Страница 138 из 151
Мы свободные, и потом мы счастливые, несмотря на те немощи, которые нас сгибают, потому что мы причастны тайне благодати Божией, нам открывается много удивительного и замечательного. Кроме того, у нас есть братья и сестры, они есть здесь, они есть в храме, они есть по всему городу, они есть по всей земле. Мы включены в вечное божественное. И еще одна удивительная вещь. Мы можем через божественную призму рассматривать все — научные формулы, любые феномены — все, что хотите. Я сегодня утром, когда убирался, включил телевизор, увидел там осьминога. Божественное зрелище, просто божественное зрелище. И эти несколько секунд — фильм, к сожалению, быстро кончился, я включил его в самом конце — просто привели меня в состояние полного восторга. И любая вещь может вызывать в нас восхищение. Мы должны не терять этой способности, способности свежо посмотреть на вещи, на своих близких, на окружающий мир и стараться быть легкими на поворотах, легче жить. Уметь отодвинуть от себя, когда нужно, удручающие нас обстоятельства, подняться над ними и быть вольными странниками. Мы же странники. Мы вообще здесь гости, пришельцы. Апостол Павел говорит: все мы на земле только странники, только гости и пришельцы. В одном апокрифическом Евангелии Господь Иисус говорит, что мир — это мост, по мосту ведь переходят.
Вот мы говорим об Отце, Который на небесах, а что такое Отец? Это наше родство, это Тот, Кто нам родственен больше всего. И что значит — «на небесах»? В ином измерении бытия наше отечество. «Отечество» я имею в виду не в смысле земного рождения или какой–то душевной привязанности, тут другое дело совсем. Душевная привязанность может быть к твоей улице, к твоему дому, к твоему языку, к твоему городу, к твоей стране. Это естественное свойство человека. А есть иное, то, что мы называем отечеством. Трудно это передать, но Лермонтов пытался передать в известном стихотворении про душу, которую ангел нес на землю, когда она должна была родиться, и в ней навсегда остались звуки пения ангела. Это в данном случае только образ, но образ очень глубокий, потому что у нас есть другая родина. Нас связывает нечто с миром духа, поэтому мы гости, поэтому нам иногда бывает неуютно в этом мире; и частично это правильно, потому что мир полон грубой материи, мир во зле лежит, мы с ним сталкиваемся, и он нас ранит. Тем более нам важно, понимаете, призвать Духа.
А Дух приходит, особенно когда мы вместе. Поэтому мы собираемся в храме, поэтому молимся вместе, как можем. И вот приближаются к концу пасхальные дни, это время кончается, и мы как бы снова все это переживаем. И вновь воскресший Господь приходит к нам, как в Эммаус, когда Он пришел к ученикам. Он говорит: «Мир вам». Мир вам — это было не просто древнееврейское приветствие. Конечно, Он и поздоровался с ними, но Он в это вкладывал и еще нечто очень глубокое. На древнееврейском языке слово «шалом» ( мир ) означает не просто «без войны», а особое состояние благословения, особое состояние мира души, близости к Богу, и вот этот мир мы и просим у Него. Мир с Богом, мир между собой. И будем так молиться, чтоб понять, что он и сейчас с нами, сейчас с нами. И слово Божие будет с нами, и мы его понесем домой, и оно будет в нас жить, и в конце концов давайте жить светло и в уповании. Мы — счастливцы, которые своим счастьем не пользуются, и богачи, которые своим сокровищем не располагают и не употребляют для себя. Поэтому сегодня все смоем — наши обиды, наши огорчения, наши тревоги и ожидания, наши грехи, наши тяготы. И будем просить, чтобы Господь нас укрепил.
В этом самое главное. А сейчас помолимся:
Христос воскресе из мертвых
смертию смерть поправ
и сущим во гробех живот даровав.
Отче наш, Иже еси на небесех.
Да святится имя Твое,
да приидет Царствие Твое,
да будет воля Твоя,
яко на небеси и на земли.
Хлеб наш насущный даждь нам днесь,
и остави нам долги наша,
якоже и мы оставляем должником нашим,
и не введи нас во искушение,
но избави нас от лукавого.
Воскресение Христово видевше,
поклонимся Святому Господу Иисусу,
единому безгрешному,
Кресту Твоему поклоняемся, Христе,
и святое воскресение Твое поем и славим,
Ты бо еси Бог наш,
разве Тебе иного не знаем,
имя Твое именуем.
Приидите, вси вернии,
поклонимся святому Христову воскресению,
се бо прииде Крестом радость всему миру,
всегда благославяще Господа,
поем воскресение Его,
распятие бо претерпев,
смертию смерть разруши.
Господи Иисус Христе!
В этот вечерний час, в этом городе, где почило
Твое благословение, среди всех страданий и грехов и бед,
Ты, страдавший и принявший на Себя
язвы человеческого рода,
потому что возлюбил нас, Ты, пришедший сюда,
будь с нами,
Господи, Ты нес Крест,
научи нас нести ради близких страдания и труд.
Господи Иисусе Христе,
Ты видишь наши язвы и наши немощи,
влей в нас силу, сделай нас твердыми, мужественными, достойными
свидетелями Твоего Божественного Евангелия.
Господи Иисусе Христе,
дай нам в те дни, которые Ты нам отпустил,
пронести, как знамя, Твой Крест.
Господи Иисусе Христе, помоги нам.
Благодарим Тебя за все чудесное,
что Ты даешь нам в Природе, в храме, в Таинстве,
в Твоем Священном Писании, в том, что написали люди,
вдохновленные Тобой, в наших близких,
в наших любимых, во всем том,
что нас увлекает, волнует, удивляет.
За все благодарим Тебя, Господи.
Дай нам быть истинными носителями Твоего Имени.
Аминь.
ЖИЗНЬ В ЦЕРКВИ
Что дает нам Дух Божий в Церкви? Разумеется, те, которые будут ориентироваться на церковный бытовизм или посредственность, никуда не продвинутся. Будут говорить: ну, другие ходят в храм и не лучше нас, не хуже нас. Такой подход, конечно, совершенно не годится для нас. Почему? Потому что, если мы действительно хотим хоть искру усвоить из этого огня, тогда нам надо ориентироваться только на самые высокие идеалы. Вы скажете: мы же не способны, мы слабы — у каждого есть свое что–то: семейные обстоятельства, болезни, черты характера.
Бог может из самого неспособного сделать способного, только надо желать, надо, чтобы воля к этому была, и все. Более того, из самых, может быть, негодных могут получиться наиболее пригодные, чтобы люди не думали, что это только их заслуга. Апостол Павел говорит: «Посмотрите, много ли вас призвано премудрых и разумных?»
Итак, немощных избрал Бог. Может быть, мы с вами будем себя считать премудрыми и разумными, потому что у нас есть дипломы? Но, в сущности, много ли они значат?
Надо сохранить внутреннее единство между собой, потому что на этом стоит также и Церковь. «Сколь добро и сколь красно, когда братьям жить вкупе». Понимаете, человек, который считает себя православным, приходит в храм, находится там среди чужих людей, уходит домой и остается один. Он живет в Церкви всего на несколько процентов. И не потому мы знаем друг друга и вместе как–то живем, что это наша прихоть, или что это моя выдумка, или ваше желание скрасить кому–то одиночество.
Это изначальный замысел:
«Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я среди вас».
И если вы проследите историю Церкви в тот момент, когда в ней действовали непосредственные ученики Христовы, вы увидите, что она строилась не на колоколах, не на колокольнях, не на иконах, не на пышных храмах, не на барочных алтарях, не на блестящих облачениях, не на премудром богословии — она строилась на общении людей, в вере, молитве и взаимной помощи.
Почему мы должны постоянно обращаться к истокам Церкви? Потому что каждый человек как бы очищается, возвращаясь к истокам своей душевной жизни, своего рождения, своего детства, или к истокам своего духовного детства, когда он сделал первые шаги по духовному пути. Мы как бы всегда на это ориентируемся, мы как бы выправляем по ним свой путь, и мы свой путь христианский, церковный, выправляем по Евангелию.
История Церкви — исключительно меланхолическая наука, она изображает в основном грехи людей. История Церкви — по фактам — преимущественно история отпадения людей от Христа, измены Ему на уровне слов и дел. Часто история Церкви — это история искусства, история культуры, история философии, история войн, история конфликтов, гонений инакомыслящих и т. д. И найти в истории христиан подлинную историю Церкви с большой буквы — это искусство, искусство не простое. Мы это можем сравнить с большой рекой, которая после наводнения или какой–то катастрофы несет мусор, трупы, бревна, где же там чистая вода?.