Страница 3 из 8
Потому-то Господь так распределил и жизнь, что вообще на долю женщины достается больше мелких неприятностей, чем на долю мужчины, и в то же время меньше удовольствий, если только мы, в числе удовольствий не поставим удовольствия делать добро. Это удовольствие женщина вкушает даже во время страданий своих и самым страданием привязывается к тому, для кого страдает.
Так сама природа создала женщину способной на выполнение того призвания, которое указано ей словом Божиим. Но это не значит, чтобы она в настоящем своем естественном состоянии была способна выполнить свое назначение. По одному из тех противоречий, какие породил грех, поколебавший дело творения, но не разрушивший его, и женщина оказывается способной и вместе с тем неспособной к своему назначению. Способной потому, что имеет известные стремления души, которые прямо влекут её к главному делу жизни; неспособной потому, что у нее есть расположения, которые препятствуют тому же самому делу. В том самом сердце, в котором рукою Творца были положены семена для жизни, сообразной с назначением женщины, враг посеял другие семена, которые заглушают или делают недействительными первые. С целью поставить больше препятствий делу женщины, он успел сообщить ложное направление и тем средствам, какие даны были ей от Бога для выполнения своего призвания.
И два главные стремления, указанные нами в женщине скромность и любовь получили превратное направление. Переворот душевных наклонностей при ограниченном круге занятий, назначенных в удел женщине, поставил ее в такое положение, что она стала обращать внимание только на внешнюю, маловажную сторону вещей, сделалась одностороннею в своих взглядах. И так как её внимание, обращенное на тесный круг, никогда не было поставлено в затруднение, то проявилась в ней самонадеянность.
И вот она не сомневается уже ни в своих познаниях, ни в своих силах, не терпит противоречий, не желает даже понять их и, нечувствительно для самой себя, переходит на путь гордости. Далее: в силу потребности любить и жертвовать собою, при ложном направлении всех наклонностей, женщина хлопочет о самой себе до самозабвения, делается ревнивою и завистливою. Так, сердце женщины, одно из богатейших сокровищ земных, перестав быть сокровищем Божиим, становится сокровищем врага рода человеческого.
Это не клевета на женщину, как не было лестью то, что прежде сказано. Святое Писание подтверждает наши слова. Описывая все достоинства женщины, оно резко изображает все её пороки и заблуждения. Апостол Павел в женщинах болтливых, праздно шатающихся по чужим домам, видит источник обольщений (1Тим.5,13; 2Тим.5,6-7). В книге Притчей, оканчивающейся описанием добродетельной жены, Соломон чертами горького сатирического красноречия описывает не только женщину падшую, убийственные дела которой никто не изображал еще с таким святым ужасом, но и всякую женщину, неверную назначению, указанному ей Богом. Могучее слово его поражает и женщину безумную, которая собственными своими руками раскапывает свой дом и женщину сварливую, жить с которой несчастнее, чем в пустыне или на кровле (Притч.21,19;25,24), женщину срамную, которая как костоеда в костях мужа своего (Притч.12,4), женщину развратную, с которой брак невыносим и составляет одно из явлений, от которых трясется земля (Притч.30,20,21), женщину красавицу, но не благонравную, лепота к которой идет также, как свинье золотое кольцо в носу (Притч.11,22), женщину сварливую, эту течь, которая изгоняет человека в дождливый день из дому (Притч.27,15). И, наконец, достигши старости и перебирая одно за другим воспоминания всей своей жизни, Соломон сознается, что он напрасно искал себе женщины по сердцу (Екл.7,28).
Такой взгляд на женщину Св. Писание подтверждает и дополняет множеством примеров. Чрез Еву грех вошел в мир. Чрез Аду и Циллу (Седлу) Ламех, первый многоженец, дошел до состояния богохульства (Быт.4,19-24). В дщерях сынов человеческих, прельстивших сынов Божиих, находится причина всеобщего растления и потопа (Быт.6,1-7). Агарь делается виновницею нарушенного спокойствия Авраама и чистоты его веры и любви (Быт. 16). В женах хеттейских, Иудифи и Васемафе, Св. Писание указывает причину нечестивого равнодушия Исава к своему первородству (Быт.26,34,35); досадою бесчестной женщины объясняется несправедливость Пентефрия; дщери моавитские подвергают израильтян страшнейшему наказанию в пустыне (Числ.25); дщери ханаанские вовлекают их после обретения земли обетованной в идолопоклонство; на Далилу Св. Писание возлагает вину постыдного унижения Сампсона; из-за Вирсавии Давид перестает быть Давидом; из-за жен иноземных Соломон служил богам чуждым; по наущению Иезавели Ахав делается нечестивым, клятвопреступником и убийцей; по явлению Гофолии цари Иудины хождаше по путем царей израилевых (2Пар.21,6;22,2,3); по наущению Иродиады Ирод обезглавливает Иоанна Крестителя (Матф.14,1-11); интриги женщин иудейских служат причиною изгнания Павла и Варнавы из пределов антиохийских (Деян.13,50,51).
Так, нужно, чтобы это сердце женщины горячее, но вместе с тем и страстное, нежное и ревнивое, чувствительное и раздражительное, мужественное и слабое, доброе и злое, исправилось, чтобы жизненный поток, изливающийся из него, принял надлежащее направление.
Но кто же исправит, перевоспитает сердце женщины? От кого другого ожидать такой благодати, если не от Сына Божия, который через Своих боговдохновенных служителей указал женщине её назначение и кроме того в Своей жизни указал ей совершеннейший образец жизни, в Своем Кресте открыл ей путь к достижению этого образца?! Правда, жизнь Спасителя, как обнаружение всех добродетелей, представляет высочайший образец для жизни и мужчине, и женщине. Как и то правда, что Иисус Христос, представляющий в Своей жизни совершеннейший образец всех добродетелей, Иисус распятый, единственная жертва, очищающая грехи, есть единственный источник той любви, которая, разнообразясь в своём приложении, освобождает от греха и мужа, и жену. Но если Иисус Христос мог встречать в одной части рода человеческого больше сочувствия, чем в другой, то больше сочувствия Он встретил со стороны женщины. В самом деле, Господь Иисус, природа Которого любовь, Господь, всецело предавший Себя на жертву, явившийся на землю, чтобы доказать всем плоды высочайшей любви в соединении с глубочайшим смирением, не был ли всегда близок к сердцу женщины, которой удел смирение, которой призвание любовь?! Вера Христова, столь близкая природе души человеческой, еще более сродни душе женщины, сродни до того, что женщина может быть истинной женщиной только под условием принятия Евангелия.
И, следовательно, женщина может исполнить вполне свое назначение только тогда, когда она стоит близ смиренного и любвеобильного Спасителя. Здесь её перевоспитание, здесь её спасение, здесь её величие!
Назначение женщины быть для мужчины помощницей ему. А первая помощь, какой вправе ожидать мужчина от женщины, это помощь духовная. Женщина должна не только даровать мужчине утешение в жизни настоящей, но и помогать ему в достижении жизни вечной. Не одна истинная, полная любовь требует этого, а любовь, предпочитающая вечное временному; того же требует и долг справедливости. Через жену грех вошел в мир. Помня это, представьте себе Еву, стоящую вместе с Адамом на коленях над трупом Авеля, убитого братом, божественное определение которого гонит в землю безлюдную. При виде плодов своего греха в настоящем, при мысли о будущих его последствиях, Адам своим взором, полным нежной грусти, говорит жене: "Возврати мне милость Божию, возврати мне мир с самим собой; возврати мне райские дни, возврати мою невинность, мою святую любовь к Господу и к тебе самой?" И Ева чувствует, понимает, этот взгляд.
А при этом как много отрады, как много утешения доставляет она мужу!
В этой женщине, указывающей на обетованное спасение, не блестит ли образ другой женщины, которая послужила спасению мира своим чадородием? Что сделала Богоматерь, то должна сделать по-своему и каждая женщина. Но как женщина может выполнять это назначение своё, если она не имеет Спасителя в своем сердце? Опять повторяем: только находясь близ Спасителя, женщина может выполнить свое назначение.
И действительно, близ Спасителя мы находим всех истинных женщин. Пройдем молчанием Святых жен ветхозаветных, которые, не получив обетований, только издали видели их и в вере умерли (Евр.11,15); не будем говорить ни о благочестивой Сарре, ни о скромной Ревекке, ни о нежной Рахили, ни о храброй Деворре, ни о смиренной Руфи, ни о благоразумной Авигее, ни о неустрашимой Иудифи, ни о молчаливой Сунамитянке. Ограничимся только женами новозаветными.