Страница 3 из 110
/
Собор епископов совершил хиротонию над пресвитером Николаем, и все светло праздновали обретение дарованного Господом иерарха10. Так по справедливому Божьему выбору всеблаженный Николай стал главой славной Мирликийской митрополии и воссиял для Христовой Церкви светом веры и благочестия. С тех пор он озаряет спящих в ночи неведения ничуть не менее ярчайшего солнца, восходящего над океаном.
В самом начале архиерейского служения угодник Божий так говорил себе:
— Николай! Принятый тобой святительский сан требует от тебя иного образа жизни: отныне ты должен жить не только ради своего спасения, но прежде всего — для спасения других.
Желая научить паству благочестию, он не скрывал уже, как раньше, свое добродетельное житие. Теперь его жизнь стала открыта для всех, но не ради тщеславия перед людьми, а для их пользы и умножения славы Божьей, во исполнение слов Спасителя: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф. 5,16). Добрыми делами святитель Николай воистину стал образцом для верных в слове, в житии, в любви, в духе, в вере, в чистоте (1 Тим. 4,12).
Вскоре после избрания предстоятелем митрополии Николай Мйрликийский созвал Поместный Собор, на котором шла речь о положении клира и всей Церкви. Собор принял ряд мудрых постановлений и созывался святителем ежегодно в первый день сентября14.
іАрхиепископ Николай был кроток нравом, незлобив и смирен духом. Он одевался очень просто и скромно — в одеждах иерарха не было никаких украшений. Поведение владыки отличалось высшей сдержанностью и строгостью15. По древнему преданию, богоблаженный Николай имел ангельский лик, исполненный святости и благодати. От него исходило некое пресветлое сияние, как от лица пророка Божьего Моисея16.
Став архиереем, он продолжал питаться только постной пищей один раз в сутки, и то вечером. В течение всей жизни владыка не ел мяса17. Ужин святителя часто прерывался или отменялся из-за его привычки быть доступным людям, нуждающимся в помощи и совете.
Весь день святой проводил в трудах и молитвах, но двери его дома не закрывались ни для кого — он всегда выслушивал просьбы людей и помогал им. Владыка для всех стал великим благодетелем: сиротам — отец, нищим — милостивый податель, плачущим — утешитель, обиженным — защитник. Таковы были первые деяния святителя Николая, таковы первые знаки его архипастырского посоха.
Но завистливое око дьявола не может спокойно смотреть на процветание благочестия. Враг рода человеческого всегда старается причинить вред Христовой Церкви. И на этот раз он не оставил ее в покое. Злой демон вселился в царей, державших скипетр Римской империи, и началось яростное гонение на Церковь: повсюду были разосланы указы императоров Диоклетиана и Максимиана11, предписывающие христианам отречься от веры в Единого Бога и поклониться идолам. Всех не желающих повиноваться ожидали оковы, темницы, страшные пытки и, наконец, лютая смерть. Эта дышащая злобой буря вскоре достигла города Миры.
Несмотря на гонения, архиепископ Николай продолжал дерзновенно исповедовать Истинного Бога и был готов пострадать за Христа. За это первые люди города приказали схватить святителя и бросить в тюрьму. Нечестивые мучители приговорили верного служителя Божьего к оковам, дыбе и другим пыткам18. Святой Николай довольно долго пробыл в темнице19. Вместе с другими христианами он мужественно претерпевал тяжкие страдания, голод, жажду и тюремную тесноту. Святитель переносил тяготы заточения с таким достоинством, с каким другой человек принимает вещи отрадные и желанные. Блаженный Николай совершил подвиг, равный его предшественникам — святым мученикам Крискенту, Ди-оскориду и Никоклу20. Как и они, ревностью о Христе святитель украсил себя мученическим венцом!
Славный пастырь поил темничных соузников водами благочестия и питал словом Божьим. Многие из заключенных до конца были твердыми в исповедании веры, страдали и умирали за истину, вдохновленные наставлениями богомудрого Николая. Самого же святителя Г осподь сохранил во время Диоклетианова гонения, ибо дивному избраннику Христову за его деяния и чудотворения предстояло стать великим столпом Церкви, светилом, озарившим всю вселенную лучами добродетелей.
Убедившись, что жестокость по отношению к христианам не приводит к желанным результатам, император Максимиан оказал им снисхождение и даровал некоторую свободу21. Святой Николай был освобожден из темницы12. Город Миры встретил его как мученика, принявшего бескровный венец22, а святитель, нося в себе Божественную благодать, снова стал исцелять людей от страстей и недугов. Ликийцы прославляли блаженного Николая, дивились ему, и все
любили своего архипастыря, ибо он сиял чистотой сердца, служа Гос-поду в святости и правде пред Ним, во все дни жизни (Лк. 1, 75).
Но не раз еще возобновлялись гонения на христиан в восточной части империи, до той поры пока с помощью Божьей равноапостольный царь Константин одержал окончательную победу над соправителем Ликинием, ибо человеколюбивый Бог, взирая с небес, сокрушает и губит все скипетры нечестия. Только тогда для всех христиан наступила тишь после ненастья и воссияло солнце.
Мудрый царь знал, Кто даровал ему власть над всей Римской державой. После победы над Ликинием он повелел и на Востоке империи освободить из тюрем заключенных там христиан, вернуть им храмы и церковное имущество. Епископ Кесарийский Евсевий Пам-фил писал: «У нас, возлагавших свою надежду на Христа, Сына Божьего, радость была несказанная; каждое место, еще недавно опустошенное нечестием тиранов, дышало дивным ликованием, словно оживая после длительной смертельной заразы; мы видели, как от основания поднимались церкви, возносясь на недосягаемую высоту в красоте большей, чем у церквей, разрушенных прежде»13.
В Мирах, как и в других городах Римской империи, оставалось много языческих святилищ14. Часть горожан на свою погибель продолжала посещать их и приносить жертвы идолам. Почитание ли-кийцами ложных богов сильно огорчало архиепископа Николая. Во время правления императоров-язычников, конечно, не могло быть и речи об уничтожении богопротивных капищ. Но теперь, пользуясь благоволением к Христовой Церкви Константина Великого, архиерей Бога Вышнего стал разрушать идольские храмы23 и очищать город от языческой скверны.
Так, воюя с духами зла, всеславный иерарх пришел в святилище Артемиды24. Это величественное сооружение красотой и размерами
превосходило все остальные и было любимым прибежищем демонов. Ревностный защитник благочестия Николай разрушил храм Артемиды до самого основания. Лукавые духи, испуская вопли, бежали из своего жилища, побежденные молитвенным оружием воина Христова Николая.
В годы царствования боголюбивого императора Константина враг рода человеческого лишился господства над множеством суеверных язычников, но не прекратил злокозненных нападений на Церковь, сея плевелы ересей, которые быстро возрастали и приводили к разногласиям, раздиравшим Христову Церковь. Нетвердые в вере пастыри предавались умствованиям, а неправые умствования отдаляют от Бога (Прем. 1, 3). Они стали виновниками распространения ложных учений.
Особенно опасным оказался раскол, порожденный Арием. Эта пагубная ересь стремительно расползалась повсюду и вводила многих христиан в заблуждение. Церковь благочестиво учила, что у Святой Троицы Ипостаси одной природы и одной сущности, и Сын и Святой Дух равны Отцу. Она провозглашала три Ипостаси равносильными и равнобожественными, не сливая и не смешивая их, но и не разделяя на три чужеродные. Однако ариане утверждали, что Христос — меньший Бог, чем Бог Отец, и имеет иную сущность, а Святой Дух подчинен Им.
Ликийская митрополия благодаря бдительному попечению великого наставника Николая не подпустила к себе эту порчу, отбросив ее, как смертоносный яд.
Огненной проповедью святитель, словно мечом, с корнем отсекал воинственный Ариев раскол вместе с савеллианской и другими ересями. Исповедник Христа Николай считал слово Божье первым и самым действенным средством для обращения еретиков. Святитель Андрей Критский повествует15, как архиепископ Николай вразумил одного из отступников. Однажды заботливый пастырь, осматривая лозы винограда Христова, встретил маркионитского епископа Феогния. Богомудрый Николай словами Священного Писания изобличал заблуждения маркионитов до тех пор, пока не обратил владыку к истине. Феогний отрекся от ереси, но его самолюбие было ущемлено. Великодушный иерарх заметил, что епископ сильно раздражен, и, возвысив голос, произнес: