Страница 21 из 64
Позвольте Мне начертать в нем Лик Спасителя, живой и сладостный Закон Любви». Примечательно, что синонимом слова «Лик» оказывается слово «Закон». Миссия Марии сводится к изъятию из человеческих душ ветхих образов-печатей, подлежащих сожжению и усвоению каждому человеку нового божественного Образа, что и понимается как рождение в душе Христа. «Дыхну – и от Огня Моего загорится вселенная! И произведу Нового Адама, и упраздню прежнего. Се – новый человек в Славе Божией». Это напоминает денежную реформу: у населения изымаются старые купюры и выдаются денежные знаки нового образца. «Старое сердце более негодно, отдайте его Мне, Я распоряжусь им, как должно. Взамен Я вручу вам Свое новое сердце». «В Моем Сердце покоится Сокровищница образов для каждого из вас. Принявший образ, свыше посылаемый, записывается в Книгу Жизни». «Поставлю Свои печати – знак участия Божией Матери в обновлении и перерождении души». Замена печатей представляет собой «эфирную операцию», «чудную операцию» – «перегруппирование частиц души, большая часть которых направляется в Мистическое Тело. Лишь ничтожная доля остается в физическом теле – для обеспечения жизни на земле». Порой речь идет даже не о печатях, а о замене старых душ на новые: «Дети Мои, в Моем Сердце произрастают души для новой жизни, которые будут новыми творениями для нового человечества».
Примечательно, что преподобный Симеон Новый Богослов, именем которого названа «богородичная» «Духовная Академия», как будто предвидя появление этого безумного учения, писал следующее: «Создатель <…> – внимай, о чем я буду говорить тебе – пошлет тогда (тебе) Божественного Духа (не другую душу, отличную от той, которую ты имеешь, но) вдохнет в тебя, говорю, Духа от Бога».
Выше упомянутая «операция» может совершаться с помощью ангелов: «Нисходит Святой Дух – раскрывает череп , и туда попадает семя. Нисходит Дух, и Ангел-Хранитель прикладывает ладонь ко лбу. Печать проникает с головы до пят, она свидетельствует о неизреченном, открывает тайны всех миров, тайны всех времен». Иногда эта «черепно-мозговая» операция совершается даже без участия Духа, одними ангелами: «Ангел-Хранитель таинственно приближается и прикладывает ладонь ко лбу, и ставятся печати, открываются тайны…». «Ныне должно отождествиться с вестниками Непорочной, ибо в их руках невидимые слепки образа и подобия Божия. Невидимые коробы с печатями, которые ангелы, герольды и вестники Пречистой чают низвести в мир». Вообще порой ангел-хранитель абсолютно отождествляется с личностью подопечного. Так, в крещении человеку «дается Ангел-Хранитель. Но еще скажем: дается само лицо, а доселе был безлик». В «марианской» ангелологии есть еще одна примечательная особенность. Береславский утверждает, что помимо ангела-хранителя и демона, к каждой душе приставлен «даймон»: «Даймон отличается от демона тем, что представляет род нехристианского “ангела-хранителя” , или проводника из дальней родины, откуда душа пришла в мир <напомним, что по учению БЦ, души приходят в мир из божественного Лона -д.И.>. По крещении даймон уступает место Ангелу-Хранителю.
Порой совершается покаяние даймона, и тогда этот космический дух пополняет число ангелов». Возможность существования подобных ангелов-перевертышей лишний раз доказывает веру последователей БЦ в относительность добра и зла.
Принятие образа иногда понимается как принятие нового имени: жизнь «марианского» подвижника завершается «вхождением в новый образ, восприятием нового лица и вслед за ним нового имени». Как вариант – апокалиптического белого камня (Откр.2,17) с написанным на нем новым именем (т. е. «личностью»). Агнец Божий сходит «с неба в ореоле мистически обращенных к нам имен». Из раскрытой Книги Жизни «как песок морской посыплются <…> имена всех записанных испокон веку».
В то же самое время говорится о домостроительстве Святого Духа. «Домостроительство Духа Святого есть рождение Христа-Эммануила или наше личное обожение в целом искупленной природы». В пневматологическом аспекте Мария – «Домостроительница третьего Лица, вместе с Духом Святым совершающая обожение христианских ипостасей – личностей Христовых». Но, как уже было отмечено, в третьей меаипостаси «Лица» Христа и Святого Духа взаимозаменяемы, поэтому с одной стороны Святой Дух рождает в душе Христа-Эммануила, а с другой – «сам Дух нисходит и творит себя в подвижнике», «Дух Святой родится заново». Соответственно, «познание Христа» равнозначно «стяжанию Духа». Говоря о стяжании Святого Духа, ересиарх цитирует преподобного Серафима Саровского, на которого вообще часто ссылается. Но подумаем, какой чудовищный смысл вкладывается Береславским в слова преподобного. «Вонмите, что значит Духа стяжать: человек перестает быть собой и становится одно со Христом, личность растворяется , Дух заполняет. Жертва принята, душа отдана Христу, и Господь в нее вселен на веки вечные». При этом стираются «все случайные черты в человеке», «растворяется личная воля». Человек должен потерять свою «память и забыть само имя свое».
«Причаститесь в Духе и растворитесь в Божественной Полноте, так что не различите внешнего и внутреннего и не найдете, где кончается сердце и начинается мир, ибо все сольется в одно целое, славящее Бога!». Несмотря на заявление: «Блаженство, о котором говорил Господь, качественно отличается от буддийской нирваны», иначе, как нирваной это состояние назвать нельзя!
«Жертва принята, душа отдана Христу…» Очевидно, что в данном случае душа рассматривается как жертва далеко не в христианском, нравственном понимании, «жертва Богу – дух сокрушен» (Пс.50,19) или «Сын мой! Отдай сердце твое мне» (Притч.23,26), а в самом, что ни на есть языческом. То есть жертва как уничтожение чего-либо во имя бога: «Разрушая часть космоса, жрец высвобождает из нее ту энергию, которую боги когда-то затратили для ее создания, и тем самым возвращая эту энергию богам, укрепляя их силу». В «богородичном» понимании жертвой становится сама личность человека.
2. 4. 6. Учение о посвящении Непорочному Сердцу (познание божественной любви через страдание).
Все же Береславский вынужден уплатить дань реальному положению вещей и, несмотря на «марианский» фатализм, учесть человеческое право на свободный выбор. Чтобы в человеке стало действовать Непорочное начало, он, во исполнение фатимских требований, должен добровольно посвятить себя Непорочному Сердцу Марии: «Дитя Мое, мир спасется единственно посвящением Моему Непорочному Сердцу. Таков кратчайший путь». Конкретно требуется посвятить слух, око и сердце. После посвящения «Непорочное начало вытеснит, съест и пожрет семя змия», «выжжет зло» в человеке, отныне он «умирает для греха» и дьявол уже не будет иметь над ним никакой силы. Но это возможно «только вхождением в Ее <Марии> лоно, Ковчег, через посвящение Ее Непорочному Сердцу. В этом состоит тайна домостроительства».
Весьма примечательно, что Береславский в духе оккультного «целительства» обещает своим последователям не только спасение души, но еще физическое здоровье и процветание: «Мои возлюбленные не совершают греха. Вечной гарантией от смерти и болезней служит Непорочное Зачатие в Моем Лоне». «Забудете про свои близорукие глаза и простуды. Дух Святой не просто укрепит, но изменит состав телесный». «Кто взыскует сердцем Христа Единого, <…> у него проходят все болезни, нарывы, заживают раны и затягиваются рубцы». Человека ожидает «благоденствие, процветание, здоровье, радость, красота». Однако все это не более чем рекламный трюк, т. к. несмотря на заманчивые обещания, «Бог не избавляет нас от болезни, но освящает болезнь. Она становится болезнью ко славе Божией». Здесь речь идет вовсе не о смиренном отношении к скорбям, посылаемым человеку за грехи. «Душа призывается на земле не страдать за грехи, а познать любовь Божию». В своем высшем смысле болезнь и страдание являются фундаментальными понятиями религиозной практики, необходимыми условиями человеческого участия в Божественной любви: «Особая честь для души придти на землю и познать любовь Божию, которую нигде более познать нельзя. Душам дается великое откровение любви Божией через огромные скорби». Собственно, «в этом смысл воплощения душ на земле».