Страница 217 из 234
462
Кроме приведенного выше списка ср. еще: «И верують въ Перуна и въ Хърса…» («Слово некоего христолюбца». Окончат. ред.); «…молятся ему проклятому богу Перуну» [и Хърсу]… («Слово о томъ, как погани суще языци кланялися идолом». Окончат, ред.); «…мняще богы многы, Перуна, и Хорса…» («Слово и откровение св. апостолъ») и др.
463
Очень показательно, что в тексте вставки Б в Окончательной редакции «Слова некоего христолюбца» исходная для этого текста последовательность Перуну Хърсу (ср. вставку А, цитированную выше) разъединена словами Волосу скотью богу, что восстанавливает более архаичный порядок имен в списке богов.
464
Отчасти эта тенденция проявляется и в повестях Куликовского цикла, где, однако, она распространяется и на Перуна. Ср.: «Безбожный же царь Мамай, видев свою погыбель, нача призывать богы своя Перуна и Салавата и Раклия и Гурса и великого пособника Махмета» («Сказание о Мамаевом побоище». Основная редакция); «…Перуна, и Соловата, и Мокоша, и Раклея, и Гурса, и великого пособника Бахметя» (Там же. Летописная редакция); «…Перуна, и Кавата, и Раклия, и Гурка, и великого пособника своего Бахмета» (Там же. Распространенная редакция); «…Перуна и Савита и Раклия и Гуса, великаго пособника Махмета» (Там же. Забелинский список). См.: Повести о Куликовской битве. М., 1959. С. 71, 103, 150, 197. Имя Хорса с различными вариациями встречается и в ряде других поздних источников — как восточнославянских (украинское «Житие св. Владимира», Густынская летопись, Синопсис, Феофан Прокопович, Татищев), так и иностранных (Кромер, Иоахим Вельский, Стрыйковский, Герберштейн, Орбини, Перссон, Шлейзинг). См.: Znayenko М. Т. The Gods of the Ancient Slavs. Tatischchev and the Beginnings of Slavic Mythology. Columbus, Ohio, 1980. Складывается впечатление, что в этих вторичных и третичных источниках Хорс привлекал к себе внимание писавших о нем именно своей экзотичностью, которая выступала особенно рельефно на фоне «понятных» имен соседних в списке богов (Услад, Купала и др.).
Старосербский ономастикон свидетельствует пример имени Хрс.
465
См.: Golb N., Pritsak О. Khazarian Hebrew Documents of the Tenth Century. Ithaca; L., 1982.
466
См.: Пархоменко В. А. У истоков русской государственности. Пг., 1924 и др. В связи с проблемой связи с хазарами в это время ср.: Полевой Н. Я. О русско–хазарских отношениях в 40–х годах X в· Зап. Одесского Археол. о–ва. 1960. Т. 1. С. 343–353 и др.
467
Golb N., Pritsak О. Op. cit. P. 13: «we, community of Kiev, (hereby) inform you».
468
Ibid. P. 54.
469
Ср. его сочинение «Muruj aldahab» (около 943–947 гг.); см. Golb N., Pritsak O. Op. cit. P. 50–53.
470
Ср. несколько примеров, о которых см. Golb N., Pritsak О. Op. cit. P. 55–59. Летопись под 945 г. упоминает район Козаре на Подоле, в характерном контексте договора князя Игоря с греками): «…а хрестьяную Русь водиша роте. в церкви святаго Ильи, иже есть надъ ручаемъ. конець Пасынъче беседы. и Козаре. се бо бе сборная церкви. мнози бо беша Варязи хрестьяни» (Лавр. лет., 54). Названная в этом же отрывке Пасынъча беседа теперь остроумно и вместе с тем правдоподобно объясняется из тюркск. *bas–inč "взиматель платы налога, пошлины", от глагола bas-, известного по названию баскаков, более поздних татарских сборщиков податей. Следовательно, название Пасынъча беседа можно, видимо, трактовать как обозначение таможни (характерно, что упоминаемая здесь же церковь св. Ильи находилась в киевской гавани, на берегу Почайны, и расположение здесь резиденции таможенного чиновника не должно казаться странным). Заслуживает внимания и «хазарская» этимология названия другой части древнего Киева — Копырева конца. Источник его теперь полагают в форме *Каруr, раннем варианте засвидетельствованного позже имени Kabur/Kabar (ср. Κάβειροι). В свете «Киевского письма» это имя приобретает особый вес: в нем среди поставивших свою подпись выступает и Kiabar Kohen, еврейская принадлежность которого не подлежит сомнению.
Следует напомнить, что западный и южный районы Копырева конца носили в древнем Киеве название Жидове/Жиды, а Жидовские ворота связывали Ярославов город как раз с Копыревым концом. При рассмотрении хазарско–еврейской топонимии Киева следует теперь принять во внимание недавно высказанную точку зрения, согласно которой восточноевропейские караиты, потомки хазар, первоначально были еврейскоязычной группой, позже усвоившей тюркскую речь. См.: Moskowich W., Turkan В. Caraimica. The problems of origin and history of East–European Karaites in the light of linguistic evidence. Slavica Hierosolymitana. 1985. Vol. VII. P. 87–108.
471
См.: Лавров В. А. Градостроительная культура Средней Азии. М., 1950.
472
Этот титул становится выразительным при сопоставлении с евр. kohen (ср. Коган); ср. также др. — тюрк. каγаn и др.
473
См.: Mengeš K. H. Uladimir–Vladimir. IJSLP, 1975. Vol. 20. P. 7–12 и др.
474
Чего стоит одно сближение Перуна и Хорса почти как равных партнеров! Впрочем, хорезмийцы на военной службе у хазар в городах восточной части Хазарии в 70–х годах X в. были уже мусульманами и, более того, свою помощь обусловили обращением хазар в мусульманство. Ср.: Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа 1908. Вып. XXXVIII, № 5; Плетнева С. А. Хазары. 2–е изд. М., 1986. С. 72.
475
В этих действиях проявлялась известная открытость и добрая воля князя Владимира, трезвость и динамичность его как политика. Ср.: Соловьев В. С. Владимир Святой и христианское государство. М., 1913.
476
Характеристика Хорса как «жидовина», возможно, отражает попытку истолкования этого имени средствами еврейского языка или, скорее, возможность почитания Хорса (точнее, его иранского прототипа) какой–то частью хазарского населения, не изжившего полностью языческие верования. Во всяком случае Христарактерно заявление хазарских послов цесарю о том, что они, хазары, знают единого бога и кланяются ему на восток, «в остальном держась своих постыдных обычаев» («Житие Константина», VIII).
477
См. Фрай Р. Наследие Ирана. М., 1972. С. 334.
478
Ср. такие названия, как Хвалисьское море (Лавр. лет.), Хвалийское море (Ипат. лет.), Хвалимское море (Радзивилл. лет.), Хвалижское море (Хожд. Котова), Хвалитьская дория (Афан. Никитин), Хвалынское, Волынское море (в частности, в народных песнях) и т. п., собственно, «Хорезмское», «Хварезмское» (ср. ср. — перс. Xvarezm, арабизированную форму *Xvarizm >Χвалис-, Хвалимс- и др.) — применительно к Каспийскому морю, которое, как считали в древности, соединялось с собственно «Хорезмийским» — Аральским морем. Того же происхождения название приволжского города Хвалынска в Саратовской губ. (по имени народа хвалисы на Хвалынском море) и др., см. Фасмер IV, 229; «Хожение за три моря» Афанасия Никитина 1466–1472 гг. М.; Л., 1948. С. 140 и др. Афанасий Никитин не раз упоминает в своем «Хожении» Хорезм (Хваризм, Хваразм), а также Хорасан (Хоросан, Харасан, Хоросаньская земля, Хорозанская земля, хоросанци, ср. перс. Xorasan), название, играющее важную роль в связи с избранным здесь аспектом темы. — Имя Хорса отмечает крайний западный предел распространения слова этого корня. Любопытно, что более века назад, имея в виду упоминание о Хорсе — «жидовине», было высказано правдоподобное соображение об условиях заимствования этого имени: «Это (жидовство Хорса) подает намек на самое место, где существовало поклонение Хорсу, именно у Хазар, перешедших потом в Моисеев закон…», см. Забелин И. Е.
История русской жизни с древнейших времен. 1–е изд. М., 1879. Ч. II. С. 291. Ср. также замену в некоторых списках имени Хорса именем библейского персонажа Нахора.
479
Ср., впрочем, наличие хорезмийских глосс в сочинении «Кынйат ал–лунйа…», XIII в.; см.: Фрейман А. А. Хорезмийский язык. I. М.; Л, 1951. О языческих пережитках у населения Хорезма см. Снесарев Г. П. Реликты домусульманских верований и образов у узбеков Хорезма. М., 1969.
480
Отмеченность «стражей границы» свидетельствуется кушанским термином с этим значением kanarang, который был усвоен эфталитами, также пострадавшими от арабского вторжения, и Сасанидами.