Страница 11 из 12
Массовый лёт этого точильщика под Москвой бывает в мае и почти заканчивается в 20-х числах июня, хотя отдельных жуков можно встретить и в августе. На севере европейской части России лёт на месяц запаздывает. Диаметр лётного отверстия - 1,9-2,1 мм.
Домовый точильщик - жук черного цвета, длиной 5-7 мм, с двумя золотисто-желтыми пятнышками в задних углах переднеспинки, заметными даже без лупы, с четкими точечными бороздками на надкрыльях; концы надкрыльев как бы подрублены.
Первые жуки появляются в конце марта - это молодые перезимовавшие насекомые. Затем лёт как бы приостанавливается и продолжается уже в мае с пиком в середине июня. Пик лёта для севера европейской части России и юга Сибири приходится на июнь - начало июля. Диаметр лётных отверстий - 1,8-2,8 мм.
Как проверить, заражена ли икона точильщиком? Во-первых, должны насторожить круглые (и не совсем) лётные отверстия различного диаметра: на обороте, сбоку и даже на лицевой стороне. Жук может прогрызть "по пути" не только левкас, но даже многомиллиметровый металл или бетон. Особенно свидетельствуют о возможном "свежем" заражении светлые отверстия с острыми краями. Если отверстия темные, грязные, в них видна слежавшаяся "буровая мука" (можно осторожно пошевелить ее булавкой), то, возможно, живых жуков и личинок там нет. Но зимой (до лёта) это проверить невозможно. В таком сомнительном случае надо поместить икону в полностью закрытый (заклеенный) бумажный пакет. Если летом там будут отверстия - значит, икона все же заражена.
Во-вторых, можно положить икону с лётными отверстиями на чистый лист бумаги и легонько постучать пальцем по боковым сторонам. Если посыпалась "буровая мука", тем более если дырок немного, а мука еще и очень сухая, легко разлетается при слабом дуновении воздуха - весьма возможен активный очаг заражения жучком.
Бессмысленно пытаться поливать зараженные иконы дихлофосом, средствами от бытовых насекомых. Даже специально разработанные "Антишашелин", "Древотокс" и т.п. недейственны, т.к. в дерево очень трудно "загнать" любое вещество глубже чем на 5 мм, а тем более равномерно и на всю глубину.
Возможность применения каких-либо ядохимикатов в каждом конкретном случае может определить и посоветовать только специалист-энтомолог. [Кстати, многие реставраторы, не прослушавшие специального курса энтомологии, знают только некоего "древоточца" или "жука" (или другое название), не подозревая разнообразия видов, их "режима" жизни, опасности заражения и методов борьбы с ними].
Если икона поражена именно мебельным точильщиком, то единственное, что можно сделать самостоятельно - это выморозить популяцию, не повредив при этом иконе резким перепадом температуры. Зараженная икона помещается в полиэтиленовый пакет, постепенно охлаждается: сначала на неделю кладется в холодильник (+3-5 С), затем на неделю в морозильную камеру (-3-5С). После этого икона помещается в морозильную камеру с температурой -18-20" С на 1-2 месяца. Затем она еще более медленно, по 2 недели, "согревается" и вынимается из полиэтиленового пакета. (Без пакета вся влага выморозится, что очень опасно для сохранности иконы.)
Такой же результат может быть получен в местностях с холодной долгой зимой (2-3 месяца стабильно ниже 18-20С). Иконы, завернутые в бумагу и полиэтилен, с начала осени выкладываются за окно, на непротекающий чердак, колокольню (без данной цели иконы там хранить ни в коем случае нельзя!) Вносят в помещение иконы после конца отопительного сезона.
Только длительное воздействие очень низких температур губительно для личинок. Краткое или слабое похолодание (до -18С) они переносят просто замедляя или приостанавливая развитие.
Северные породы жучка еще устойчивее к холоду. Но они не выносят сухости. Поэтому чтобы приостановить их развитие, надо "раздобыть" специалиста, который точно определит "кто виноват?" и "что делать?".
Проблема эта на самом деле крайне серьезная, трудоемкая и трудноразрешимая. Надо стараться не допустить заражения храма, икон. Особенно если есть ценные иконы или сама церковь является художественно-архитектурным памятником. Избавиться от этих "гостей" необычайно сложно, часто они становятся хозяевами храма, а само здание внутри, иконостас начинают напоминать улей, но только наполненный не пчелами, а всевозможными жуками, разрушающими древесину.
Нельзя вносить ни одной иконы с лётными отверстиями, не показав их специалисту. Заражение может произойти от любых других деревянных предметов, например мебели. Всё "дерево" необходимо тщательно осматривать. Нельзя хранить также древесину с корой. Можно получить стаю "усачей", питающихся корой, построив, например, строительные леса на скорую руку.
Хотелось бы сказать, как надо правильно проветривать церковь. Увы, есть много храмов, где самого обычного проветривания почти не бывает. Но если даже людям становится плохо от духоты в храме, однако они смиренно терпят, то иконы непременно подвергаются разрушению. Чтобы происходила смена воздуха, проветривание обязательно для всех храмов. Но это надо делать таким образом, чтобы не было сквозняков, потому что они причиняют иконам огромный вред.
Это относится и к отапливаемым храмам. Потому что если идет постоянный сквозняк, то повредится рано или поздно любая икона, даже если она здоровая. Хорошо известно, что можно не простудиться в мороз, а на сквозняке в теплую погоду легко простынет и крепкий человек.
В неотапливаемых храмах с того времени (обычно с марта), когда хоть на несколько часов температура внешнего воздуха выше температуры в храме, при солнечной, достаточно сухой погоде, - только на это время - открывают 1-2 форточки (с той стороны, откуда не дует ветер). Затем их закрывают. При этом плавно повышается температура воздуха в храме, избегается резкое изменение влажности и образование водяного конденсата (струек воды, стекающих по окнам, иконам -по всему). Если день сырой - проветривание не производят до улучшения погоды. На улице должно быть суше и теплее, чем в храме.
Если же начать проветривать резко в теплое время (например в мае, при температуре воздуха около 25С) в закрытом холодном храме - например, открыть все двери и окна прямо перед началом богослужения, то по стеклам потекут ручьи.
Разбухшие двери и окна замечали все. Капли на окнах тоже, но не отдавали себе отчета в смысле происходящего. А ведь влажный теплый воздух - даровая теплица для грибов, плесени, некоторых пород жука-точильщика. К тому же такое повышение влажности (и, соответственно, увеличение объемов древесины) и последующее достаточно быстрое высыхание (и несогласованное уменьшение объемов всех материалов) приводят к физическому разрушению и икон, и фресок, и резных иконостасов.
Кто хочет представить себе, какие силы включаются в работу, пусть склеит пару досок и попробует затем разорвать их "по шву" или найдет покоробившуюся доску и попытается ее распрямить.
Необходимо всегда помнить, насколько важна стабильность условий, максимальная плавность и регулярность их изменений.
Регуляция микроклимата в храмах, учитывая их особую, сложную конфигурацию архитектурного объема, дело очень трудоемкое, всякая ситуация может иметь неожиданные особенности. Целая область науки -климатология - занимается изучением этих проблем. Хранитель храма обязательно должен получить консультацию у климатолога.
Но даже такое вроде бы обыденное действие, как проветривание - но только грамотное, - может сотворить чудеса, спасти храм и его святыни, только если мы, верующие, не поленимся спросить "как?" у специалиста.
Кстати, множество проблем, связанных с соблюдением температурно-влажностного режима, возникает в восстанавливающихся храмах и монастырях. Поскольку условия внутри возобновляемого храма резко меняются, то опять налицо острая необходимость хранителя, заботящегося о максимальной сохранности храма и икон, знающего, что нужно делать и кого спрашивать.
При этом разумные претензии, обусловленные требованиями здравого смысла, удовлетворяются, и снимается напряженность, возникающая между церквями (монастырями) и музеями. Смотрителя же храма (не реставратора) можно обучить достаточно быстро на стажировке.