Страница 40 из 59
Третья точка зрения (разделяемая автором данной статьи). Еще раз вспомним ситуацию, сложившуюся в Сирии в начале IV в. по Р.Х. Местные христиане праздновали Пасху по своему традиционному лунному циклу, который совпадал с еврейским. Поэтому Пасха сирийских христиан каждый год совпадала с иудейской (иногда была в тот же день, иногда — с разницей в несколько дней). Это порождало соблазны, и отцы Никейского собора принимают решение осудить следование сирийскому лунному циклу. По нашему мнению, буквальный смысл выражения «с иудеями» означал именно это — вычисление Пасхи по тому же лунному циклу, по которому вычисляют его иудеи. Что касается догматического и пастырского смысла соборного решения, то его весьма удачная формулировка содержится в толковании на 7-е апостольское правило крупнейшего сербского канониста еп. Никодима (Милаша): «для указания на различие между Пасхой ветхозаветной и новозаветной, не имеющих между собою ничего общего, и для устранения всякой общности в священных обрядах между христианами и иудеями».
(В этом весьма важном для наших рассмотрений различении буквального и догматического смысла канона мы опираемся на авторитет прот. В. Цыпина: «в идее всякого канона содержится неизменный, догматически обусловленный момент, но в своем конкретном и буквальном смысле канон отражает и преходящие обстоятельства церковной жизни».)
С течением времени ситуация с празднованием Пасхи существенно изменилась в двух аспектах.
Во-первых, лунно-солнечный календарь вышел из бытового употребления сирийских христиан (по-видимому, это произошло в связи с мусульманскими завоеваниями). Это привело к тому, что буквальный смысл решения Никейского собора перестал быть адекватным догматическому смыслу. Действительно, если сирийский лунный цикл полностью вышел из бытового употребления христиан, то и запрет пользоваться им для расчета православной Пасхи потерял всякий смысл — желающих нарушить этот запрет не только не было, но, можно сказать, и не могло быть.
Во-вторых, как отмечалось выше, православная Пасха стала по календарно-астрономическим причинам праздноваться всегда после иудейской. Если в начале IV в. для «разведения» христианской и иудейской Пасх требовалось несовпадение лунных циклов, то с конца VIII в. стала возможной более простая, но в то же время вполне адекватная догматическому смыслу формулировка Зонары: «Надо, чтобы их (т. е. иудеев — А.Ч.) непраздничный праздник совершался сначала, а затем уже праздновалась наша Пасха».
После соборного осуждения практики протопасхитов далеко не сразу удалось привести в согласие пасхалию Римской Церкви с александрийской пасхалией, которой следовали остальные поместные Церкви. Однако в VI в. это наконец произошло — Римская Церковь приняла александрийскую пасхалию. Общехристианское единство в праздновании Пасхи сохранялось до 1582 г., когда оно было нарушено папой Григорием XIII, который ввел в Католической церкви григорианский календарь и новую пасхалию. Как мы уже отмечали, в соответствии с григорианской пасхалией католики нередко празднуют Пасху в один день с иудеями, причем с течением времени эти совпадения будут учащаться — григорианский год в среднем несколько короче иудейского. Папа Григорий счел возможным проигнорировать канонические правила о непраздновании пасхи с иудеями, а взамен достиг довольно точного следования фазам луны.
По нашему мнению, однако, возвращение к александрийской пасхалии не является для западных христиан чем-то невозможным — ведь они применяли ее на протяжении тысячелетия. Прецедент имеется: напомним, что в VI в. Рим отказался от своей традиционной пасхалии и принял александрийскую.
Что касается Православной Церкви, то она не может принять пасхалию, не соответствующую канонам и постановлению Никейского Собора. По справедливому замечанию прот. Ливерия Воронова, «попытка установить… единую новую практику ценой пожертвования «никейскими решениями», по всей вероятности, не столько помогла бы устранить «внешний» соблазн видимой христианской разделенности, сколько способствовала бы возникновению гораздо худшего «внутреннего» соблазна, связанного с появлением новых церковных разделений».
Александр Чхартишвили
10 / 01 / 2002
Старый или новый? Дед Мороз или Санта Клаус?
От серости и однообразия нашей жизни так хочется праздников… Любых! Ну хоть каких-нибудь! Был бы только повод потусоваться и оттопыриться, говоря на современном молодежном жаргоне. А потому мы всеядны — мы празднуем всё и вся: и день всех влюбленных (мыслимо ли день смерти святого мученика Валентина превращать в шутки-прибаутки, поцелуйчики, танцы-обжиманцы и т. п.?), и откровенно сатанинский Хэллоуин (с принесением жертв, даже и человеческих!), и день святого Патрика (ирландца, о котором вообще ничего не знаем) с неизменным парадом в центре столицы нашей необъятной Родины… Слава Богу, хоть гей-параду дали «отлуп» (пока?!) В этом смысле мы практически шагаем в ногу с Европой (голубая мечта многих и многих наших бывших и нынешних соотечественников), не задумываясь о том, а куда нас, таких оболваненных, собственно, ведут и могут завести тамошние «дяди и тети»?
В последние годы лидерами по бесшабашно-разгульному веселью стали месяцы декабрь и январь: страна погружается в праздничное похмелье аж на целых три недели — с католического Рождества до нашего «старого Нового года». Это уже стало практически нормой. Как стал обыденным, непременным и почти своим полугном-полудед, который если еще не вытеснил нашего Деда Мороза окончательно, то уже вовсю хозяйничает с ним наравне: хитровато улыбается с витрин магазинов и кафе, приглашает посетить новогодние и рождественские представления и молодежные вечеринки, обещает дешевые покупки на всевозможных распродажах…
Так кто же он такой, этот вездесущий и порядком поднадоевший старикашка, которого непонятно с чьей легкой руки стали называть «Санта Клаусом»? Почему мы празднуем Новый год в последнюю неделю Рождественского поста? Кто придумал нашего Деда Мороза? Когда и кто начал первым праздновать Новый год? Отчего мы отстаем еще и по времени от «Америк и Европ»? Кто привез первую ёлку в Россию? Кто…
Стоп! Давайте обо всем по порядку.
Календарная путаница. Кто тому виной?
По мнению ученых, новый год человечество стало отмечать еще на заре цивилизации — пять тысяч лет назад. Этот обычай зародился в древней Месопотамии: каждую весну улицы городов наполнялись шумными шествиями, карнавалами и маскарадами в честь верховного бога Мардука. У вавилонян эту праздничную традицию переняли греки, затем она перешла к римлянам. В 46 году до Рождества Христова Гай Юлий Цезарь преобразовал календарь, которым затем стали пользоваться все страны, входящие в Римскую империю. Его, естественно, стали называть юлианским. Кстати, календарь (латинское calendarium) — в буквальном смысле долговая книга. В таких книгах указывались первые дни каждого месяца — календы, когда в Древнем Риме должники платили проценты. Год по юлианскому календарю состоит из 365,25 суток. Счет по новому календарю начался с 1 января (в этот день римские консулы вступали в свою должность) 45 года до нашей эры. Как раз в этот день было первое новолуние после зимнего солнцестояния (самого короткого дня в году). Летоисчисление вели тогда от «основания Рима» — 747 год до Р. Х.
В 325 году на I Вселенском (Никейском) соборе юлианский календарь был принят и Христианской Церковью. В VI веке римским монахом Дионисием Малым впервые было предложено так называемое «Христово летоисчисление» (точкой отсчета новой эры стали считать Рождество Христово), которое до сего времени применяется в большинстве стран мира.
Так человечество жило не тужило свыше тысячи шестисот лет (!), пока в 1582 году папа Римский Григорий XIII не решил реформировать старый календарь (пытаясь справиться с неизбежными календарными погрешностями) и ввел в обиход новый, «григорианский», по которому сейчас ведет временной отсчет весь западный мир. Год по этому «новому» календарю равен 365,2425 суток. Разница между старым и новым стилями тогда составляла 10 суток.
Вспомним, что год — это промежуток времени, приблизительно равный периоду обращения Земли вокруг Солнца. Почему приблизительно? Оказывается ученые определяют этот период по-разному. Самыми точными являются «звездный» и «тропический» годы. Звездный год определяют по видимому годичному обороту Солнца по небесной сфере относительно звезд, его продолжительность составляет 365,2564 суток. Тропический — по времени между двумя последовательными прохождениями Солнца через точку весеннего равноденствия, его продолжительность — 365,2422 суток. Изменения в годовой продолжительности за 100 лет в сутках по обоим календарям составляют +0,11x10-6 и –6,16x10-6. Невооруженным глазом видно, что звездный год существенно точнее тропического.