Страница 5 из 5
Решая, каким образом различные камни приобрели такую форму, в которой они находятся, геолог должен учитывать целый диапазон факторов: дождь, ветер, движение ледников, деятельность мха и лишайников, вулканическое действие, ядерные взрывы, воздействия астероида или руки скульптора. Форма одной скалы, могла быть определена одним механизмом, форма другой скалы - другим механизмом.
Точно так же эволюционные биологи признали, что множество факторов могло повлиять на развитие жизни: общее происхождение, естественный отбор, миграция, численность популяции, эффекты основателя (эффекты, которые могут происходить вследствие ограниченного числа организмов, которые начинают новую разновидность), дрейф генов (случайное распространение "нейтральных", неселективных мутации), генный поток (
включение генов в популяцию с отдельной популяции), сцепление (появление двух генов на той же самой хромосоме), и намного больше. Факт, что некоторые биохимические системы были разработаны разумной личностью, не означает, что любые другие факторы не являются действующим, распространенными или важным. Заключение Часто говорится, что наука должна избегать любых заключений, которые попахивают чем-то сверхъестественным.
Но мне кажется, что это - как плохая логика, так и плохая наука. Наука – это не игра, в которой произвольные правила используются для того, чтобы решать, какие объяснения дозволены. Скорее, это попытка сделать истинные утверждения относительно физической действительности. Всего лишь шестьдесят лет назад было замечено постепенное увеличение вселенной.
Этот факт сразу же предполагал отдельное событие, произошедшее какое-то время назад, в далёком прошлом, - вселенная начала расти из чрезвычайно маленького размера. Многим людям этот вывод был связан с намёком на сверхъестественное событие - сотворение, начало вселенной. Выдающийся физик А.С. Эддингтон, вероятно, говорил за многих физиков в высказывании своего отвращения, заявляя:8 «С философской точки зрения, идея резкого начала существующего порядка Природы для меня отвратительна, и я думаю, что большинству учёных тоже; и даже те, кто приветствует доказательство вмешательства Создателя, вероятно, задумаются над тем, что отдельное начало в какой-то далёкой эпохе не является на самом деле видом взаимоотношений между Богом и его миром, который удовлетворяет наш разум».
Тем не менее, физики восприняли гипотезу большого взрыва, и на протяжении многих лет она оказалась очень плодотворной парадигмой. Дело здесь в том, что та физика следовала туда, куда ведут данные, даже притом, что некоторые думали, что модель помогает и содействует религии. На сегодня, когда биохимия умножает примеры фантастически сложных молекулярных систем, систем, которые обескураживают даже попытки объяснить, как они возникли, мы должны извлечь урок из физики.
Вывод о разумном замысле вытекает естественным образом из данных; мы не должны уклоняться от этого; мы должны принимать это и основываться на этом. ____________________________________________________________________________ Мы делаем вывод о разумном замысле не из того, что мы не знаем, а из того, что мы на самом деле знаем. Мы делаем вывод о разумном замысле не для того, чтобы объяснить черный ящик, но для объяснения открытого ящика.
____________________________________________________________________________ Мы делаем вывод о разумном замысле не из того, что мы не знаем, а из того, что мы на самом деле знаем. Мы делаем вывод о разумном замысле не для того, чтобы объяснить черный ящик, но для объяснения открытого ящика. Человек из примитивной культуры, который видит автомобиль, мог бы предположить, что он движется с помощью ветра или антилопы, скрытой под автомобилем, но когда он открывает капот и видит двигатель, он немедленно понимает, что автомобиль был разработан.
Тем же самым способом биохимия открыла клетку и изучила принцип, по которому она работает, и мы видим, что она также является результатом дизайна. Когда на основе наблюдений, сделанных наукой, люди 19-ого столетия обнаружили, что многие особенности биологического мира могли быть приписаны изящному принципу естественного отбора, для них это был шок.
Для нас в 20 столетии шок – это обнаружить на основе наблюдений сделанных наукой, что фундаментальные механизмы жизни не могут быть приписаны естественному отбору, и, следовательно, были сотворены. Но мы должны иметь дело с нашим шоком, как только можем и продолжить двигаться дальше. Теория ненаправленной эволюции уже мертва, но работа науки продолжается.
Ссылки и примечания 1. Дарвин, Чарльз (1872) «Происхождение видов» 6 издание, (1988), стр.151, New York University Press, New York. Вернуться к тексту. 2. Фарли, Джон (1979) «Спонтанное зарождение: спор от Декарта до Опарина», 2 издание, стр.73, The Johns Hopkins University Press, Baltimore. Вернуться к тексту. 3. Mayr, Ernst (1991) One Long Argument, p.
146, Harvard University Press, Cambridge. Вернуться к тексту. 4. Дельвин, Томас (1992) «Учебник по Биохимии», pp.938954, WileyLiss, New York. Вернуться к тексту. 5. «The Comic Frame and the Rhetoric of Science: Epistemology and Ethics in Darwin's Origin," Rhetoric Society Quarterly 24, pp.2750 (1994). Вернуться к тексту. 6. Дарвин, стр.154. Вернуться к тексту. 7. Воет Д. (1990) « Биохимия», стр.
11321139, John Wiley & Sons, New York. Вернуться к тексту. 8. Цитировано из Стэнли Л. (1980) «Космос и Творец», стр.56, Gateway Editions, Chicago. Вернуться к тексту. Источник-www.arn.org http://origins.org.ua/page.php?id_story=372