Страница 13 из 29
Суть этой тайны для нас заключается в том, чтобы познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его (Флп. 3, 10). Воскресший и седший одесную Отца Господь снисшел до нижайших пределов земли. Стало быть, и путь, ведущий к Нему, сопряжен с нашим само-истощанием через страдания, и для этого существуют искушения.
Искажение образа Божия отразилось на всем нашем существе, и потому Господь заповедует: будьте святы, потому что Я свят (Лев. 11, 44, 45; 1 Пет. 1, 16), и будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48). Святость и совершенство поставлены нам в непременную обязанность. Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие (Деян. 14, 22)
, и справедливо слово: Многи скорби праведным (Пс. 33, 20). Ведя усиленную борьбу с тем беззаконием, которое действует в наших развращенных членах, мы как бы «убеждаем» обновляющую благодать преобразить нашу душу. Поэтому отцы наши подвергали себя злостраданию и сверх физических сил. Они познали, что значит: если мы с Ним умерли, то с Ним и оживем (2 Тим. 2, 11).
И действительно, умертвив свои члены на земле, они облеклись во образ небесный. Они на опыте познали, что вхождению в жизнь вечную предшествует Голгофа, и не позволили своим утружденным ногам идти пространным путем и войти широкими вратами, но всю жизнь шествовали узким путем и вошли тесными вратами, чтобы достигнуть умершего за них и воскресшего (2 Кор. 5, 15) Спасителя Христа.
Господь обещает всем, желающим последовать Ему с должным самоотвержением, стократное вознаграждение здесь, на земле, и в будущем веке Царство Небесное (см.: Мф. 19,29; Мк. 10, 30). Это вознаграждение — не материальные блага и не благоденствие ближних, а духовные дары, которые орошают душу, и преестественные созерцания, которые уже здесь нас делают причастниками небесных тайн.
Поскольку Царствие Божие внутри нас есть (ср.: Лк. 17, 21), то Бог не скрывает тайны его от тех, кто сотворил дела его, но отвечает не-изглаголанным воздыханиям сердца материнской лаской и открывает, что ему уготовано в будущем, и показывает перед ним властителей во славе их, насколько оно может вместить. Плоды Духа, Божественные дары, которые являются силой Церкви, распределяются между боголюбивыми и трудолюбивыми подвижниками.
И, незаметные и презираемые во время своего подвига, они становятся святыми и достославными, они укрепляют и утешают верующих, поскольку, наученные Богом, выносят из сокровищницы своей новое и старое (ср.: Мф. 13, 52). Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями (Гал. 5, 24) и уже не для себя живут, но для умершего за них и воскресшего (ср.: 2 Кор. 5, 15)
, и становятся причастными Его даров, и одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (1 Кор. 12, 8-11).
Если все эти и другие дары Господь раздает любящим Его уже здесь, на земле, то какова же будет награда в вечности! Никто не может ее описать, только святым дано познать это, но лишь отчасти, поскольку они пребывают еще в Воинствующей Церкви. Если о духовных и духовном никто судить не может, но они судят обо всем (см.: 1 Кор. 2, 15), значит, и мы не можем судить, но можем лишь слабо описать то немногое, что знаем благодаря свидетельству святых.
Духовные дары — это дары Самого Святаго Духа. Среди них одни кажутся большими, другие меньшими, но все они подаются ради нужд Церкви и проявляются всякий раз, согласно обстоятельствам, для пользы верующих. Крепким в вере подается дар исцеления, в то время как тщательным по отношению к совести — пророчество. Дар пророчества начинает действовать постепенно, от некоего предчувствия.
Можно предположить, что это предчувствие является отблеском первозданного устроения человека, которого падение лишило многих даров. Наши предчувствия часто бывают связаны с родными людьми. Так, многие матери интуитивно чувствуют, когда их дети страдают, или с братьями-близнецами бывает так, что один даже на большом расстоянии чувствует, что происходит с другим.
Подобное предчувствие появляется чаще всего у новоначальных христиан, едва только они начнут жить по Богу и очистятся от греха. По мере их духовного возрастания предчувствие становится проницательностью, и если благодатью Христовой ум достигнет Божественного просвещения и соизволит Святый Дух, то вслед за тем дается дар предвидения и пророчества.
Самые простые по характеру, которых можно причислить к духовным младенцам, всегда изобилуют дарованиями. Существуют и более высокие дарования. Они даются очень немногим — тем, кто пламенно возлюбил Бога, подобно апостолу Павлу, который все почитал за сор, чтобы приобрести Христа (ср.: Флп. 3, 8). Поскольку наши отцы считают, что рассуждение «превыше всех добродетелей», то мы не ошибемся, если поставим его на первое место как превосходнейший дар.
Рассуждение есть не что иное, как духовные очи, которые, подобно херувимским, познают и различают во всех тонкостях тайны чувственного и мысленного мира. Имейте в себе соль (Мк. 9, 50) — так сказано о свойстве этой добродетели. И еще: У мудрого глаза его — в голове его (Еккл. 2, 14). Что это, если не очи рассуждения? Сколько поучал нас блаженный старец Иосиф об этой высочайшей добродетели, сколько и отцы написали из своего личного опыта!
Те, кто из отцов наших удостоился этого благоволения Святаго Духа, всегда, во все времена, подобно магниту, притягивали людей, желавших научиться Божественным постановлениям и разрешить личные недоумения. Таковыми были авва Пимен, истинный светильник рассуждения, великие старцы Варсонуфий и Иоанн, учители духовного закона Марк Подвижник и Максим Исповедник и множество других, древних и новых отцов, которые стали «тайнозрителями» Церкви.
Они, как владеющие всепросвещаю-щим даром Духа, могут сказать вместе с Павлом, что им не безызвестны умыслы (ср.: 2 Кор. 2, 11) незримого врага. Они чисты сердцем, совершенны в послушании и терпении и всецело отвергли свою волю. Тщательные в соблюдении совести и мертвые для корысти, верные стражи умного делания, непрерывно хранящие память Божию, ревностные исповедники, долготерпящие в горниле искушений...
Те, которые почитаются за истинных домостроителей тайн Божиих (1 Кор. 4, 1), удостаиваются этого дара рассуждения и становятся духовными маяками народа, очами Церкви и отгонителями коварных происков лукавого. Они в совершенстве исполняют завет возделывать и хранить (Быт. 2, 15) и способны упасти паству Христову. ЖИВОЕ СВИДЕТЕЛЬСТВО В предыдущих главах мы уже упоминали о корне всех зол.
Но считаем нелишним и опять побеседовать о той погибели, которая происходит от единственной причины — от мрачной и диавольской гордости. Гордость сгубила не только человеческий род, но и воинства бесплотных Ангелов, она исказила в них образ Божий, чтобы они стали злобными и отвратительными существами. Итак, эта заразная болезнь есть мрак и всяческое зло. От гордости проистекает всякий грех.
Господь, взявший на Себя наше исправление, начал Свою проповедь призывом Покайтесь, который всецело обращает нас от прежней греховной жизни на путь истины. Слово «покаяние», как мы и раньше отмечали, означает полную перемену образа мыслей и отношения к жизни. Оно означает направление потока нашего сознания в совершенно иное русло. Самоуверенность, самодовольство, своеволие отсекают нас от корня и древа жизни. Бог гордым противится (Иак. 4, 6)
, и потому мы не можем получить или сделать что-либо без Бога. Покаяние возвращает нас на то древо, от которого мы отпали, в то время как смирением мы прививаемся к стволу и опять начинаем плодоносить. Молитва смиренномудрия, которая нам дается, возвращает нас к Отеческой любви и Божественному попечению, и насколько мы преуспеваем в покаянии и молитве, настолько мы приближаемся к чувству Божественной любви, и это приближение здесь, на земле, не имеет границ.
Конец наступит лишь после нашего возрождения, когда станем подобны нашему Первообразу. Мы теперь дети Божии; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть (1 Ин. 3, 2). Когда дух нашей молитвы разгорается еще большей ревностью, тогда не бывает у нас ни в уме, ни в сердце никакого другого желания, кроме желания возлюбленного нашего Спасителя Христа.
И во время этой непрерывной молитвы нас вдруг осиявает свет (который мы никогда не видели и даже не можем себе представить), свет Господень, озаряющий нашу внутреннюю тьму. И тогда приходит истинное утешение, которое ни с чем не сравнимо. Умиряются помыслы, просвещается ум и начинается исцеление израненной души. Этот опыт постоянно побуждает нас тянуться к Отеческой любви, и все наше душевно-телесное существо предается этой молитве.