол есть непокорность и кичливость, а причиной благ - повиновение и сокрушение: то желающему жить безгрешно надлежит жить в повиновении у искусного Отца" (Доброт. Гл.15.Ч.2).
Итак, обеты девства, нестяжательности и послушания, как, с одной стороны, заграждают потоки зла, так, с другой, - служат проводниками добра, прямым путем к духовному совершенству, к преуспеянию в чистой любви к Богу и ближним. А свойство совершенной любви к Богу требует полного самоотвержения - отречения от себя самого и от всего принадлежащего человеку, также совершенной, всецелой преданности Богу. А это и совершается сими тремя обетами. Ибо всего себя человек предает Богу, когда предает Ему и душу, и тело, и все, принадлежащее ему. Предает же душу обетом послушания, тело - обетом целомудрия, девства, и принадлежащее ему - обетом нестяжательности. Таким образом, сии обеты девства, нестяжательности и послушания служат средствами к очищению от страстей и пороков, к достижению высшего духовного совершенства и единению с Богом [16].