Страница 34 из 47
Аминь.
Слово в праздник Сретения Господня
СЛОВО,
произнесенное в праздник Сретения Господня 15 февраля 1982 г. в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры (Ленинград)
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Мы сегодня празднуем Сретение Господне. Сретение — слово древнеславянское, которое значит на русском языке "встреча", а на сербском языке — "радость".
В празднике Сретения сливается одновременно и радость, и ожидание крестной смерти Христа.
Бывают праздники, когда душа так исполнена ликования, что рука не поднимается на мирской труд; но бывают и такие, что рука не поднимется, потому что сердце полно или скорби, или священного ужаса. Праздник Сретения Господня обе эти черты в себе соединяет. Встречает Христа Симеон Богоприимец, старый человек, проживший праведную жизнь, которому было Богом обещано, что не увидит он смерти, пока не увидит Спасителя мира, пришедшего совершить Свое дело примирения и преображения мира. Также свидетельствует об этой радости и Анна пророчица. Они говорят о том, что исполнилось все ожидание не только Ветхого Завета, но всего человечества от начала мира, его желание, тоска, надежда о том, чтобы пришел Господь и уже не было бы непроходимой пропасти между Им и нами. Одновременно ликуют они о том, что не только прошлое, но и будущее теперь оправдано и сияет надеждой и радостью. Пришел Господь, и пришло спасение, пришла надежда, которой никакое горе, никакой ужас земной не могут погасить, потому что Бог уже среди нас, Христос посреди нас, и никто нас не вырвет ни из руки его, ни их любви Его.
Но вместе с тем, праздник Сретения Господня несет на себе глубокую печать священного ужаса и скорби. Тот же Симеон, который возвестил пришествие Господне в плоти, обещал, принес страшную весть Божией Матери о том, что Ей меч пройдет сердце, что Она будет пронзена такой болью, испытает такое страдание, как никто на земле.
Это Ей предрек Симеон Богоприимец; и поэтому празднуя этот день, ликуя о нем как о нашем спасении, вспомним однако об этой душу раздирающей скорби Божией Матери. Сколько матерей и в России, и во всех странах мира могут эту скорбь понять, у кого дети — сыновья, дочери — были отняты болезнью или жестокой смертью войны...
Каждый из нас после своего рождения приносится в храм или приходит сам позже, чтобы быть крещеным и предстать перед Богом в воцерковлении. Это воцерковление младенца или взрослого — образ того, что тогда случилось в древнем Иерусалиме. Как поставлен был Сын Божий, ставший сыном человеческим, перед лицом Господним, так и каждый из нас, когда мы бываем крещены, приобщается жизни распятого и воскресшего Христа. Каждый из нас приходит или приносится в храм, чтобы стать до конца, без отказа Божиим достоянием, не вообще "чадом Божиим", но сыном или дочерью Божиими, вступающими в тот же путь, каким шел Господь наш Иисус Христос.
Если мы хотим понять, что значит до конца быть христианином, вспомним одно изречение Евангельское и одно слово апостола Павла.
Когда Иаков и Иоанн на пути в Иерусалим, где Христос должен был пострадать и принять смерть, Его спросили, смогут ли они после Его победы сесть по правую и левую сторону Его царственного престола, Он им ответил вопросом: готовы ли вы пить ту чашу, которую Я буду пить? (то есть приобщиться тому страданию, которое Я должен вкусить). Готовы ли вы креститься тем крещением, которым Мне надлежит креститься? (то есть погрузиться в тот ужас страдания, которое Мне предстоит). И апостолы ответили: Готовы!.. Так и мы, когда, крестившись, предстаем перед Богом в надежде в свое время разделить Его вечную участь, торжество вечной жизни, должны быть готовы сказать: и на земле, Господи, готовы мы разделить Твою земную судьбу, готовы, подобно Тебе, жить правдой, провозглашать истину, крестно любить ближнего нашего до готовности пострадать жизнью и смертью нашей — для других, для друзей, для врагов, для всех положить свою жизнь. Как однажды святейший патриарх Алексий сказал мне в разговоре, Церковь — это тело Христово, ломимое во оставление грехов человеческих...
Чтобы это осуществилось, должны мы помнить слово апостола Павла: Для меня жизнь — Христос, смерть — приобретение, и однако, так как это полезнее, необходимо для вас, готов я остаться жить на земле... Кто из нас может всей душой, всем умом и всем сердцем, всей волей, и всей жизнью сказать: Жизнь для меня Христос, — не только в том смысле, что Христос в крещении, в таинствах, в учении Своем, в кроткой Своей близости дает мне новую жизнь, а в том смысле, что только то, что Христово, только то, чем Он жил, стало теперь целью и содержанием моей жизни? И однако, это — признак истинного христианина; и если бы мы так жили, в таком единстве со Христом, с такой к Нему всецелой любовью, могли бы и мы сказать, как апостол Павел говорил: жизнь для меня — Христос, а смерть — приобретение, потому что, живя на земле, я отделен от Христа, а все желание, все устремление жизни моей в том, чтобы лицом к лицу Его узреть, чтобы с Ним быть всегда, чтобы ничто меня от Него не разделяло... И при всем этом апостол Павел, научившись от Христа любить, — любить своего ближнего и дальнего, друга и врага, гонителя и защитника, говорит: И однако, так как для вас это нужнее, я останусь жить на земле...
Так и мы должны бы всей душой, всей силой жизни стремиться к встрече со Христом, и однако быть способными сказать: да, но у меня есть дело на земле, я должен чистотой своей жизни, светом, льющимся из меня, правдой моих поступков, истинностью моих слов, всем моим существом быть свидетелем Христа, и хотя всей душой я мечтаю быть с Ним, я останусь в осиротелом, тусклом, горьком мире, чтобы внести в него свет, внести в него надежду, внести в него радость, внести в него любовь...
В этот праздник, который нам напоминает наше собственное воцерковление во свете крестного пути и крестной жертвы Христовой, обновим данные нами обеты крещения, вновь вступим, с новой решительностью, с новой надеждой, на путь Христов, и не станем говорить, что мы слабы, что нет у нас крепости достаточной. Господь сказал апостолу Павлу, который просил о силе: Довольно тебе Моей благодати, Моя сила в немощи совершается... И апостол Павел восклицает: И поэтому буду хвалиться я только немощью своей, чтобы все во мне было силой Христовой!, и в другом месте: Все мне возможно в укрепляющем меня Господе Иисусе Христе... Павел был, как мы, человек плоти и крови, ему тоже было страшно, ему тоже бывало больно, он тоже боролся за свою цельность и верность; и он победил, и он нам говорит: Последуйте за мной, как я последовал за Христом...
Исполним же это слово, и станем каждый день по-новому, глубже, более совершенно — Христовыми и подобными нашему Учителю, Спасителю и Богу.
Аминь.
1983
ПЛОД СЕЯНИЯ ГОСПОДНЯ
Свято-Духов кафедральный собор г. Минска, всенощная в субботу 5 февраля 1983 г.
Приветствие митрополита Филарета:
Ваше Высокопреосвященство, дорогой и зело возлюбленный брат, Владыко Антоний! Намерение наших сердец — уже давнее — было встретиться здесь, в Минске, в Белоруссии, и совместно совершить Божественную службу, вместе помолиться о паствах наших православных, в далекой от нас Англии, но близкой и родной для Вас, и о пастве белорусской. И вот наконец, это исполнилось, и я благодарю Господа, что Он направил стопы Ваши в наш град, и мы в эти дни имеем общение духовное, — хотя оно и так постоянно. Постоянно выезжая в Европу, я говорю своей пастве об этом, прошу напутственных молитв, испрашиваю согласия на духовный привет, который я всегда передавал, и Вы можете это засвидетельствовать нашим православным людям. Замечательно, что существует в Церкви такое предание, такое положение, что Патриарший Экзарх имеет в какой-то степени попечение о пастве Русской Церкви за рубежом; необходима эта духовная и непосредственная связь через человека,— не через письма, указы, постановления, а именно живая связь; и она двустороння, и она полезна и необходима обеим сторонам.
И мы всегда с любовью встречаем здесь, вот на этом клиросе стоящих паломников из разных стран Европы и мира, и всегда их с любовью и миром приветствуем; и радуемся, что все новые и новые люди узнают о нашей Белоруссии, об этой доброй земле, многострадальной, пережившей много горя, и кровью орошенной, мужественно отстоявшей свою свободу и отеческие предания. И вот сегодня, дорогой Владыко, я хотел сказать эти немногие слова, и ими выразить всю нашу большую любовь Христову и к Вам, как к человеку, известной нам личности, посвятившей свою жизнь подлинно апостольским трудам, а через Вас и к пастве Вашей, лондонской и английской, которой Вы передадите привет, и от имени которой сейчас мы хотим услышать из Ваших уст приветствие и целование во Христе.