Страница 10 из 20
Известно, что существует некое таинственное отождествление тьмы и диавольского зла. Этим объясняется ненависть тьмы и зла по отношению ко всему светлому и доброму. А поступающий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соделаны (Ин. 3, 21). Когда Господь наш как Богочеловек посетил нашу природу, которую воспринял безгрешно, Он смилостивился над нами, погруженными во тьму греха и смерти, и нас, изнемогших и отчаявшихся, призвал к Себе.
Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас (Мф. 11, 28). Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни (Ин. 8, 12). Поистине, ходящий без Христа, ходящий в театре теней, который называется миром, не знает, куда идет (Ин. 12, 35). Чтобы найти и узнать, куда он идет, какой путь ведет из этого мира в мир иной, он должен посредством веры во Христа стать сыном света, сыном Того, Кто есть Свет мира.
Об этом Господь наш говорит: Я свет пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме (Ин. 12, 46). Бог есть совершенная святость и абсолютный свет. Посему нет в Нем никакой тьмы (1 Ин. 1, 5). И мы с Ним, если ходим во свете, подобно как Он во свете (ср.: 1 Ин. 1, 7). Постигнуть Бога со всеми святыми Чтобы вы, укорененные и утвержденные в любви, могли постигнуть со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота (Еф. 3, 18).
С умножением веры во Христа возрастает и наша любовь к Нему. И как безгранична наша вера во Христа, так безгранична и наша любовь к Нему. Кто укоренен и утвержден в любви ко Христу, тот верою возрастает во всех Божественных совершенствах, которые не имеют конца, растет возрастом Божиим (Кол. 2, 19) в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова (Еф. 4, 13)
и становится живым храмом Пресвятой Троицы. В подвиге веры и любви человек никогда не остается один, но всегда в общении с от века святыми: со всеми святыми. Иными словами, вера и любовь соединяют человека со всеми сущими в богочеловеческом Теле Христовом, в Церкви. Человек, становясь посредством веры и любви единым телом со Христом, живет с членами Тела полноценной жизнью Церкви.
Тот, кто читал жития святых, чувствует и воспринимает всем своим бытием, что только со всеми святыми он может познать Богочеловека Христа и все, что в нем, что вокруг него, что истекает из него, ибо и святые воспринимают свою святость все — от Единого (Евр. 2, 11). Потому святые — наиболее совершенные и известные исповедники Христа, Бога и Спасителя нашего.
Они дают нам возможность уже с другой стороны, как бы с небесного берега, рассматривать весь мир земной, и из их житий познавать, Кто и Каков наш Бог, а также кто и каков есть человек. Богочеловек Христос является всесовершенной полнотой Божества, ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно (Кол. 2, 9). Из поколения в поколение продолжается богочеловеческая жизнь Христа в житиях святых, продолжается до скончания века.
Все составляют одно Тело — Тело Христово, Церковь, они единотелесники Христовы и друг друга члены. Христиане — это Евангелие Христово, продолжающееся через все века человеческого рода. Жития святых — это священные свидетельства о чудодейственной силе Господа Иисуса Христа. В сущности это, собственно, свидетельство Деяний Апостолов, продолжающееся в веках.
И святые являются не кем иным, как верными свидетелями, как и святые Апостолы, которые суть первые свидетели Богочеловека Христа, Христа распятого, воскресшего, вознесшегося, вечно живого. Они — свидетели Евангелия спасения, которое продолжает записываться из рода в род. Как может быть познан Господь Иисус Христос, Богочеловек, и неизреченное таинство Божественного домостроительства, спасения мира? Только со всеми святыми.
И мы лишь в благодатном общении со всеми святыми можем познать это и постепенно приблизиться к этому в зависимости от глубины нашей веры и высоты духовных подвигов. Здесь — Божественная глубина, широта и высота, и это означает, что и первое, и второе, и третье не имеет ни границ, ни конца. Таинством Божественного домостроительства Господь наш в Своем воплощении сошел в преисподние места нашей природы, кроме греха, а в Своем погребении сошел в преисподние места ада!
В Своем Воскресении Он превознесся с человеческим естеством превыше всех Небес[33] и прославил с Собою всех святых и всех верующих в Него. И Он без конца продолжает их прославлять и возносить посредством святой жизни, Святых Таинств и святых добродетелей. Благодатная жизнь в Церкви вводит нас в богочеловеческое и сверхъестественное познание, вводит ради любви Христовой, которая выражается в богочеловеческом домостроительстве спасения в Его Церкви.
Поистине, какой человеческий ум, рассудок или знание может постичь, познать или войти в глубины всесвятого таинства Церкви Спасителя. Таинство это — что иное, как не весь Богочеловек Христос, во всех Своих Божественных и человеческих совершенствах и действительности? Человек Христовой любви переживает полноту Церкви как нечто свое, ибо со всеми святыми он стал частью Церкви и «сотелесником» Христовым.
Потому каждый его член ощущает себя как целое Тело, и это является предназначением Божиим для всех людей, особенно же для христиан: и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею (Еф. 3, 19). Так человек спасается от греха, смерти и диавола. Потому наше спасение — это наше уподобление Христу Спасителю со всеми Его богодарованными силами.
Спасение — это двусторонний процесс: освобождение нас от греха, смерти и диавола и исполнение нас Христом и Богом, исполнение нас Спасителем. То есть обе цели достигаются одновременно со входом в нашу душу Господа Иисуса. С одной стороны — наше наполнение Им посредством Священных Таинств и святых добродетелей, а с другой — наше освобождение от греха, смерти и диавола, когда Он уничтожает все эти силы Своим Божеством.
Таким образом, спасение — это не только оставление грехов, но и «обожение», что означает исполнение нашего бытия Христом Богом и Спасителем. Так сладостно, тихо и легко человек через Спасителя Христа становится человеком Божиим. Но без Христа как Спасителя мы, люди, достигаем противоположного: наполняем себя грехами и страстями и таким образом незаметно предаем себя диаволу и его пособникам.
Вот как мы, люди, становимся «по душе чадами диавола», а он становится «по душе нашим отцом» и царствует на всех престолах человеческого бытия — на престоле ума, сердца, совести и даже самой воли! Посредством греха и страстей диавол духовным образом воплощается в человеческом существе. Если бы этого не происходило, то тогда Господь наш Иисус Христос не пришел бы через Свое воплощение в наш мир, не стал бы человеком.
Бог Слово стал человеком, чтобы изгнать диавола из человека, Самому вселиться в него и царствовать в нем безраздельно. Потому евангельская заповедь ясна, естественна и обязательна: дабы вам исполниться всею полнотою Божиею (Еф. 3, 19). Потому нашим ежедневным помыслом, ежедневной заботой, ежедневным долгом должен быть подвиг. Непрестанно в своей душе и в своем теле будем делать то, что завещает Господь.
Будем это исполнять при помощи Божественных сил священных Таинств и святых добродетелей, а прежде всего — молитвою и постом, ибо с их помощью изгоняется диавол и все диавольское и злое. Господь наш объявил, что сей род изгоняется только молитвою и постом (ср.: Мф. 17, 21). Таковым является тот подвиг, который исходит из непрестанного усилия видеть человеческое бытие именно таким, ибо мы к сему призваны чудным Спасителем нашим, чтобы стать причастниками Божеского естества (2 Пет. 1, 4).
А Тому, Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем, Тому слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды, от века до века. Аминь (Еф. 3, 20–21). Кто не почувствовал Христа и Его силу, тот может счесть все это невозможным. Но для тех, кто ощутил Христа верою и любовью, кто испытал Его силу, для тех это возможно.
Человеческая мысль никогда не в состоянии постичь до конца таинство Церкви Христовой и то, что в ней совершается: спасение, обожение, Преображение, Воскресение и Вознесение. Ибо таинство это всегда остается вне всякого сравнения, остается несравненным, непостижимым для нас, христиан, и только просвещением благодатью мы постигаем его. Если все возможно верующему (Мк. 9, 23)