Моника Пиньотти

Каждое утро все интерны и одиторы собирались вместе цитировали в унисон пункты «Сохранения действенности саентологии» из инструктивного письма Рона Хаббарда. Вот некоторые из этих пунктов.

«Иметь правильную технологию».

«Применять правильную технологию».

«Не допускать существования неправильной технологии».

«Не допускать малейшей вероятности неправильной технологии».

«Не допускать неправильного применения».

В том же инструктивном письме Хаббард сказал: «Это суровая вселенная, и только тигры выживают». Флаг, как я вскоре узнала, действительно был суровой вселенной!

Каждый день нам назначали преклиров, обычно штатных сотрудников. Поскольку я была OT III, некоторые из людей, которых я одитировала, были на очень высоких должностях. Одной из первых я одитировала добрую женщину средних лет, которая возглавляла отделение и была на корабле с конца 1960-х.

Вся история одитинга преклира записывается, сессия за сессией, и складывается в папки. Моей первой задачей, когда мне назначали преклира, было изучать эти папки с целью ознакомления с кейсом.10 Эта женщина была на корабле с конца 1960-х, когда дисциплина была очень суровой. В то время любого одитора, который совершал ошибку, ЛРХ приказывал вышвыривать за борт в ледяную воду. Эту женщину бросали, случай был записан в ее папке, поскольку в сессиях одитинга ей приходилось иметь дело с этой травмой унижения. Снова в глубине души я была потрясена тем, что ЛРХ отдал такой приказ, но не позволяла себе думать об этом. Иметь критическую мысль об ЛРХ считалось преступлением величайшего масштаба. Однако, я была рада, что практика вышвыривания за борт прекратилась в связи с тем, что создавала плохой имидж в глазах местных жителей.

В 1973-м нас не выбрасывали за борт, но было изобретено множество других способов наказывать и унижать нас, если наш одитинг оказывался не на должной высоте. Если у ПК был плохой отчет экзаменатора, то есть отсутствие плавающей стрелки на экзамене (см. вышеизложенное описание процесса одитинга), всегда винили одитора. Одитора отправляли повторять пройденный материал и искать, что он не понял. Было немыслимо сказать, что одитинг не работает. Технология ЛРХ «всегда работает». Если результаты не достигаются, это вина одитора или, иногда, кейс-супервайзера, но никогда не технологии, ведь технология создана ЛРХ, а ЛРХ никогда не ошибается. В случае плохого отчета экзаменатора папка помечается красным, и ПК должен быть возвращен в сессию в течение 24 часов для исправления ошибки.

Если одитор слишком часто терпит неудачу, или если ЛРХ или любое ответственное лицо в плохом настроении, применяется этика. Проще говоря, одитора наказывают. Одним из способов как можно наказать одитора или другого штатного сотрудника в саентологии, это назначить ему низкое этическое состояние. Каждому штатному сотруднику еженедельно назначается этическое состояние в соответствии с тем, насколько хорошо он выполняет свои обязанности. Его работа измеряется статистиками. Например, статистикой рекрутера может быть число людей завербованных в организацию в неделю. Статистикой одитора – количество хорошо проведенных часов одитинга. От человека ожидается, что его статистика будет расти каждую неделю. Если статистики высокие, назначается более высокое состояние, такое как «нормальная деятельность», «изобилие» или «могущество» и предоставляются привилегии, например, выходной раз в две недели. Если статистики идут вниз, назначается более низкое состояние, такое как «чрезвычайное положение», «опасность», «несуществование» или ниже. У каждого состояния есть формула, которую нужно применять. Когда человек вступает на новую работу, он считается находящимся в состоянии несуществования и должен следовать следующей формуле: 1) Найдите линию коммуникации, 2) сделайте так, чтобы о вас узнали, 3) выясните, что желательно и необходимо, 4) делайте или производите это.

Когда эта формула завершена, человеку назначают следующее состояние и так далее до тех пор, пока он не достигнет нормальной деятельности или выше.

Если считают, что человек причиняет коллективу вред, ему назначаются этические состояния ниже несуществования. В нисходяшем порядке это: ответственность, сомнение, враг, предательство и замешательство. Вместе с выполнением формул для этих состояний от человека требуется дополнительная работа в свободное время (что значит прием пищи или сон) для покрытия причиненного ущерба. На Флаге было очень легко получить более низкое состояние, особенно для сотрудников личного штата ЛРХ.

Коммодор прибывает

Когда я впервые оказалась на Флаге, Хаббарда там не было. Никто кроме нескольких человек не знал, где он находится. Годы спустя я узнала, что он жил в Квинсе, Нью-Йорк, еще с парой человек. Когда в сентябре Хаббард вернулся, дисциплина усилилась. Я была очень взволнована возвращением Хаббарда и возможностью впервые увидеть его лично. Он сохранял дистанцию с большинством из тех, кто был на борту, даже с высшими руководителями, прибывшими из других организаций на Флаг для обучения. Он редко общался с кем-нибудь кроме своих посланников и ближайших помощников, работавших непосредственно под ним. Тем не менее, иногда он здоровался со мной при встрече. Я говорила: «Здравствуйте, сэр», а он кивал в подтверждение моего приветствия.

Я думала, что с прибытием Хаббарда все на корабле улучшится, возможно, станет человечнее. Я не могла быть более далека от истины. Нам, интернам на Флаге, предстояло в полной мере ощутить что значит быть так близко к «источнику» (Хаббарда саентологи часто называют Источник). Несколько новых дисциплинарных тактик были учреждены в течение нескольких недель после его прибытия.

В нашем отделе произошли кадровые перестановки. Джеф Уокер, одитор класса XII из Новой Зеландии, был сделан супервайзером интернатуры; Дэвид Мэйо, также одитор класса XII из Новой Зеландии, стал старшим кейс-супервайзером; Квентин Хаббард и Расс Медоуз были кейс-супервайзерами под Дэвидом, а Кэти Кариотаки стала техническим секретарем, руководителем, ответственным за техническое отделение, занимавшееся одитингом. Кэти Кариотаки председательствовала в новом ритуале, изобретенном в наказание провинившимся одиторам – ритуале жертвоприношения богине Кали, богине смерти и разрушения. Алтарь с отвратительным изображением Кали на нем был сооружен в классе интернатуры. Если у одитора был плохой отчет экзаменатора, то в освещенной свечами комнате происходила следующая церемония:

Хор прочих интернов и одиторов под мелодию «Скала веков»11 пел гимн, посвященный богине Кали. Нарушитель выходил вперед, преклонял колени перед алтарем и говорил, что он служитель богини Кали и желает хаоса, смерти и разрушения. Затем этому человеку давали нож и чучело преклира и велели «заколоть преклира», и в этот момент он должен был вонзить нож. Мне пришлось участвовать в такой церемонии дважды. Это было очень унизительно и противно. Мы все были глубоко возмущены происходившим, но никто не отваживался высказаться вслух или отказаться от участия. Такой отказ мог закончиться тем, что отказавшегося выпнули бы с корабля в немилости, участь хуже любого наказания. К тому времени я была уже настолько идеологически обработана саентологической пропагандой, что быть вне саентологии означало жить в земном аду, где моя душа будет обречена на низкий уровень бытия на всю бесконечность. В итоге, мне приходилось соглашаться с любым наказанием, что нам отмеряли, хотя, временами, я упорно боролась против этого. Я стала известна как нарушитель спокойствия на корабле, потому что если я видела что-то, что мне не нравилось, я говорила об этом. Казалось, я попадала в неприятности чаще, чем кто угодно другой на судне. Еще существовала непокоренная часть меня, которая боролась против манипуляций нами, и та часть меня была в ярости.

Вот я была на Флаге, достигнув цели, ради которой упорно работала, а моя мечта оказалась настоящим адом. Я чувствовала себя эмоционально, умственно и духовно опустошенной.

Это опустошение отзывалось во мне годы спустя после выхода из культа. Когда я впервые присоединилась к ним, я была яркой восемнадцатилетней искательницей приключений с высокими идеалами и сияющими целями на горизонте своей жизни. Я была готова пожертвовать всем ради достижения тех целей. Я просто не приняла бы ответ «нет».

Если бы я направила всю ту энергию на свою настоящую карьеру, я бы преуспела на своем пути к счастливой и полезной жизни. Однако, вся жизненная энергия была высосана водоворотом культа, во главе с сумасшедшим. Я была высушена. Подсознательно успех и достижение целей означали теперь для меня опустошение, потому что это случилось со мной, когда я достигла своих целей в саентологии. На протяжении многих лет после ухода из саентологии, я не могла уйти далеко от стартовой точки ни в какой деятельности. Я начинала добиваться чего-нибудь, но никогда не достигала цели. Только сейчас, когда я получаю консультации людей, понимающих феномен культов, я способна понять, что произошло со мной, собраться с силами и продолжать жизнь.