Страница 176 из 185
Православная Церковь -соборная совесть народа. Она, как заботливая мать, воспитала в нем его лучшие черты. Она сурово обличала его грехопадения и давала силы восстановить утраченное. «Кто жаждет - прииди ко Мне и пей», - возглашала Церковь словами священного Писания и щедро поила пришедших и уверовавших живой водой евангельской правды. Прочтите - верующий вы человек или нет - Нагорную проповедь Иисуса Христа, Господа нашего, подъявшего на рамена Свои груз всех грехов, неправд и Злоб наших, претерпевшего во искупление их унижения и издевательства, оплевания, биения и страшную, поносную смерть на Кресте - прочтите эти свидетельства безграничного милосердия Божия (Мф. гл. 5-7)
и скажите честно: где-нибудь, когда-нибудь встречали ли вы учение более возвышенное, чистое и преисполненное любви?... «Блаженны алчущие и жаждущие правды», - свидетельствовала Церковь народу русскому. «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царствие Небесное.,. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела, и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5, 6; 10; 16).
И разве не этому свидетельству обязан русский народ тем, что, создав величайшее в мире государство, простирающееся от Атлантики до Тихого океана, он не унизил ни один из встретившихся на его пути народов, пусть самых малых, но всех принял как братьев, покоряя прежде сердца, а не крепости. Евангельское учение Церковь вложила в душу народа как совершеннейший образец, по которому каждый в меру сил должен строить жизнь личную, а все вместе - общественную и государственную.
Именно Церковь стала центром святоотеческой государственности -не насилующей народа, не создающей рабства, следящей за духовным возрастанием и нравственным самосовершенствованием каждого. Церковная идея служения легла в основу сословного строя России, основанного на разделении общих обязанностей, а не на иерархии прав, как это было на Западе. Здесь берет начало весь уклад русской жизни, как бы ни изменялись его формы с течением времени.
Православность - непременное качество всего русского в его историческом развитии. Понятия «русский» и «православный» слились воедино. 686 Так было, пока Россию не разъединили насильно - с умыслом, злонамеренно и расчетливо. Знали - чтобы убить Россию, начать надо с осквернения души... Василий Ключевский, знаменитый историк, подметил в русской истории интересную особенность.
«Господствующие идеи и чувства времени, с которыми все освоились, - говорил он, - и которые легли во главу угла сознания и настроения, обыкновенно отливаются в ходячие, стереотипные выражения, повторяемые при всяком случае. В ХІ-ХП веках у нас таким стереотипом была русская земля, о которой так часто говорят и князья и летописцы... Везде Русская земля, и нигде, ни в одном памятнике не встретим выражения русский народ».
Пытаясь разобраться в том, что значит «быть русским», нельзя пройти мимо этого факта. Случаен ли он? Нет, ибо русская история, начавшаяся как фактор мирового (и даже космического) значения с момента крещения Руси, в первые два века своего течения представляет нам картину формирования и духовного оформления той народной общности, которая в своем окончательном виде получила наименование «народа святорусского» - этого излюбленного выражения былинных сказителей.
Понятие «народ» по отношению к национальной общности есть понятие более высокое, не материальное, но духовное, и ее одной недостаточно, чтобы сложился коллективный духовный организм, столь крепкий и живучий, что никакие беды и напасти (а сколько их было за десять веков нашей истории!) не смогли разрушить его и истребить. Первоначально единство крови, общность происхождения славянских племен при всей своей значимости не могли придать этому собранию необходимую живучесть и крепость.
Лишь только тогда, когда душа народа - Церковь - собрала вокруг себя русских людей, когда Русь преодолела отсутствие государственного единства, порождавшее в народном теле язвы и трещины усобиц, когда, сбросив с себя иноверческое татаро-монгольское иго, Россия объединилась под скипетром Русского Православного Государя - тогда во весь свой могучий рост поднялся на исторической сцене русский народ.
Народ соборный, державный, открытый для всех. Осознавший цель и смысл своего бытия. С этого момента смысл русской жизни окончательно и навсегда сосредоточился вокруг богослужения в самом высоком и чистом значении этого слова - служения Богу как средоточию Добра и Правды, Красоты и Гармонии, Милосердия и Любви. Цель народной жизни окончательно определилась как задача сохранения в неповрежденной полноте этой осмысленности личного и общественного бытия, свидетельствования о ней миру, защите ее от посягательств и искажений.
И Церковь благосло 687 вила народ на высокое служение. Благословение это облеклось в форму пророчества о будущей великой судьбе России, Москвы, как Третьего и последнего Рима, последнего оплота истинной Православной веры в страшные предантихристовы времена всеобщей апостасии и всемирной смуты. Два Рима пали в ересях и суетных соблазнах мира сего, не сумев сохранить благоговейную чистоту веры, чистое и светлое мироощущение апостольского Православия.
Первый - наследник мировой империи языческого Рима - отпав в гордыню католицизма. Второй (Византия) - поступившись чистотой Церкви ради сиюминутных политических выгод, отданный Богом на попрание иноверцам, последователям Магомета. Третий же Рим - Москва, государство народа русского, и ему всемогущим Промыслом Божиим определено отныне и до века хранить чистоту Православного вероучения, утверждающего конечное торжество Божественной справедливости и любви.
Так к XVI веку определилось служение русского народа, таким он его понял и принял. Так что ключ к пониманию русской жизни лежит в области религиозной, церковной, и, не усвоив этого, не поймем мы ни себя, ни свой народ, ни свою историю. Именно Церковь сообщила нашему народу свойство соборности, беэценное качество, безумно растрачиваемое нами ныне в погоне за дьявольскими миражами грядущего якобы «общества всеобщего изобилия».
Русская соборность - это сознание духовной общности народа, коренящейся в общем служении, общем долге, Смысл этой общности - в служении вечной правде, той Истине, Которая возгласила о Себе словами Евангелия: «Я есмь Путь и Истина и Жизнь» (Ин. 14, 6). Это осмысленность жизни как служения и самопожертвования, имеющих конкретную цель - посильно приблизиться к Богу и воплотить в себе нравственный идеал Православия.
С соборностью народа неразрывно связано его второе драгоценное качество - державность. Воплощение нравственного идеала требует соответственной социальной организации. Такая организация немыслима без державного сознания, формирующего в человеке чувство долга, ответственности и патриотизма. «Любите врагов своих, сокрушайте врагов Отечества, гнушайтесь врагами Божиими», - вот державный глас народа, выраженный чеканным слогом митрополита Московского 688 Филарета, одного из величайших русских святителей прошлого века.
Державность - это сознание каждым ответственности за всех, ответственности отдельной личности за нравственное здоровье общества и крепость государства. Не принудительной ответственности «за страх», а добровольного религиозного служения «за совесть». Державность - это государственное самосознание народа, принявшего на себя церковное послушание «удерживающего» (по слову апостола Павла, см. 2 Сол. 2, 7)
, стоящего насмерть на пути рвущегося в мир сатанинского зла. Оба эти народные качества с неизбежностью проявились в третьем - в открытости, «всечеловечности» русского характера. Открытость эта - отрицание фальшивой национальной спеси, отрицание самоценности национальной принадлежности. Это готовность безкорыстно соединиться с каждым, приемлющим святыни и нравственные устои народной жизни.
Вспомнив все это, задумаемся: не пришла ли сегодня пора попристальнее всмотреться в себя? Взглянуть друг на друга. Оглянуться трезвенным взором вокруг. И может быть - найти в себе силы сказать честно, что в нас, сегодняшних, такой русскости уже почти не осталось. Говорю это с горечью и скорбью, в надежде, что Господь не оставит нас Своей милостью и мы все же зададим себе тот главный вопрос, без ответа на который немыслимо само дальнейшее существование нашего народа: как вернуть себе ясно понимаемый смысл бытия?
Как восстановить в себе черты народа-богоносца, с бесовским упорством вытравливавшиеся богоборческой властью? Как обезопасить себя от духовной заразы потребительства, этой поистине мировой чумы, растлившей и погубившей уже многие народы, бывшие некогда христианскими? Все эти и еще многие иные проблемы, стоящие сегодня перед нами, суть один и тот же вопрос: как дальше жить?