Страница 11 из 61
Но то, что дал так называемый Дальний Восток в этом отношении, не идет и в сравнение с коренной Сибирью. Войны, жадность наживы, золотая горячка, спешная торговля, быстро растущая, рассчитанная на хищничество и быстрое обогащение, вздорожание жизни — все это пропитало жизнь грубо материальными и чувственными интересами, заботами, стремлениями. Эти быстро выросшие города, эти внезапно разбогатевшие целые семьи и отдельные лица, эти театры, рестораны, веселье, кутежи, безумные денежные траты — все указывает на то, что здесь плотские интересы сильно и опасно обострились.
Духу и духовной жизни уделяется слишком мало места в новой «культурной» жизни Дальнего Востока. Понятно теперь после всего сказанного, какое огромное воспитательное значение имеют для народа иноческие обители. Понятно, как все, не потерявшие вкуса и интереса к духовной жизни, должны радоваться и этой новой обители иноческой, в которой мы сейчас совершаем нашу молитву.
Пусть звучат эти колокола; пусть не меркнет крест на этом храме; пусть высится он к небу и напоминает о небе; пусть немолчно здесь возносится молитва; пусть, как солнце среди туч, сияет обитель подвигом духовным. Пусть обители спасают нас и наш мир от грозного приговора, за которым некогда последовал потоп; сей Божий приговор гласил: Не может Дух Мой жить среди этих людей, ибо они стали плотью (ср.: Быт. 6, 3).
Нигде не нужны теперь обители в такой мере, как здесь, на Дальнем Востоке. Как некогда пустынный житель Иоанн Предтеча, станут и они на людном, и шумном, и суетном пути многоговорливой здешней слишком плотской жизни и напомнят и напоминают осуетившимся людям об истинной и достойной человеческой, а не животной жизни, напомнят и напоминают вечную заповедь: Духа не угашайте (1 Сол. 5, 19).
Яко пустынное краснейшее овча, Предтече, мучениче Христов, ныне в пустыню страстей водворяющася, мя настави к жизни покаяния божественною твоею молитвою. Аминь. Тропинка к Единому на потребу Об обязанностях монашествующих Из книги Святителя Феофана Затворника «Начертание христианского нравоучения» Особый чин в Церкви составляют монашествующие.
В первые времена они не отделялись от народа, хотя вели особую среди него жизнь. Но потом они отделились и составили свой священный союз по благочестию, союз, под руководством совершеннейшего, подвизающихся о спасении в братском единении. Главное их значение — в малом виде представить лицо Церкви Христовой в ее совершеннейшем состоянии. Совершенство в христианском житии есть главное дело всякого из монашествующих.
Но поелику все они между собою и со своим руководителем вступили в особые отношения, то отсюда имеются и разные обязанности у них. Судя по сему: а) Главное дело монахов есть молитва неусыпная, непрестающая, о Церкви, Отечестве, живых и мертвых. Они — жертва Богу от общества, которое, предавая их Богу, из них составляет себе ограду. Применительно к сему, в монастырях преимущественно должно процветать священнослужение благообразное, чинное, полнейшее, продолжительнейшее.
Церковь является здесь во всей красоте своего облачения. б) Имея первою целью совершенство в христианской жизни, они дают обеты. Тем строже должны исполнять сии обеты они, что стремятся к богоугождению, к делам которого принадлежит и исполнение обетов. По существу сих обетов каждый должен чувствовать в себе, что у него нет ничего своего, должен иметь себя бедным, ничего не стяжевать, а все, что имеется, относить ко всем.
Должен спешить взойти к бесстрастию, ревнуя об ангельском житии; для того удручать тело свое постом, бдением, трудом и держать себя так, чтоб не только тело не чувствовало страстных движений, но и душа была свободна от помыслов, и страстных и суетных; не должен иметь своей воли, но всецело и душу, и тело предать в распоряжение настоятелю и, несмотря ни на какие кажущиеся несообразности, делать только то, что повелит.
Главное же,— действуя телесно, должен действовать и духовно, ибо в духе цель телесного. в) Составляя из себя, под руководством одного, братский союз и как бы одно тело, они составляют как бы частную Церковь, а потому имеют на себе и все церковные обязанности. Здесь настоятель — пастырь; братия — пасомые. Дело настоятеля — неусыпное попечение о спасении и совершеннейшем житии братий; хранение в ненарушимости древлеположенного чина как общего монашеского, так и частного, в своем монастыре, равно как и обычаев, принятых от отцев.
Его же дело пещись о благосостоянии и благолепии храма и всего монастыря, промышлять о содержании братии монашеском. Дело братий — покорствовать во всем своему настоятелю и отцу; точно и тщательно исполнять служение и послушание свое, потому что тем строится и стоит целое. Между же собою пребывать всегда в братском союзе, мире, любви, смиренном взаимопредпочтении, в общении духовном, во взаимном содействии, вразумлении и укреплении; не соблазнять и не соблазняться, не обижать и не обижаться.
Так как монашествующие, вышедшие сами из мира телесно, не оставляют его духом, непрестанно воссылая молитвы о благосостоянии обществ, то и мир не должен забывать их, и не только не препятствовать образованию монастырей, но всячески желать того и содействовать, сначала уступкой самых лиц и мест, а потом доставлением нужнейшего; да и всегда иметь монастыри в чести и благочестном внимании, благодарить за них Бога и молить о безопасности подвизающихся, и внешней и внутренней, ибо много им труда, и сильны и скоры для них соблазны.
Душеполезные наставления Об искушениях и терпении Чтобы понятнее было тебе, как всякие вообще искушения посылаются Богом на пользу нам, прими во внимание, что скажу. Человек, по влечению растленного естества своего, горд, славолюбив, любит показность, крепко стоит за свои мысли и решения и желает всегда быть высоко ценимым всеми, гораздо выше, нежели он есть на самом деле.
Такое самоценение и самомнение крайне пагубно в деле духовного преуспеяния, так что одной его тени достаточно, чтобы не дать человеку достигнуть истинного совершенства. Почему человеколюбивый Отец наш Небесный, премудро промышляя о всех нас, особенно же о тех, кои искренно предали себя на служение Ему, искушениями, какие попускает найти на нас, поставляет нас в такое настроение, в коем легко можем избежать страшной опасности от этого самоценения и почти вынужденно дойти до истинного смиренного себя познания… Невидимая брань. Гл.
25 Несправедливости от Бога никогда не приходят, но попускаются они Богом во благо тому, на кого попускаются. Истинно во благо! Это не простая фраза, а настоящее дело. Но тому, на кого падают, претерпеть их надо. Вот эта надобность терпеть и нас встретила. И извольте благодушно терпеть, что бы у вас там ни было. Того хочет от нас Бог для нашего блага.
Коль скоро так настроитесь, всем беспокойствам конец. Теперь вы заботитесь о себе и все случайности хотите устроить и поворачивать по-своему. А как все не клеится, то вы и мучаетесь: что-то не так, другое не этак. А когда все предадите Господу и будете принимать как от Него исходящее и для вас благопотребное, то никакого беспокойства иметь не будете, а только будете посматривать кругом, чтобы увидеть, что посылает Господь.
Богу угодить стараясь, а не своему желанию удовлетворить напрягаясь. Вникните хорошо, о чем говорю, и положите достигнуть такого настроения. Облекитесь верою и терпением. Переменится и то, что вас тяготит. Настанут дни, когда свободно будете дышать. Хозяйка сажает в печку пирог и не вынимает его оттуда, пока не удостоверится, что он испекся.
Владыка мира и вас посадил в печь и держит в ней, ожидая, пока испечетесь. Терпите же и ждите. Как только испечетесь, и минуты не будете сидеть долее в печи. Тотчас вынут вас вон. Если же рванетесь сами вон, будете то же, что недопеченный пирог. Вооружитесь же терпением! Извольте хорошенько напечатлеть это в мысли своей и навевайте тем утешение себе на сердце. Все от Бога. К Нему и прибегайте, и молитесь.
Своими словами сказывайте Ему: «Видишь, Господи, что у меня! Справиться не могу с собой. Помоги, Всемилостивый!» И всякую частицу своей нужды перескажите Ему, и на это все просите соответственной помощи. Святитель Феофан Затворник О смирении и подвиге …Монастырь наш шумен; но нечего делать: живешь не так и не там, как и где бы хотелось, а где и как приводит непостижимый Промысл Божий.
Преданность воле Божией и благодарение Бога за все случающееся услаждают всякое положение и научают извлекать из него душевную пользу. Смирение почти рядом идет с подвигом, то есть оно доставляет почти тот же успех, каковой доставляется подвигом; смирение одно, само по себе, полезно; а подвиг без смирения не только не приносит никакого плода, — напротив того, приносит вред, вводя в высокое о себе мнение и в осуждение ближних.