Страница 97 из 379
Мѣсяцъ авг у с тъ. 179
на городка взяли этотъ образъ донскіе казаки въ свой станъ, когда, по просьбѣ великаго князя московскаго Димитрія Донскаго, шлина помощь ему противъ грозныхъ полчищъ татарскихъ и ихъ грознаго предводителя Мамая въ 1380 году. Походъ противъ Мамая, какъ извѣстно, былъ первою рѣшительною и необычайною попыткою со стороны русскихъ свергнуть съ себя страшное и тяжкое иго татарское, которое тяготѣло надъ русскимъ народомъ уже около долутораста лѣтъ. Походъ этотъ былъ предпринятъ съ благословенія великаго святителя русской земли митрополита московскаго Алексія и славнаго угодника Божія того времени—преподобнаго Сергія Радонежскаго. Главный вождь зтого похода, великій князь Димитрій Донской, выступилъ на необычайное дѣло только съ надеждою на Бога и на заступленіе Царицы небесной. Идонцы шли въ этотъ походъ съ великою вѣрою въ заступленіе Царицы небесной, и потому, вмѣсто знамени, впереди себя несли на высокомъ древкѣ чтимую ими икону Божіей Матери, взятую изъ Соротина городка, изъ Благовѣщенской его церкви. Во все время войны съ татарами Донская икона находилась среди русскаго православнаго воинства*, находилась она въ станѣ русскихъ воиновъ и во время ужасной куликовской •битвы (между рѣками Дономъ и Не- прядвою).
Благодареніе Богу, заступленіемъ Царицы небесной, побѣда осталась на сторонѣ русскихъ; татары въ первый разъ были разбиты русскими и прогнаны;владычество ихънадъРусью поколебалось. Приписывая успѣхъ свой силѣ Божіей и заступленію Царицы небесной, русскіе съ чувствомъ живѣйшей радости благодарили Бога и Матерь Божіею за одержанную надъ врагами своими побѣду; съ особеннымъ благоговѣніемъ отнеслись они къ Донскому образу Богоматери,предъ которымъ во все время войны усердно молились. Въ уваженіе къ великому князю московскому Димитрію Ивановичу, прозванному Донскимъ за одержанную имъ побѣду на берегахъ рѣки Дона, донцы предложили великому князю въ даръ свой образъ Богоматери. Разумѣется, образъ былъ принятъ великимъ княземъ и народомъ московскимъ съ великою честію и благодарностію. Этотъ образъ торжественно перенесенъ былъ
въ Москву и поставленъ сначала въ Успенскомъ соборѣ,—а по сооруженіи собора Благовѣщенскаго перенесенъ и въ этотъ послѣдній; съ того времени этотъ образъ сталъ извѣстнымъ подъ именемъ Донскаго образа и всегда пользовался глубочайшимъ благоговѣніемъ всего православнаго русскаго народа. Предъ нимъ усердно молились—и простой народъ, и бояре, и князья, особенно во время трудныхъ обстоятельствъ жизни. Одно изъ такихъ трудныхъ обстоятельствъ было почти чрезъ 200 лѣтъ послѣ куликовской битвы съ татарами, въ царствованіе благочестиваго государя Ѳеодора Іоанновича, въ1591 году. Въ зтомъ году крымскіе татары, подъ предводительствомъ Муратъ-Гирея, сдѣлали нечаянное нападеніе на русскую землю; въ огромномъ числѣ они подступили къ Москвѣ и расположились вблизи ея на такъ называемыхъ „Воробьевыхъ горахъ^. Царь Ѳеодоръ Іоанновичъ, не надѣясь отразить врага своими силами, обратился съ моленіемъ о помощи къ Заступницѣ усердной, Царицѣ небесной. Онъ повелѣлъ съ Донскою иконою Богоматери и съ другими иконами совершить крестный ходъ во- кругъ городами затѣмъ поставить Донской образъ въ его палаткѣ, расположенной среди на-скоро собраннаго войска, въ виду непріятелемъ 4-го іюля 1591 года на равнинахъ предъ Москвою закипѣла страшная битва. Москвичи съ трепетомъ слѣдили за исходомъ ея.
Всѣхъ спокойнѣе былъ благочестивый царь, надѣявшійся на заступленіе Царицы небесной, предъ Донскимъ образомъ Которой онъ молился день иночь. „Будь покоенъ^ завтра не будетъ хана% сказалъ благочесіивый государь одному боярину, который высказывалъ опасеніе за исходъ битвы. И на слѣдующее утро, 5-го іюля, дѣйствительно хана уже не было подъ стѣнами Москвы. Обманутые какою-то ложною вѣстью, будто къ москвичамъ прибыло сильное войско и будто русскіе на утро собираются сдѣлать сильное нападеніе, татары ночью бѣжали и такъ поспѣшно, что побросали и обозы и оружіе. Благочестивый государь и православный народъ справедливо приписали свое спасеніе единственно заступленію Царицы небесной, явленному чрезъ Ея чудотворн. Донскую икону. Въ благодарную память о спасеніи, въ томъ же году государь
12*
180 Мѣ с я ц ъ а в г у с т ъ .
велѣлъ положить основаніе монастырю на томъ мѣстѣ, на которомъ въ его походномъ храмѣ стоялъ Донской образъ Божіей Матери, и велѣлъ наименовать этотъ монастырь Донскимъ. Въ монастырѣ былъ устроенъ каменный храмъ и въ него была перенесена Донская икона Богоматери. Соборомъ святителей русскихъ установлено было и ежегодное празднованіе 19-го августа въ честь Донскія иконы Божіей Матери, „бывшаго ради милосердія отъ святыя Ея иконы00. Это празднованіе совершается въ Москвѣ и донынѣ очень торжественно и обыкновенно сопровождается крестнымъ ходомъ изъ Успенскаго собора въ Донской монастырь.
II. Чему поучаетъ насъ нынѣшній праздникъ въ честь Донской иконы Божіей Матери?
а) Тому, во-первыхъ, чтобы никогда не терять вѣры ко спасенію отечества, какимъ бы искушеніямъ и бѣдствіямъ судьбамъ Всевышняго ни угодно было подвергнуть его. Премудрость Божія любитъ народы, ей угодные, равно какъ и людей, ей любезныхъ, искушать бѣдствіями, дабы тѣмъ болѣе очистить, укрѣпить и возвысить ихъ. Народъ россійскій, какъ показываетъ исторія его, есть одинъ изъ таковыхъ народовъ. Сколько разъ приближался онъ, по-ви- димому,къ концу своего существованія, и всегда воскресалъ со славою! И всегда, при семъ воскресеніи, являлись съ своимъ заступленіемъ, какъ ангелы Божій, святые чудотворцы россійскіе*, являлась—Сама Матерь Божія. Послѣ сего можно ли терять какую-либо надежду на спасеніе отечества?—
б) Поучаетъ, во-вторыхъ, настоящій день всѣхъ насъ силѣ усердныхъ молитвъ предъ Богомъ, а особенно молитвъ святыхъ за насъ. Безъ молитвъ земныхъ не были бы услышаны и молитвы небесныя* равно какъ безъ небесныхъ не были бы, конечно, приняты молитвы земныя. Посему во всѣхъ трудныхъ обстоятельствахъ отечества нашего, или нашихъ собственныхъ, молитва должна быть первымъ и послѣднимъ средствомъ ко спасенію: молясь сами, мы должны воздвизать на молитву угодниковъ Божіихъ, памятуя, что много можетъ молитва праведнаго (Іак. 5,16). Тѣмъ паче должны мы прибѣгать подъ кровъ преблагословенныя Дѣвы, Которая
всегда была и пребудетъ утѣшительницею всѣхъ, притекающихъ съ вѣрою къ Ея заступленію и творящихъ- по сей вѣрѣ.
III. Но кто желаетъ удостоиться благодатнаго покрова Ея, долженъ вознести къ Ней, вмѣстѣ съ молитвою, если не добрыя дѣла сбои, то по крайней мѣрѣ живую вѣру, смиреніе и покаяніе. Это послѣдній урокъ для всѣхъ насъ. отъ настоящаго празднества нашего! — Аминъ. (Сост. Г. Д — ко по проп. Иннокентія, архіеп. херсон. т. II, стр_ 109—110 и др. и сточи.).
Поуч. 2-ое. Празднованіе Донской иконѣ Божіей Матери.
(ІІроисхооюденіе церковной пѣсни: Достойно есть яко воистину блажити Тя Богородицу, присноблаженную и пренепорочнуюу и Матерь Бога нашего! съ нравственными урокамгл).
I. Въ день прославленія Божіей Матери, честнѣйшей херувимовъ и славнѣйшей безъ сравненія серафимовъ, какъ поется въ извѣстной церковной пѣсни, умѣстно будетъ, братіе., побесѣдовать съ вами о происхожденіи этой: священной пѣсни. Какъ часто слышимъ мы эту священную пѣснь въ честь Пресвятыя Богородицы: она поется ежедневно за богослуженіемъ. Но не только мы—грѣшные прославляемъ Богородицу, Ее прославляютъ небожителя, ангелы ц всѣ небесныя воинства, потому что Она честнѣйшая херувимовъ; и замѣчательно, что ту же пѣснь, которою мы прославляемъ Матерь Божію, воспѣваютъ ангелы Божій на небѣ.
Въ одной келліи на св. горѣ Аѳонской подвизался съ своимъ послушникомъ одинъ старецъ священноинокъ. Однажды пожелалъ онъ выслушать все- нощное бдѣніе подъ воскресный день въ соборѣ и пошелъ туда, а ученикъ его остался дома. Настала ночь ивотъ юноша слышитъ стукъ въ дверь. Отворяетъ и видитъ незнакомаго странника — монаха. Онъ вводитъ его въ келлію и оставляетъ на ночлегъ. Между тѣмъ настало время службы Божіей и оба они—и хозяинъ и гость, съ благоговѣніемъ начали въ ночной тишинѣ
Мѣ с я ц ъ а в г у с т ъ . 181
славословить Господа. Тихо текла своимъ порядкомъ ихъ всенощная служба; пришло время величать Пресвятую Дѣву Богородицу и славить честнѣйшую херувимъ и славнѣйшую безъ сравненія серафимъ, и вотъ они стали предъ иконою Ея и начали пѣснопѣнье... Инокъ-хозяинъ, полный сердечнаго умиленія и благоговѣнія ко Всепѣтой, трогательно запѣлъ: Честнѣйшую херувимъ и Славнѣйшую бееъ сравненія серафимъ , безъ истлѣнія Бога Слова Рождшую, сущую Богородицу Тя величаемъ. Но дивный гость сладкимъ ангельскимъ голосомъ началъ: Достойно есть яко <воистину блажити Тя Богородицу, Присноблаженную и Пренепорочную, и Матерь Бога нашего^—акъ этому уже прибавилъ и Честнѣйшую до конца.— ^Чудно Iй — воскликнулъ до слезъ растроганный новою пѣснію инокъ: „но мы поемъ только Честнѣйшую... А такой пѣсни Достойно есть до сей поры никогда не слыхали и не только мы, но и предки наши. Впрочемъ, умоляю те- «бя: напиши мнѣ эту пѣснь, чтобы и я могъ такъ же, какъ ты, величать и. славить Богородицу^. „Хорошо, сказалъ незнакомецъ, дай мнѣ бумаги и чернилъ, я напишу тебѣ эту пѣснь для памяти^.—„Прости, брате, съ прискорбіемъ отвѣчалъ инокъ гостю: занимаясь молитвою и рукодѣліемъ, мы рѣдко въ нихъ нуждаемся, и потому сейчасъ нѣтъ ни того, ни другого^.— „Такъ принеси мнѣ хотя какую-нибудь каменную плиту*’0, сказалъ гость.