Страница 44 из 110
Но возвратимся къ выясненію служенія св. юродивыхъ обществу. Ихъ подвигъ на степень государственной службы возвышался даромъ предвѣдѣнія и предсказыванія будущаго. Такъ, св. Симеонъ предсказываетъ въ 588 г. землетрясеніе [DCXXXVIII], моровую язву [DCXXXIX]; св. Михаилъ Клопскій предсказалъ паденіе Новгорода. архіепископство Іонѣ, провидѣлъ рожденіе собирателя русской земли [16]; предвѣщали пожары (напр. св. Ѳеодоръ Новгородскій говаривалъ вслухъ: „Это мѣсто чисто будетъ"; или „хорошо будетъ сѣять рѣпу" [DCXL]; или св. Николай Псковскій предупреждалъ предъ пожаромъ: „желѣзныя двери, желѣзные затворы" [DCXLI]. Св. Прокопій Вятскій предъ пожарами билъ въ набатъ за нѣсколько дней [DCXLII]: предсказывали голодъ [17], урожай [18], извѣщали о строгихъ царскихъ указахъ [19], предвѣщали общественныя бѣдствія [20], рожденіе великихъ людей [21], общественныя должности нѣкоторыхъ [22]. будущее положеніе сильныхъ лицъ [23], смерть иныхъ [24], отвращали своею прозорливостью отъ преступленій и т. подоб. [25]. Значитъ, св. юродивые являлись для современнаго имъ общества вѣстниками правды Божіей. Разсматриваемое съ этой стороны „юродство" напоминаетъ ветхозавѣтное пророческое служеніе. Проведемъ параллель между этимъ служеніемъ и „юродствомъ". Ветхозавѣтные пророки, выходя изъ всѣхъ классовъ еврейскаго народа, имѣли различныя служенія.
Одни изъ нихъ, какъ Илія и Елисей, были мужи труда и борьбы; другіе, какъ Исаія, Іеремія и Амосъ, учили и пророчествовали: одни возставали противъ насилія и нечестія царей, другіе – вообще противъ пороковъ и развращенія нравовъ. Но всѣ они одушевлялись однимъ и тѣмъ же мотивомъ и духомъ; всѣ они защищали вѣру въ единаго Бога противъ идолопоклонства, правду и право – противъ чужого господства. Свое высоко – нравственное ученіе пророки ясно и открыто возвѣщали всѣмъ и каждому. Отъ ихъ громкаго гласа не скрывался ни царь, ни вельможа, ни священникъ, ни простолюдинъ. Они вездѣ и въ храмѣ, и при городскихъ воротахъ, въ чертогахъ царя и въ тюрьмахъ изрекали свое слово, возвѣщали истину всякому желавшему и не желавшему слышать ихъ проповѣдь. Къ царю Давиду, какъ къ простому смертному, явился пророкъ Наѳанъ и смѣло обличилъ его въ совершенномъ преступленіи. Будучи, такимъ образомъ, вѣстниками божественной воли, пророки своею жизнію первые показывали примѣръ ея исполненія. И дѣйствительно, ихъ жизнь была вполнѣ безукоризненна. Предъ вступленіемъ въ свое служеніе, они оставляли всѣ мірскія заботы, забывали свой домъ, родныхъ и даже семейства. Они скитались, не заботясь о своихъ чувственныхъ потребностяхъ и до того отличались нестяжательностью, что цари посылали имъ вмѣсто драгоцѣнностей нѣсколько хлѣбовъ [DCXLIII]. Этого мало.
Пророки готовы были переносить всѣ угрозы, упреки, заключенія, страданія; они готовы были даже на смерть [DCXLIV]. Дѣйствія пророковъ облекались таинственностью и имѣли глубокій символическій смыслъ. Такъ, напр., супружескій союзъ пророковъ былъ не слѣдствіемъ побужденій природы, а дѣломъ высокаго ихъ служенія, или непосредственно открытой имъ воли Божіей „иди, говоритъ Господь, св. пророку Осіи, пойми себѣ жену блуженія, и опять возлюби жену любящую зло и любодѣйцу" [DCXLV], для того, конечно, чтобы этимъ дѣйствіемъ изобразить развратъ еврейскаго народа. Предсказывая трехълѣтній плѣнъ египетскій и еѳіопскій отъ ассиріянъ съ его послѣдствіями, Господь велитъ св. пророку Исаіи: „иди и сверзи вретище съ чреслъ своихъ, и сандалія твоя иззуй съ ногъ твоихъ, и сотвори сице, ходя нагъ и босъ" [DCXLVI], св. пророку Іезекіилю Господь повелѣваетъ сдѣлать слѣдующее для изображенія плѣна: „
Это будет знамением дому Израилеву. Ты же ложись на левый бок твой и положи на него беззаконие дома Израилева: по числу дней, в которые будешь лежать на нем, ты будешь нести беззаконие их. И Я определил тебе годы беззакония их числом дней: триста девяносто дней ты будешь нести беззаконие дома Израилева. И когда исполнишь это, то вторично ложись уже на правый бок, и сорок дней неси на себе беззаконие дома Иудина, день за год, день за год Я определил тебе." [DCXLVII]. Одинъ изъ сыновъ пророческихъ въ искаженномъ видѣ, съ покрываломъ на головѣ предсталъ Ахаву [DCXLVIII]. Іеремія нѣсколько времени носилъ на шеѣ яремъ и чрезъ пословъ, приходившихъ къ Седекіи, послалъ его къ сосѣднимъ царямъ [DCXLIX]. Іезекіиль обрилъ голову и бороду мечемъ и одну часть волосъ сжегъ среди города, другую изрубилъ мечемъ, а третью развѣялъ по вѣтру [DCL]. Пророчества свои они обращаютъ часто не къ людямъ, а къ неодушевленнымъ предметамъ, напр. горамъ [DCLI] и говорятъ имъ, какъ одушевленнымъ существамъ [DCLII] и проч.
Св. юродивые, тоже принадлежа къ всякому классу общества [26] хотя общественное свое служеніе проходили различнымъ образомъ, но были всѣ одушевлены однимъ желаніемъ возвѣщать вездѣ и всюду правду Божію, ведя людей къ покаянію, всѣ они возставали противъ произвола власти, противъ проявленія грубо-дикихъ страстей. Чуждые мірскихъ интересовъ, преслѣдуемые и озлобляемые людьми, св. юродивые подобно пророкамъ были всегда преданы человѣчеству и во всѣхъ его опасностяхъ и скорбяхъ являлись первыми поборниками и утѣшителями. Угрожала ли небесная кара? молитвенный вопль ихъ смягчаеть грозное опредѣленіе суда Божія. Тяготѣло-ли на плечахъ народа ярмо рабства? они, на защиту его, небоязненно являлись предъ царей съ обличеніемъ и угрозою; они мужественно возвышали свой голосъ, обличали, преслѣдовали нечестіе въ чертогахъ сильнаго, не щадили соблазна и въ порфирѣ. И жизнь св. юродивыхъ вполнѣ соотвѣтствовала той правдѣ, какую они возвѣщали людямъ.
Прежде всего страхъ Божій рождалъ въ ихъ сердцѣ благое послушаніе, это въ свою очередь производило отверженіе отъ міра и презрѣніе всего земного, а отъ этого происходило терпѣніе, рождающее смиреніе, отъ ихъ глубокаго смиренія проистекало умерщвленіе своей воли, отъ чего увядали у нихъ всѣ корни чувственныхъ потребностей, а цвѣли только и приносили плодъ однѣ добродѣтели, а отъ умноженія добродѣтелей получалась чистота сердца и, затѣмъ, апостольское совершенство, завершаемое любовью. При такихъ своихъ добродѣтеляхъ св. юродивые становились, подобно пророкамъ, сосудами чрезвычайныхъ Божьихъ дарованій и были здѣсь, на землѣ представителями небеснаго Царя. Дѣйствія ихъ, направленныя къ исправленію грѣшниковъ, отличались сакраментальностью и имѣли символическое значеніе. Извѣстно, что св. юродивые, подобно пророкамъ, предсказывали юродствуя, загадочными фразами [DCLIII], нравственное воздѣйствіе старались оказать на другихъ путемъ различныхъ ненормальныхъ дѣйствій, намековъ и т. п. [27].
Такимъ образомъ, пророчество, какъ общественное служеніе въ юродствѣ имѣетъ своимъ основаніемъ великіе примѣры въ жизни и дѣяніяхъ св. пророковъ, которые дѣйствовали не отъ себя, но по внушенію Духа Божія. Но такое ихъ служеніе нѣкоторыми не признается, какъ имѣющее право гражданства, и самые представители его считаются лжепророками. Это доказывалъ еще въ 1860 году на страницахъ „Нашего времени" (№ 34) г. Прыжовъ въ статьѣ объ одномъ юродивомъ: „Иванъ Яковличъ, лжепророкъ". Лжепророчество – это такое ужасное преступленіе, въ которомъ посягаютъ на имя Божіе и даже на вдохновеніе божественное въ дѣлахъ и словахъ одной лжи и обмана: это самый губительный и нетерпимый видъ духовнаго святотатства. Поэтому, сколько не простительно было бы, замѣтивъ такое преступленіе, молчать о немъ, не выводить его на чистую воду истины, столько же въ обличеніи его надобно быть основательнымъ и осмотрительнымъ. И такъ, стоитъ разобрать, на сколько основателенъ отзывъ г. Прыжова о И. Я. Корейшѣ, юродивомъ студентѣ Петербургской Духовной Академіи.
Основаніе къ разбору труднаго вопроса о лжепророчествѣ находимъ у св. апостола Іоанна Богослова: „возлюбленніи, не всякому духу вѣруйте, но искушайте духи, аще отъ Бога суть: яко мнози лжепророцы изыдоша въ міръ", и далѣе дается такое правило къ распознаванію лжепророковъ: „о семъ познавайте Духа Божія и духа лестча: всякъ духъ, иже исповѣдуетъ Іисуса Христа во плоти пришедша отъ Бога есть"; исповѣдуетъ, разумѣется, не такою вѣрою, которою исповѣдуютъ иные Бога вѣдѣти, дѣлы же отмещутся Его, но вѣрою, входящею въ самую силу исповѣдуемаго боговоплощенія, слѣдовательно, исповѣдуетъ, движась Христовымъ человѣколюбіемъ къ очищенію самого плотского или матеріальнаго и земного отъ грѣховныхъ сквернъ. „И всякъ духъ иже не исповѣдуетъ Іисуса Христа во плоти пришедша", т. е. не признавая основанія истины и добра въ Богѣ Словѣ и именно въ духѣ той Его любви къ человѣчеству, по которой Онъ „плоть бысть", – такой духъ „отъ Бога нѣсть" [DCLIV]. По такому-ли правилу изучалъ г. Прыжовъ юродиваго И. Я.? напротивъ, во всей его статьѣ, показывающей впрочемъ въ немъ спеціальное знакомство съ древностями, по крайней мѣрѣ со старинной русской жизнью, нѣтъ ни одной черты, взятой изъ искусства распознавать лжепророковъ, какому учитъ св. Іоаннъ Богословъ.