НИ-КА

Царство Небесное трояко надобно понимать: или так, что в нем будут царствовать Небеса, то есть святые над другими подчиненными, как говорится: “Будь ты над пятью городами, а ты над десятью” (см.: Лк.19,17,19). Также Господь говорил ученикам: “сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома” (Мф.19,28)

; или сами Небеса будут Царством Христовым, когда будет покорено Ему все, и Бог будет все во всех (см.:1Кор.15,28); или святые на Небесах будут царствовать с Господом.

Глава 14. О вечности души

Посему всякий, находясь еще в этом теле, уже знает, что он должен быть посвящен той религии или служению, которого участником и чтителем был в этой жизни; нет сомнения, что и в Будущем Веке он будет участником того же (служения)

, чему ныне захотел быть служителем и сообщником, как говорит Господь: “кто Мне служит, Мне да последствует, и идеже есмъ Аз, ту и слуга Мой будет” (Ин.12,26). Ибо как в царство диавола (Веельзевула) вступают чрез совершение пороков, так Царство Божие приобретается упражнением в добродетелях, чистотою сердца и духовным знанием.

А где Царство Божие, там, без сомнения, и Жизнь Вечная, и где царство диавола, там, без сомнения, смерть и ад, в котором кто будет, тот не может восхвалять Господа, по словам Пророка: “не мертвии восхвалят Господа, ниже еси низходящии во ад (в состояние греха, конечно), но мы живи (не для пороков и для этого мира, а для Бога) благословим Господа отныне и до века” (ср.: Пс.113, 25-26).

“Яко несть в смерти поминали Тебе, во аде же (в состоянии греха) кто исповестся Тебе?” (Пс.6,6). Никто, допускающий то, чего Господь отвращается, не вспоминает о Боге, истинно не исповедует себя рабом Того, Чьи заповеди пренебрегает с безрассудным упорством. В каковой смерти пребывает сластолюбивая вдова, о которой говорит блаженный Апостол: “вдова, питающаяся же пространно (сластолюбивая), жива умерла” (ср:1Тим.5,6).

Следовательно, есть многие, которые, живя в этом теле, бывают мертвы и, находясь в аде, не могут восхвалять Бога. И напротив, есть такие, которые, умерши телом, духом благословляют и восхваляют Бога, как говорится у Пророка: “благословите, дуси и души праведных, Господа” (Дан.3,86), “всякое дыхание да хвалит Господа” (Пс.150, 6).

И в Апокалипсисе говорится, что души убиенных не только хвалят Бога, но и ходатайствуют (см.:Апок.6,10). В Евангелии яснее говорит Господь саддукеям: “песте ли чли реченнаго вам Богом, глаголющим: Аз есмъ Бог Авраамов, и Бог Исааков, и Бог Иаковль? несть Бог Бог мертвых, но (Бог) живых” (Мф.22,31-32). “Вси бо Тому живи суть” (Лк. 20, 38).

И Апостол о них говорит: “темже не стыдится сими Бог, Бог нарицатися их: уготова бо им град” (Евр.11,16). Души после разлучения с этим телом бывают не праздны, не остаются без всякого чувства; это доказывает евангельская притча о богатом и Лазаре (см.: Лк.16,19-31), из коих один заслужил блаженное жилище, то есть покой на лоне Авраамовом, а другой горит в нестерпимом жару вечного огня.

Если мы захотим обратить внимание на то, что говорится разбойнику: “днесь со Мною будеши в рай” (Лк.23,43), то ясно будет, что это означает не что иное, как то, что в душах не только продолжается прежнее разумение, но и наслаждаются они воздаянием, согласно с качеством своих дел и заслуг.

Ибо Бог никак не обещал бы ему этого, если бы знал, что душа его по разлучении с телом лишится чувства, или разрешится в ничто. Ибо не плоть, а душа его имела войти в рай со Христом. Надобно остерегаться, даже со всем страхом надобно отвращаться нечестивого мнения еретиков, которые, не веря, чтобы Христос в тот же день, в который сходил во ад, мог быть и в раю, так разделяют следующие слова: аминь глаголю тебе днесь - и, сделав расстановку, читают: со Мною будеши в рай - как будто это обетование не тотчас после исхода из этой жизни исполнилось, а после Воскресения Его исполнится, не разумея того, что прежде дня Своего Воскресения иудеям, которые думали, что будто и Он, подобно им, подвержен человеческим ограничениям и плотской немощи, Иисус Христос говорил: “никтоже взыде на небо, токмо сшедый с небесе Сын Человеческий, сый на неб eси” (Ин.3,13).

Этим ясно доказывается, что души умерших не только не лишаются своих чувств, но не теряют и расположений своих, то есть надежды и страха, радости и скорби, и нечто из того, чего ожидают себе на Всеобщем Суде, они начинают уже предвкушать, вопреки мнению некоторых неверных, будто после исхода из этой жизни они разрешаются в ничто; они еще живее становятся и ревностнее прилепляются к прославлению Бога.

И действительно, если, рассмотрев свидетельства Священного Писания о природе самой души по мере нашего смысла, несколько порассудим, то не будет ли, не говорю, крайнею глупостию, но безумием - хоть слегка подозревать, что драгоценнейшая часть человека (то есть душа), в которой, по блаженному Апостолу, заключается образ Божий и подобие (см.: 1Кор.11,7; Кол.3,10)

, по отложении этой дебелости телесной, в которой она находится в настоящей жизни, будто становится бесчувственною - та, которая, содержа в себе всякую силу разума, своим причастием даже немое и бесчувственное вещество плоти делает чувствительным? Отсюда следует и свойство самого разума требует того, чтобы дух по сложении этой плотской дебелости, которою ныне ослабляется, свои разумные силы привел в лучшее состояние, восстановил их более чистыми и более тонкими, а не лишился их.

Сказанное нами блаженный Апостол признает настолько истинным, что даже желает из этой плоти выйти, чтобы по разрешении от нее он мог теснее соединяться с Господом, говоря: “желание имый разрешитися и со Христом быти, много паче лучше” (Флп.1,23). “Ведяще, яко живуще в теле отходим от Господа...

дерзаем же и благоволим паче отыти от тела и внити ко Господу: темже и тщимся, аще входяще, аще отходяще, благоугодни Ему бытии” (2Кор.5,6,8-9). Здесь Апостол пребывание души в этой плоти называет странствованием от Господа, удалением от Христа: а разлучение ее с этою плотию и отшествие со всею уверенностию считает водворением у Христа.

Еще яснее об этом самом живейшем состоянии душ тот же Апостол говорит: “но приступисте к Сионстей горе и ко граду Бога живаго, Иерусалиму небесному и тмам Ангелов, торжеству и церкви первородных на небесех написанных... и духом праведник совершенных” (Евр.12,22-23). “К сим,- говорит,- плоти нашей отцы имехом наказатели, и срамляхомся: не много ли паче повинемся Отцу духовом, и живи будем” (Евр.12, 9).

Глава 15.

О созерцании Бога

А созерцание Бога многоразлично бывает. Ибо Бог познается не в одном блаженном и непостижимом существе Своем, что предоставле¬но святым Его в Будущем Веке, но познается также из величества и красоты Его творений, из ежедневного Его устроения и провидения, из правосудия Его, из чудес, которые Он являет в каждом роде над святыми Своими.

Ибо когда мы помыслим о беспредельном Его могуществе, о неусыпном Его оке, которое видит тайны сердечные и от которого ничто не может скрыться, то, объятые сердечным страхом, удивляемся и поклоняемся Ему. Когда помыслим, что Он знает число дождевых капель, песка морского и звезд небесных, то поражаемся величием естества и премудрости Его.

Когда помыслим о неизреченной и неизъяснимой Его премудрости и человеко¬любии, о непостижимом долготерпении, перенося¬щем бесчисленные падения грешников, то прославляем Его. Когда помыслим о великой любви Его к нам, по которой Он, будучи Бог, не возгнушался для нас, ничего доброго не сделавших, сделаться человеком, чтобы избавить нас от обольщения, то возбуждаемся к люблению Его.

Когда помыслим, что Он Сам, побеждая в нас врага нашего, диавола, дарует нам Жизнь Вечную за одно произволение и расположение к добру, то поклоняемся Ему. Есть и другие бесчислен¬ные, подобные сим, созерцания, чрез кои Бог становится видимым и уразумеваемым и которые раскрываются в нас по качеству жизни и по чистоте сердца.

Каковых никто совершенно не будет иметь, в ком хоть несколько еще живут плотские страсти, как говорит Господь: “не возможеши видети лица Моего: не бо узрит человек лице Мое, и жив будет, то есть для этого мира и для земных страстей” (см.: Исх. 33, 20)”.

Глава 16. Вопрос о смущении помыслов

Герман: “От чего это бывает, что многие вожделения и суетные помыслы даже против воли нашей тревожат нас и почти без нашего ведения обольщают нас, входя в нас так неприметно и хитро, что мы не только не можем воспрепятствовать их входу, но и с великим трудом можем узнать их?

Может ли дух быть свободным от них и никогда не подвергаться таким обольщениям?”