Страница 225 из 297
— Я был осужден в 1930 году на три года ссылки с предъявлением мне обвинения в произнесении контрреволюционных проповедей в церкви. Наказание отбыл.
— Расскажите о вашей враждебной деятельности по отношению к советской власти по возвращении из ссылки.
— Враждебных действий к советской власти по возвращении из ссылки я не проявлял.
— Вы распространяли клевету на советскую власть, говоря, что власть издевается над народом и морит его голодом. Признаете ли вы это?
— Клеветы на советскую власть я никогда не распространял и таких слов, что якобы советская власть издевается над народом, я не говорил. После приезда моего из ссылки я действительно говорил, что тот, кто там не работал, тот умирал с голода.
— Следствию известно, что в конце 1936 года после чтения вами газеты, где писалось о событиях в Испании, вы в разговорах с гражданами выражали желание интервенции со стороны капиталистических стран против Советского Союза и поражения советской власти. Подтверждаете вы это?
— Не подтверждаю, так как я никогда не высказывал желания интервенции со стороны капиталистических стран, а также вообще не говорил о событиях в Испании.
— Следствию известно, что во время отпевания в церкви умершей дочери священника Судакова, которая до этого отбывала срок наказания за антисоветскую деятельность, вы произнесли антисоветскую речь, что якобы эта мученица пострадала от советской власти за веру Христову. Подтверждаете вы это?
— Не подтверждаю, так как антисоветской речи я во время похорон дочери моего тестя, священника Судакова, не говорил.
— Расскажите, среди каких призывников осенью 1936 года вы вели разговор антисоветского содержания, восстанавливая их против советской власти?
— Сейчас не помню, так как времени прошло много. Знаю только одно, что перед отправкой в Красную армию у нас в доме были призывники.
— Ваши показания ложны. Следствие располагает свидетельскими показаниями о систематической антисоветской агитации с вашей стороны. Требуем правдивых показаний.
— В систематической антисоветской деятельности я виновным себя не признаю.
— Для какой цели вы открыли в церкви торговлю просфорами ниже себестоимости и заманивали этим в церковь детей школьного возраста?
— Этим занимался церковный староста без моего участия.
Вызвали на допрос секретаря Федоровского сельсовета, он показал:«Священника Петра Николаевича Титова я знаю давно, когда он служил в Архангельской церкви Конаковского района. После отбытия наказания он приехал в село Федоровское к своему тестю — священнику Судакову Феодосию Ивановичу и жил у него до 1937 года, занимаясь богослужением вместе со священником Судаковым. За два года его нахождения в селе Федоровском священник Титов проводил антисоветскую работу, направленную на развал колхозов, он в своей квартире собирал, под предлогом спевки, хор из колхозников. Кроме этого, от колхозников я слышал, что священник Титов рассказывал верующим, что когда он был в заключении, то там много народу умерло с голоду. Зимой 1936 года Титов вместе со священником Судаковым организовали торговлю просфорами в церкви по пять копеек за каждую с целью завлечь в церковь детей. В результате во время перемен ученики из школы стали бегать в церковь. После чего учителя стали жаловаться в сельсовет на то, что священники Титов и Судаков срывают в школе учебу. После вмешательства в это дело председателя сельсовета Титов и Судаков прекратили торговлю просфорами в церкви».
29 октября вызвали на допрос председателя Федоровского сельсовета, который показал:«Свою антисоветскую деятельность Титов, вернувшись из заключения, не прекратил, а наоборот, открыто выступал в церкви перед верующими с контрреволюционными речами.
Например, когда умерла дочь священника Судакова, до этого отбывавшая срок заключения за антисоветскую деятельность, при отпевании ее в церкви Титов произнес такую речь, что якобы эта мученица пострадала от советской власти за веру Христову, это было в марте 1937 года. В 1936 году, когда допризывников отправляли на службу, Титов вместе со священником Судаковым зазывали их в церковь и служили молебен, как о Христовых воинах. Также мне известно, что Титов в 1936–1937 годах под предлогом спевки хора собирал у себя на квартире колхозников».
18 ноября следствие было закончено; 25 ноября Тройка НКВД приговорила о. Петра к расстрелу. Священник Петр Титов был расстрелян 27 ноября 1937 года.
Причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.
Священномученик Петр (Зиновьев) (память 16 декабря по старому стилю)
Священномученик Петр родился 20 июня 1894 года в селе Березники Воскресенского уезда Саратовской губернии в семье священника Константина Зиновьева. В 1914 году Петр Константинович окончил Духовную семинарию, некоторое время служил псаломщиком, а затем был рукоположен в сан священника ко храму города Петровска Саратовской губернии. Был женат, имел троих детей, старшей дочери Серафиме было в 1937 году девятнадцать лет, сыну Геннадию — тринадцать, младшей дочери Зое — одиннадцать лет. В те годы он имел небольшое хозяйство — корову и двадцать две десятины земли. Как ни трудно было жить во время начавшихся после 17–го года гонений, но священник не оставлял службы Богу ради выгод земных. Так продолжалось до 1935 года, когда ОГПУ потребовало от священника выехать из Саратовской области. А куда было ехать? Как и многие священники Нижнего Поволжья, где служил в двадцатых годах архиепископ Фаддей, он поехал к этому праведнику. В Тверской епархии о. Петр сразу же получил место священника в Воздвиженском храме города Бежецка, где прослужил до своего ареста в 1937 году. Волна гонений, арестов и расстрелов привела к тому, что в епархии почти не осталось священников. Отец Петр был арестован одним из последних.
Решив арестовать священника, НКВД вызвал»дежурного свидетеля», который восемь лет был регентом в одном из бежецких храмов и теперь давал показания против церковно–священнослужителей. Он показал, будто о. Петр говорил, что церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы в городе стоит на таком хорошем месте, а возле него поставлен памятник Ленину, по инициативе которого были закрыты многие церкви; говорил, что верующих угнетают, но время угнетателей сочтено, что колхозы для крестьян — это гибель, и тому подобное.
19 декабря снова был допрошен бывший регент и другие»дежурные свидетели», которые показали, что»Зиновьев 18 декабря, идя из церкви вечером после службы, проводил антисоветскую агитацию:«Да… Бог нас пока спасает, видим, как много еще верующих, чуть ли не все ходят в церковь, только плохо то, что нас окружают в церкви и в домах неверующие люди…«При этом наносил контрреволюционное оскорбление одному из руководителей ВКП(б). При чтении проповедей в церкви среди верующих призывал последних ходить в церковь, говорил им, чтобы они возбуждали ходатайство перед советскими органами об открытии церквей. В 1937 году, примерно в мае, среди верующих дискредитировал коммунистическую партию и ее руководителей, заявил, что»все коммунисты ходят в церковь». По вопросу о новой сталинской конституции говорил, что»это не конституция, а просто пустое дело, ничего не дает», при этом дискредитировал руководителей ВКП(б). В ноябре 1937 года Зиновьев среди населения проводил контрреволюционную деятельность против выдвинутых кандидатов в депутаты Верховного Совета, говорил:«Эти люди выставлены против воли народа большевиками, и за них голосовать не нужно»".
В самую ночь ареста, 19 декабря, следователь НКВД допросил священника.
— Расскажите следствию, когда вы и где проявляли недовольство советской властью и проводили контрреволюционную антисоветскую деятельность, — спросил он.
— Никогда я антисоветской деятельности против советской власти не проводил и недовольства ею не проявлял.
— Следствием установлено, что вы распространяли слухи о войне и гибели советской власти и расправе фашизма с коммунистами Вы это подтверждаете?
— Нет, я это отрицаю, слухов о войне и гибели советской власти я не распространял.
На следующий день следователь продолжил допрос.